Страна Незаходящего Солнца. Том I (СИ) - Панцерный Владимир - Страница 49

— Я даю тебе приказ из Токио. Я был там, и перед отправкой сюда, мне передали секретную телеграмму с формальным разрешением на действия. Твои руки развязаны, Китано-сан, ты вправе сделать с этой землей все, что заблагорассудиться, если считаешь, что это поможет нам выиграть войну. Но ты ведь не думаешь, что я просто встану рядом и буду наблюдать? Я командовал отрядом еще тогда, когда мы сидели в Чжунма. Я не хочу положить начало теории полномасштабной биологической войны, развить ее и в итоге не принять никакого личного участия в практической части. Понимаешь ли, Китано-сан, мне тоже хочется приложить свою руку к первому настоящему боевому испытанию наших достижений, и, надеюсь, по совместительству, к первому крупному поражению большевиков в Маньчжурии.

— Я не смею препятствовать, Исии-доно. Наоборот, поддержка и личное участие такого лидера и специалиста, как Вы, сильно увеличит шансы на успех мероприятия.

— Благодарю, Китано-сан. Рад слышать, что мои заслуги признают мои преемники. Несмотря на то, что я сейчас, по сути, нахожусь на более высокой должности, я даю тебе право приказать мне, на каком направлении и в составе какого подразделения я буду действовать. Я не боюсь побывать на фронте, наоборот, сейчас это необходимо для меня.

— На Большой Хинган. Вам, Исии-доно, я готов доверить самую сложную, но в то же время самую важную задачу. От вашего подразделения будет требоваться совершить рейды прямо у линии фронта, чтобы отравить источники пищи и воды, а так же распространить инфекции там, где будут вынуждены остановиться на передышку и сбор сил вражеские армии. Остальное Вам расскажет полковник Такахаси.

— Тот самый Такахаси?

— Да, тот самый. Он будет ждать Вас в Бугте, это поселок на самом перевале. И да, Исии-доно.

— Слушаю.

— Не приказываю, но крайне советую получить на складе рабочую или солдатскую форму. Во время задания Вам будет не перед кем демонстрировать высокое звание, а вот советская контрразведка сделает все, чтобы взять Вас живыми. Я уверен, они прекрасно осведомлены, что наш отряд никуда не исчез из Маньчжурии, и внезапное появление генерала медслужбы на передовой заставит их действовать.

— Я понимаю, Китано-сан. Как ты помнишь, я участвовал в некоторых операциях в 1936 и 1939 годах, у меня есть опыт отравления источников воды как на линии фронта, так и глубоко за ней. Я и не собирался светить погонами, к тому же заметно выросшими с тех лет. В любом случаи, спасибо за совет, я возьму нужную форму. Но, похоже, заговорившись о войне, мы с тобой забыли, зачем я сюда приехал.

— Не забыли, мы уже говорили об этом. Полномасштабная биологическая война.

— Да? А про уничтожение комплекса?

— Вы сказали, что это нужно будет сделать, если большевики дойдут сюда.

— Значит, действительно все… В этих местах слишком много хороших воспоминаний для меня, я даже забываю, о чем говорил десять минут назад, вспомнив какое-нибудь событие десятилетней давности. Мне пора поскорее отправляться на Большой Хинган, иначе, я скоро забуду, зачем вообще приезжал.

— Погодите, Исии-доно, вы уедете прямо сейчас?

— Да, это так.

— У Вас даже не будет немного времени на то, чтобы снова пройтись по комплексу? Вам это не интересно?

— Слушай, Китано-сан, чем дольше я буду разгуливать по комплексу, тем больше шанс, что через неделю его не станет. Я нужен на передовой, у меня нет возможности позволить себе быть здесь. И да, ты распределил все запасы оружия?

— Так точно, Исии-доно. Группа Карасавы продолжает производство бактерий, и по мере поступления я продолжаю отправлять их на фронт. Все идет строго в соответствии с уставом и приказами. Более того, летом этого года приходил приказ о расширении производства, так что у нас сейчас исторический рекорд подразделения по этому направлению.

— Ну, что я могу сказать… Молодец, Китано-сан, я желаю тебе успехов. Когда мы выбьем большевиков, я посмотрю, что здесь изменилось, более подробно. Продолжай в том же духе, и мы навсегда войдем в историю. А теперь, прощай.

Сиро Исии спокойно встал и вышел из кабинета, не дав Китано даже вставить слово. Тот остался наедине со своими многочисленными мыслями о прошедшем визите и резком уходе своего бывшего командира. По крайней мере, он остался горд тем, что Исии-доно похвалил его — значит, действия, предпринимаемые Китано последние три года, оказались верны. Улыбнувшись, Китано встал и подошел к окну, в котором увидел уже уезжающего Исии, ненадолго остановившегося у вещевого склада и вышедшего оттуда с комплектами одежды рядового состава. После этого, «Куроган» с его бывшим командиром удалился из поля зрения в направлении, откуда прибыл — поселок Пинфан. Китано улыбнулся. Он понял — если даже генерал-лейтенант по своему желанию отправляется на передовую, значит, слабые европейцы точно не смогут сломать непоколебимый дух японской нации. Когда-нибудь обязательно наступит победа.

***

19 августа человек в форме обычного рядового японского солдата находился в Маньчжурии, севернее Большого Хингана. С ним было еще несколько человек, среди которых выделялся капитан, форма которого так же была полностью взята от рядового состава, даже вместо фуражки была каска, но его контрпогоны с двумя красными полосами и тремя звездами выдавали в нем явно не солдата. У всех остальных погоны соответствовали их низким званиям, от рядового до старшины, ну а у упомянутого выше человека вообще не было никаких знаков различия, кроме нашивки, просто определявшей его принадлежность к Императорской Армии.

Все эти люди находились на холме в степи. Четверо из них держали большой деревянный ящик, выкрашенный в темно-желтый цвет. Капитан посмотрел в бинокль вперед — там было озеро, возле которого расположились многочисленные палатки и стояла техника. Беглый осмотр позволил рассмотреть несколько Т-34-85 и пару санитарных грузовиков, а так же ГАЗ-67 и грузовую «полуторку», стоявшую около, судя по всему, местного склада. В лагере находилось немало людей, абсолютно все из них были солдатами РККА, вооруженные винтовками или автоматами, некоторые — офицеры, причем, судя по погонам, довольно важные. Опустив бинокль, капитан скомандовал.

— Выпускайте.

Четверо солдат сразу опустили ящик на землю, после чего открыли его, и из ящика в небо вылетели десятки птиц, направившиеся в сторону лагеря. Весь отряд наблюдал за ними, пока человек без погон не обратился к капитану.

— Хочешь, объясню, почему именно здесь?

— Это не обязательно, Исии-доно. Я понимаю, зараженные птицы принесут инфекцию большевикам, это выведет их из строя. Другое подразделение сейчас занято чем-то похожим, они будут запускать к противнику зараженных чумой мышей.

— Ты не все понял, капитан. Есть много точек, куда бы я мог назначить нашу группу с этим заданием. Но я выбрал именно это место. Почему? Потому что эти птицы всегда летят на источник воды. Они не только гарантированно прилетят к большевикам, они так же задержаться там на достаточно долгое время. Не важно, что произойдет за это время, в любом случаи, какой-нибудь солдат обязательно пойдет к берегу и потрогает их, или попытается прогнать, или птицы будут пролетать над лагерем и оставят свой помет. Все это гарантированно приведет к началу распространения патогена среди людей. К тому же, я не думаю, что они здесь на долго. Лагерь появился тут буквально два дня назад, они даже не окопались, ибо уверены, что фронт не вернется туда. Значит, скоро они двинуться дальше, а с ними и заболевание.

— А если не двинуться? Мы не можем знать всех планов большевиков. Русские непредсказуемы.

— А если не двинуться, они начнут болеть и умирать прямо там. Рано или поздно штатные медики в подразделении не справятся, и к ним прибудет медицинская бригада из другого подразделения. Наши разведчики точно установили, что русские военные врачи не рассматривали возможность применения биологического оружия, поэтому они не только не смогут излечить больных, а так же сами станут жертвами болезни. Это новый патоген, его нигде не применяли, к нему ни у кого нет иммунитета, если не считать, конечно, редчайшие случаи врожденного. Он довольно слаб, выжившие им вряд-ли заразятся вновь, но нужно ли это? Большинство не переживет и первого заражения.