Ни слова, господин министр! (СИ) - Варварова Наталья - Страница 9

Жаль, так и не успела поинтересоваться, откуда следовало вести отчет старту пари, — с его приезда в Латрок или от встречи в кабинете. Меня грызло другое. Я тщетно пыталась заглянуть в будущее и представить, как все повернется хотя бы в общих чертах. 

Лично перед Стефаном я обязательств не имела, однако с Фересией меня связывала вассальная клятва. Ее приносил любой вошедший в силу Светоч. Пока магия при мне, я должна служить на благо своей страны.

Даже если Родерик найдет способ вывезти меня, то последует очередная болезнь; придется долго восстанавливаться. Как вариант — схорониться в его княжестве, но тогда и король непременно придумает пакость. Например, обвинит брата в измене. 

И как при таких раскладах сохранить Гретхем? Ответ напрашивался сам собой. Только пойдя на сделку с Его Величеством… Но здесь загвоздка. Я лучше стану первым в истории страны отдающим магом, убившим собственного монарха. 

Бог — или сэр Родерик — подарили мне чудесные десять лет, и я не могла заставить себя вернуться. Это как, пожив на воле, снова закрыться в клетке и еще попросить накинуть на нее покрывало. 

Вечерело. На своем маленьком огородике я снимала сухие листья с кустов гвинервы. Лечебный огород был моей отдушиной. Зачем покупать целебные травки и ягоды, если их можно вырастить? Тем более что рядом со мной свойства растений усиливались на тридцать, а то и на сорок процентов. 

Сегодня монотонная работа не успокаивала ни на минуту. Я убрала инструменты в ящик, сняла фартук. Через час стоило быть в городе и проконтролировать, чтобы Дэвид все-таки собрался на обед. Сам он мог «забыть», а, если я стану скрывать мальчика, министр быстрее заподозрит неладное. 

Тогда переоденусь наверху. Большая часть моих вещей все равно здесь, в Гретхеме. У меня не так много платьев, но даже купленные несколько лет назад выглядели свежими и накрахмаленными. Не нужно держать горничную, которая бы приглядывала за гардеробом и… за моим внешним видом. 

Волосы слушались. Ногти, если я здорова, не ломались и не нуждались в маникюре. Я умела самостоятельно накручивать легкие прически. Мда... какую деталь ни возьми, удобно быть Светочем — однако на выходе все равно получаешь Оливию Бланш с ее сломанной жизнью. 

Мне придется на что-то решиться. Затворница из Латрока, так или иначе, подошла к концу. Когда-то мне удалось скрыть от Родерика правду и тем самым сохранить ему жизнь. И вчера, подозревая его в сговоре с братом, я все равно цеплялась за наведенную в прошлом иллюзию. 

Что же делать… отказаться от его помощи? Пожертвовать собой и сдаться королю? Zut, вот… zut. Никогда больше. К тому же мрачная серьезность в глазах Родерика, его поведение, когда он ослаблял контроль… Ему до сих пор не все равно, где я и с кем. И, может, в виде сломанной куклы при дворе я только наврежу ему еще больше. 

А сын? Я не могла доверить Стефану его судьбу. Наш король растопчет и продаст кого угодно. И принесенная клятва не будет гарантией.  

Так, Оливия, прекращай истерику. Я оглядела себя в зеркале. Пока терзалась, привела голову в порядок — заплела косу, уложив ее венцом. Остальные волосы оставила распущенными. Наверное, для вдовы чересчур легкомысленно, но, по меркам магов, я еще очень молода. И мне предстоит обед с особами, которых полагалось радовать своим внешним видом. 

Следы усталости на лице скрывать не буду, но кожа сияла, а глаза горели тревожным блеском. Надо наконец признать, что Его Высочество сочтет меня интересной, даже выйди я к ним с дочерью босая и растрепанная. И я всегда этим пользовалась. Когда-то, будучи значительно младше Ангелины, я шутя заставляла второго наследника играть со мной в прятки и левитировать по воздуху из комнаты в комнату.

В этот раз братья серьезно схлестнулись и, очевидно, на чьей я стороне. При этом каждый из этих четырнадцати дней надо мной будет маячить угроза разоблачения. 

Допустим, Родерик все узнает и, вероятнее всего, не сможет простить. И без того сильная обида перерастет в презрение. Ну что же, переживу! Главное, удержать его от импульсивных поступков. 

Еще бы выяснить, что задумал против него Стефан. Он-то лучше Родерика представляет, каким шатким стало равновесие между ними. 

Как только король придет к выводу, что младший брат угрожает его власти, то церемониться не станет и попытается его устранить. Быть может, эту черту он уже переступил. 

Гретхем, мои девочки, потуги вывести женское образование на новый уровень и добиться того, чтобы магичек, да и остальных девушек, принимали на государственные посты — все отступало на второй план. И какой, кстати, прок от репутации на пороге гражданской войны? Страна может расколоться надвое, а я собираюсь делать то же, что и всегда. Защищать Родерика, даже если он меня за это проклянет. 

В этом случае не в моих интересах позволить Стефану выиграть краково пари. Младший Конрад, конечно, дал мне понять, что вступился за меня из-за чувств, что были в прошлом, а сейчас — я холодна, а ему все равно…

— Вы так хороши, леди Оливия. Просто принцесса из сказки, — восторженно вскинулась Мэри, когда я спустилась. — Наденьте еще ту диадему, что вам подарили в прошлом году, когда вручали орден Фересии второй степени. 

— Зачем же. Это обычный обед, а не королевский прием.

Как только я это сказала, вдруг стало легче. Познакомлюсь с Ее Высочеством. Вдруг Ангелина не так избалована, как про нее рассказывают... Гретхем все же удастся отстоять и девочку — доучить хотя бы в начальной школе. Если повезет, Дэвид будет дуться и не скажет ни слова, а Родерик поделится идеями, как избежать королевского гнева и самого короля. 

— Ой, а вы слышали новость? К нам едет Ее Величество Стелла. Ей прописали месяц на водах. Вроде бы беременность опять проходит не так гладко. 

Я подавила не очень приличное ругательство, но Мэри тут же добавила:

— Король Стефан уже объявил, что последует за женой. На курорты едет весь двор! Скоро даже в Латроке яблоку будет негде упасть.

Глава 12.

Для этой встречи князь выбрал самый дорогой ресторан в Соттелсби, городке, считающемся жемчужиной в ожерелье курортов. После того, как здесь через три или четыре дня разместится двор, невозможно будет попасть не только сюда, в «Парсонс», но и в любую мало-мальски приличную кофейню или пекарню со столиками.

Мы сидели на открытой террасе, — благо по вечерам все еще тепло и совсем не душно, — с видом на водопад «Слезы Аурелии». Стихия рыдала в полную силу: «Аурелию» лучше всего наблюдать как раз после дождей. 

Я же рассчитывала, что, несмотря на жуткие перспективы, держусь куда увереннее, чем мифическая дева, потерявшая возлюбленного. Во-первых, я лишилась его так давно, что слезы уже кончились. Во-вторых, необходимость стоять по полдня за кафедрой вырабатывала поистине королевскую осанку. Заодно я научилась скрывать свои чувства не хуже, чем любая фрейлина из свиты Стеллы. В-третьих, моему бывшему возлюбленному так идет строгий темно-синий камзол поверх рубашки...

Пока дети рассаживались, я успела перекинуться парой фраз с Родериком, от чего у обоих поднялось настроение:

— Где букеты и серенады, Ваше Высочество? Если вы будет маячить рядом с такой скорбной миной, то никто не поверит в неземную страсть.

Он каждый раз удивлялся, что находился человек, — Nom de Dieu, да еще женщина! — кто осмеливался его дразнить. 

— За соседним столиком репортеры, еще две группы сидят у входа на террасу. Предлагаете тащить вас вон туда, на обзорную площадку, чтобы поцеловать под магвспышками? Они будут в восторге, — министр покачал головой. — Я и забыл, какая ты язва. 

Не знаю, чего он от меня ждал. Что я буду бледнеть-краснеть, как и положено робкой жертве условностей?

— Руководство Гретхема тоже не возражает. Я продемонстрирую образцовое сопротивление, а завтра мои адвокаты свяжутся с вашими. У нас хорошие сборы в этом году, но принять кругленькую сумму от брата короля мы не откажемся.