Последняя буква Севера - Винчестер Лина - Страница 13

Удивительно, что Долорес ест много, но при этом остается стройной. Она родила Джейка, когда ей было всего семнадцать лет, поэтому выглядит так молодо, что ее часто принимают за его старшую сестру.

Когда она познакомилась с Сэмом, он был подтянутым и напоминал мне регбиста в спортивной экипировке, который одним плечом может с легкостью проломить стену. За последние несколько лет он изменился: располнел, появился второй подбородок и пивное брюхо, которое Долли в шутку называет «пояс верности». Они живут вместе уже пять с лишним лет, но при этом так и не поженились, Долли против официального брака и каждый раз отвергает предложения Сэма, а их было немало.

– Оставь место для десерта, – просит Сэма Долорес. – И отвлекись от телевизора хоть ненадолго.

Сэм нехотя кивает, но все же мельком посматривает на работающий в гостиной телевизор.

– Вы уже купили вещи на зиму? Говорят, в этом году зима будет холоднее обычного.

– Еще нет, Долли, – отвечает мама, сделав глоток вина. – Может, на следующей неделе.

На следующей неделе мы будем закрывать счет за электричество и долг за ремонт маминой машины. Но если мы скажем об этом, Долорес снова начнет предлагать нам все, что есть в ее гардеробе. Она делает это из добрых намерений, но нам всегда жутко неловко в такие моменты.

– Мы в прошлом году купили мне теплую куртку, – говорю я, опуская на тарелку еще один кусочек индейки. – Она как новая, я надела ее всего пару раз, потому что мне в ней было жарко.

– В этом плане везет, когда у тебя дочь. – Долли подпирает подбородок ладонью с зажатой в ней вилкой. – Джейк растет со скоростью света. Обувь, одежда – за год вырастает из всего, и не знаю, когда остановится. Кстати, у меня полно вещей, которые мне тоже малы, Микки, может, примеришь после ужина?

– Боюсь, что сегодня они мне тоже будут малы. – Я поглаживаю переполненный едой живот.

Хлопает входная дверь, и через пару секунд в гостиную заходит Джейк.

– Привет, миссис Рамирес. – Посмотрев на меня, он прикладывает ладонь к груди и отвешивает поклон. – Любимая.

– Любимый, – отвечаю я, повторяя его действия.

– Не ерничайте, – просит Сэм, откидываясь на спинку стула.

Кивнув отчиму, Джейк подбрасывает в воздух связку ключей, которую тот ловко ловит.

– Машину помыл, как и обещал. Теперь пару дней нельзя говорить, что я не помогаю по дому.

Обхватив руками плечи Долорес, Джейк склоняется и чмокает ее в щеку.

– Привет, мам. – Он снова коротко целует ее. – Пока, мам.

– Стой, а поесть?

– Я ем. – Он берет из хлебной корзины булочку и откусывает ее. – Видишь?

– Даже руки не помыл! – говорит она ему в спину. – Стоять!

Он вскидывает руки, как пойманный преступник, и оборачивается.

– Ты куда собрался, опять на репетицию?

– В комнату, нужно сделать домашнее задание. Нам много задали прочесть по литературе. Правда, Микаэла?

– Да. – Я тянусь за стаканом с соком и планирую поддерживать любую ложь Джейка, пока он держит рот на замке по поводу моих чувств к Оливеру. – На самом деле не очень много, но Джейк только привыкает к тому, что в мире существуют тексты длиннее, чем в комиксах.

– Микки, – устало просит мама.

– Я бы попросил тебя помочь мне с домашним заданием, Микаэла, – говорит Джейк, пристально глядя в мои глаза. – Но боюсь, что твои мысли забиты лишь текстом новой песни Оливера.

– Если я зайду в твою комнату через десять минут, – бросает Сэм, ерзая на стуле, – и не увижу тебя с учебником в руках, то займу тебя подработкой в автомастерской после школы. Ты с этой музыкой уже совсем с ума сошел.

– Мама говорит, что я так самовыражаюсь.

– Мама готова сдувать пылинки с твоей задницы.

– Зато он не пьет и не курит, – с гордостью говорит Долорес. – Так что пусть занимается тем, что ему нравится и не приносит вреда здоровью.

О да, Джейк Элфорд не пьет и не курит… Ну конечно. Мне едва удается не рассмеяться, и Джейк, судя по его пристальному взгляду, замечает это, поэтому я плотно сжимаю губы.

– Сэм, сделай ты уже телевизор потише!

– В Оклахоме ураган первой категории, – отвечает он, не отрывая взгляда от экрана.

Мы с мамой тут же с опаской переглядываемся. Внутри все леденеет. Оклахома – соседний от нас штат, немного успокаивает лишь тот факт, что наш город находится ближе к границе Теннесси, но я все равно достаю из кармана телефон, чтобы проверить нет ли оповещения от службы безопасности Арканзаса с предупреждением.

И хоть в Оклахоме сейчас ураган первой категории – самой легкой из пяти существующих – мобильные дома и трейлерные парки всегда под угрозой. К тому же категория в любой момент может повыситься.

– Все будет хорошо, – успокаивает мама меня или себя. – До нас не доберется.

– Выключи, – просит Долли.

– Я хочу знать, в какую сторону он направляется и будет ли набирать обороты. Ураган, что был летом, убил много людей.

Тело начинает непроизвольно бить мелкой дрожью от одного лишь воспоминания. Кто-то в метеоцентре сильно облажался, предупредив лишь о шквалистом ветре, никто не был готов к тому, что произошло. Когда ураган ворвался в наш город, мы с мамой работали в доме в восточной части Мемфиса, ветер нагрянул резко, да с такой силой, что дом, казалось, вот-вот с треском развалится. Электричество вырубилось. Мы легли на пол в ванной и просто ждали, когда это закончится. По возвращении в трейлер нас ждали выбитые стекла, и только две недели назад мы наконец-то убрали приколотые доски и вставили новые стекла.

Долорес до краев наполняет бокалы вином.

– Знаю, что это все жутко, – говорит мама, делая большой глоток, – но когда я смотрю на разрушения, то не могу избавиться от мысленного подсчета, во сколько встанет ремонт.

Все тихо усмехаются, но обстановку разрядить не удается. При детях родители всегда делают вид, что все идет лучше, чем есть на самом деле. Такое чувство, что они не замечают того, что мы уже давным-давно все понимаем.

Перевожу взгляд на Джейка. Сжав челюсть, он смотрит в экран, а потом, словно почувствовав, поворачивает голову. На его лице не прочесть никаких эмоций, и мне интересно, ему тоже страшно несмотря на то, что ураган далеко от нас?

Джейк уходит в комнату, а Сэм начинает вспоминать знакомого, который погиб этим летом во время урагана, не добежав пару метров до собственного дома – соседский почтовый ящик вырвало из земли с корнем, и тот со всего размаху влетел в голову бедняги.

Не в силах больше это слушать, я поднимаюсь и выхожу из-за стола. Остановившись у приоткрытой двери в комнату Джейка, я осторожно стучусь и заглядываю внутрь.

Отбросив чехол для гитары, он подхватывает со стола первый попавшийся учебник, но, заметив меня, с облегчением выдыхает.

– А, это ты. – Отбросив книгу на кровать, он расстегивает чехол и опускает в него гитару.

Я оглядываю комнату. Над кроватью приклеены постеры «The Offspring» и «Papa Roach», а между ними висит копия большого постера с эмблемой «Норда», который нарисовала я: компас, где вместо направлений стоят буквы «Н. О. Р. Д», а наконечники четырех стрелок указывают на четыре направления сразу. На рабочем столе, заваленном тетрадями и учебниками, стоит сразу несколько кружек. Со спинки стула свисают футболки с логотипами рок-групп. На полу у мусорной корзины валяется много смятых листов бумаги. Единственное место в комнате, где сохраняется идеальный порядок – полки с кроссовками у стены. Множество пар.

Джейк Элфорд помешан на спортивной обуви почти так же сильно, как Кэрри Брэдшоу из «Секса в большом городе» на туфлях. А еще у него каким-то магическим образом всегда идеально чистая обувь даже в дождливую погоду, словно он ходит по воздуху.

– У меня от твоего бардака начинается паническая атака.

– Просто выйди из комнаты, солнышко, и она закончится.

Застегнув молнию, Джейк закидывает лямку чехла через плечо и идет к окну. Подняв раму, он салютует мне пальцами.

– Серьезно, сбегаешь через окно?