Анатомия «кремлевского дела» - Красноперов Василий Макарович - Страница 107

что Либерман ведет активную троцкистскую работу, что Либерман эту работу начал еще в бытность в Ленинграде, что Либерман в Ленинграде имеет несколько троцкистских групп, с которыми он связан до последнего времени… Я всегда подозревал в Либермане крупного подпольного троцкистского деятеля, имеющего значительные связи среди троцкистского подполья в Москве, что среди слушателей Военно-химической академии Либерманом создана троцкистская группа[796].

с официальной мотивировкой “как ненадежный”. Действительной причиной является, как мне разъяснили в Контрольной Комиссии, – принадлежность к троцкизму[797].

В то время я обучался в ленинградской Военно-технической академии; я действительно был троцкистом в 1923 г. Дело разбиралось в районной комиссии, дошло до ЦКК, где мне сказали, что я не выдержанный член партии, не вдумываюсь в линию партии, и через некоторое время восстановили… Я был исключен как троцкист, но в выписке в моем деле говорилось, что я был исключен как ненадежный элемент[798].

Я вошел в троцкистскую группу в Военно-технической академии, лидером группы являлся некий Ходе, впоследствии разоблаченный органами ОГПУ. Ходе не был членом партии, но сумел втереться в доверие и, выдавая себя за коммуниста, возглавить троцкистскую группу в академии. В этой группе я был активным участником[799].

В 1927 г. я попал в среду видных троцкистов… Я попал непосредственно к Троцкому, пошел к нему в “Главконцесском”. Это было в ноябре 1927 г. … Я приехал из Ленинграда и попал к одному товарищу, троцкисту (в Москве), который меня направил к Троцкому. Фамилии его я не помню, он работал в Осоавиахиме. Направил [к нему] меня Кащеев, он был лидером зиновьевской оппозиции в академии[801].

После предварительного ознакомления Троцкий меня спросил: “Ваши взгляды на происходящее?” Я ответил, что пришел вас послушать, и задал ему вопрос: “Почему вы идете на блок с Зиновьевым?” Троцкий мне ответил, приведя известные доказательства троцкистов по поводу блока. Троцкий меня спросил: “Не считаете ли вы, что сейчас проводится лозунг Керенского – армия вне политики? Не напоминает ли вам вид наших генштабистов вид юнкеров времен Керенского?” и т. п. В конце разговора Троцкий обратился ко мне с просьбой, сказав, что в Ленинграде есть такой товарищ [Г. Я.] Яковин, вот вам его адрес и телефон, зайдите передайте эти документы. И передал мне пачку фракционной литературы… Яковин был ближайшим подручным Троцкого по Ленинграду, один из самых активных троцкистов. Знаю, что впоследствии он был арестован и сослан… Приехав в Ленинград, я нашел Яковина и передал ему документы от Троцкого[802].

…Раскололись зиновьевцы с троцкистами на почве подачи заявления [об отказе от оппозиционных взглядов. – В. К.]. Я заявления не подавал, а вместе с яковинской группой начал троцкистскую работу в Ленинграде. Мы были уже исключены из партии… Мне поручили в подпольных условиях вести троцкистский кружок на вагоностроительном заводе им. Егорова в Ленинграде за Нарвской заставой… Когда в организации ожидали арестов, то я скрывался вне дома[803].

входил в ленинградский троцкистский центр, в котором… были [Ю. П.] Шейн и затем некий Валентин. Этот центр распространял среди троцкистов информацию о положении дел в партии, троцкистских организациях, издавал и распространял троцкистскую литературу, поддерживал связь с приезжавшими уполномоченными московского центра… Центр, совместно с уполномоченным Москвы, руководил всей троцкистской работой в ленинградском подполье[804].

В мае или июне месяце 1928 г. мне позвонил начальник Технической академии – Исаев и сказал, что предполагает командировать меня в Германию в научную командировку. О предстоящей командировке я сообщил в троцкистский центр. Руководитель центра Валентин заявил, что это очень кстати; высказал опасение, что вряд ли меня выпустят за границу. Через некоторое время я получил указание временно прекратить фракционную работу для того, чтобы не попасться, и подать заявление в партийную организацию об отказе от троцкизма. Я это выполнил. Текст заявления предварительно был одобрен ленинградским центром. Вскоре я получил разрешение на выезд за границу[805].