Мастер путей. Трилогия (СИ) - Черный Александр Михайлович - Страница 136

— Лана принадлежит к прокажённым, но лишь по убеждениям несведущих. За время изысканий по Силе Путей мне довелось бывать в разных местах и познать всякое. Имелись сведения, что некие мужи проводили естествознания с айнами, всячески пытаясь вывести безупречных слуг и ратников. Святейший Синод без уступок порицает любое кровосмешение видов разве человека с человеком. А потому Лана и ей подобные не в почёте. Они — плод смешения людей с айнами. Отсюда всевозможные отличия в их телесах.

— Они волколаки? — спросил прямо. — Один из разжигателей этой межвидовой ненависти назвал Лану волколачьей сукой. Былинные оборотни из сказаний тут как-то замешены, или же подстрекатель лишь засвидетельствовал свою необразованность?

— В сказке ложь, да в ней намёк, — наставительно изрёк Берислав. — Мне доводилось вживую знавать волколаков. Но последний из мне знакомых упокоился с миром больше восьми веков назад. Лана… может быть их из стаи. Был бы рад, если б нашлась наследница давно сгинувшей ветви.

Я хлебнул своего чаю.

— А почему сперва Лана? Она не при смерти, конечно, но рана нанесена серьёзная. Не только по телу, но и по разуму. Оказаться на клыке аномального зверя — смерти хуже представить трудно. Стоит ли её сейчас тревожить?

— Потому как дева из прокажённых, — отозвался старец. — Ежели хоть половина из того, что мы знаем об айнах, истина, то они имеют повадки айнов и наследственную память, и ведают то, что ведать не могут. Сами они свои познания списывают на умалишённые бредни или больной сон разума, и редко с кем о сём делятся. Но ты… ты, гридь, другой. Ты причинил Лане спасение в то время, как все прочие не протянули и руки. Даровал ей милосердие, хотя её хулили и поносили. Айны, волколаки… всё едино. Звериная натура. Мне неведомы более преданные союзники, чем из числа зверолюдов, получивших подмогу в час нужды и кручины. Тебе Лана откроет свою душу.

Отставил пустую чашку и посмотрел древнему деду в глаза.

— Скажи, старче. Ты токмо в Путях дока, али же в иных смежных аспектах ведаешь? Подвластно ли тебе лечение?

Берислав аж приосанился, пусть и едва заметно глазу.

— Без малого десять веков землю топчу, — с какой-то ноткой профессиональной гордости изрёк он. — Уж какое-никакое, а врачевание ведаю.

Взгляд собеседника опять потускнел.

— Однако ж, своей наследнице помочь не осилил.

— Если ты про Злату, то не переживай, — пожал плечами я. — Теперь я занимаюсь девочкой.

Великий Архимаг Путей поднял на меня взор.

— Мы потеряли много времени, — пояснил я. — О состоянии Златы надо было сказать сразу, как только меня призвали. Выиграли бы как минимум неделю. Но так тоже ещё терпимо. Уже вторые сутки подряд мы даём девочке препараты, которыми в моём мире лечат её расстройство. Эффект не мгновенен и потребует пары-тройки недель, но теперь я веду малышку. Собственно, потому Алина и не может меня учить: занята работой по отчему дому и ухаживает за сестрой, даёт лекарство по расписанию, в то время как я познаю ваш мир.

— Так ты, стало быть, не только Мироходец, гридь, — произнёс Берислав. — Но и душ врачеватель?

Я покачал головой.

— Даже близко нет. Всего лишь на всего осведомлён о некоторых моментах. «Я не волшебник, а только учусь» ©.

Великий Архимаг Путей поднялся с места, опираясь на посох.

— В таком разе… будь милостив, гридь. Подсоби. Надлежит нам в Оболенск сперва направить свои стопы, да потом наследников моих проведать. Ежели мне своих сил не хватит, так я у тебя позаимствую.

Я встал вслед за старцем.

— Хоть все забирай, отче, — отозвался, вытирая об штанину клинок НРС и убирая нож в ножны.

Опираясь левой рукой на свой боевой посох, правой Берислав схватил меня правой за предплечье. И довольно жёстко так схватил. Не у каждого здорового человека будет столько сил в пальцах, а тут собирающийся умирать древний дед инсайд… а не симулянт ли он, часом?

Великий Архимаг Путей воздел свой посох кверху и с силой ударил его подтоком об пол.

— И да отверзнутся врата…!

От места, где, высекая искры (каким боком⁈ На подтоке резиновый набалдашник!), ударил посох, будто бы прошлась ударная волна, исказившая само пространство вокруг. Миг — и перед нами буквально отверзлись врата: на свободном месте рядом образовалась прореха с бесформенными краями, за которой обнаружился уже знакомый мне интерьер кабинета Вещего. В самом же кабинете обнаружились его владелец и полковник Протопопов.

Прикольно. А у меня другие спецэффекты были. Это что получается? Можно не только эффектно исчезать во вспышке света, но и ещё более эффектно проходить через разломы с порталами? Надо будет допросить на этот счёт Берислава.

Древний маг, опираясь на посох, уверенно шагнул в пролом, увлекая меня за собой. Путешествие не заняло ничего: мы буквально вышли из зала на этаже обители и вошли в кабинет Вещего.

Светозар Горынович с Ростиславом Поликарповичем поднялись со своих мест из-за стола хозяина кабина.

Директор Императорской Академии распростёр руки, приветствуя старого знакомого.

— Берислав! Старый друг! Сколько лет и сколько зим! Неужели ты внял моим мольбам и решил принять бразды правления Академией⁈

«Шутник, блин», — бьюсь об заклад, в этот момент нас со старцем посетила одна и та же мысль.

— Увы, Светозар, — хмыкнул самодовольно Великий Архимаг Путей. — Не на склоне веков мне сим утруждать свою спину. Вот…

Древний маг хлопнул меня по спине.

Да так, блин. Хлопнул, что, если б не скрытный бронежилет под кителем, он бы из меня весь дух вышиб!

— … молодое поколение завсегда гораздо. Ему и передавай.

— Так… — виновато развёл руками Горынович. — Уже, друг. Начинаю готовить дела, чтобы в будущем передать их твоему ученику.

«Меня точно никто спрашивать не будет», — подумалось мне. «Обсуждают как уже установленный факт».

Ростислав Поликарпович с почтением поклонился старцу.

— Здравия желаю, мастер Берислав. Раз вас видеть в добром здравии. Сожалею, что лишь сейчас удалось лично поблагодарить вас за осуществлённый призыв.

— Полно тебе, Ростислав, — проронил мой спутник. — Не пристало тебе под сединой спину в поклонах гнуть.

— Что привело тебя, старый друг? — спросил его Вещий. — Да ещё и в сопровождении ученика.

— Нам надлежит обговорить с Ланой, — прямо заявил Берислав. — Дева может просветить нас, ежели коснулось айнов.

Протопопов нахмурился.

— Она повинна в проникновении? — переспросил он прямо. — Нам стоит её арестовать?

— Это и предстоит разузнать. Но мой опыт говорит, что она едва ли причастна к произошедшему.

Полковник переглянулся с Вещим.

— Мастер Берислав… можем ли мы… присутствовать при допросе? Если сведения поступят, нам надо их немедля проверить…

«Мастер Берислав» покачал головой.

— Спешке не место, Ростислав. Дева изрядно подавлена. Наипаче — своим происхождением и отношением к ней от люда. Ещё и чуть не кончила на зубе айна. Может статься непросто её разговорить. Ежели кому и откроется, то лишь спасителю своему, ибо такова натура зверолюда. Не гони. Мы немедля передадим всё, что выведаем у Ланы.

— К ней ещё не приходили ваши лекари? — спросил я у присутствующих. — Ночью успел обработать раны, но обезболивающее не действует вечно. Уже должно начать «отпускать», и адская боль вернётся.

— Не переживай, наёмник, — отозвался полковник. — Главный врач сам взялся вести раненую, и, прибыв поутру, произвёл над ней все необходимые манипуляции. К слову, он предельно искренне и донельзя воспевающе отозвался о том, чьей рукой была оказана первая помощь, и потребовал свести вас.

Я только пожал. Странно. Мне казалось, что где-то допустил ошибку при обработке. Всё же, рваные раны когтей — это больше к ветеринарам и прочим живодёрам. Мне, так-то, привычней тампонировать проникающие раны от пуль и осколков. Но, раз местные пироговы и сахаровы в восторге от моей работы, значит, не всё так плохо. Я ещё не безнадёжен.