Шоу должно продолжаться, Акиро-сан! Часть 2 (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович - Страница 40

— Хорошо, — тут же смутился господин Кима, — расскажите, при каких обстоятельствах это произошло? Вам угрожали? Или вы спасались от кого-то? Или, может, вы испугались? Подробности, мне очень нужны подробности, господин Акиро.

— Да, признаться, ничего такого. Никто мне не угрожал. Просто господин Вакедо, он мой начальник… Он на меня кричал, заставлял работать, а я предложил ему мне помочь. И, в общем, тогда я применил способности, и он мне начал помогать, — произнёс я.

— Помогать? И в чем заключалась эта помощь? Случаем, не в том, что вы теперь стали кинозвездой? — с нажимом спросил мужчина.

— Ну, может быть, разве что косвенным образом, — пожал я плечами, — я попросил его помочь осветить нашу студию, — признался я, — ну а потом господин Вакедо, явно на меня разозлившись из-за этого, поручил мне работу, собственно, вести то самое шоу, которое видела ваша матушка, — сказал я, — вот, собственно, с того всё и началось.

— Так, хорошо, — протянул Кима, — A второй раз?

Здесь мне уже стало немного стыдно.

— Видите ли… — но обманывать я не собирался, — видите ли, наш медицинский сотрудник Татуми. Она все пыталась у меня кровь взять. Как-то вела себя навязчиво. Я, признаться, испугался, мало ли она что-то разнюхивает или хочет, как-то мне навредить. Ну и, в общем, когда она в очередной раз попыталась взять у меня кровь обманным путём, я убедил её, что она уже брала. Собственно, у меня получилось.

— Так. Значит, дар убеждения… — снова протянул Кима, будто делая какую-то запись, хотя в руках у него не было никакого блокнота. Хотя, может, он ведёт аудиозапись.

— Ну, что-то типа того, согласился я. Убеждать у меня людей получалось, хотя мне кажется, это совсем нечестно, ведь я подавлял волю людей, заставлял их делать то, что они, быть может, сами не хотели, но это шло в разрез с моими интересами, — попытался оправдаться я.

Я уже смирился с тем, что сейчас меня, наверное, будут обвинять во всех грехах, что я пользуюсь своей супер силой в личных интересах, или за что там обычно журят супергероев в американских комиксах?

— Ну. Это похвально, похвально, что вы осознаете ответственность. Пользоваться направо и налево силой для своего блага… — он осёкся, — признаться, не запрещается, но не приветствуется. Знаете ли, это аморально. Однако, как показывает практика, если этим злоупотреблять, ничего хорошего господин Акиро, не выйдет. Я знавал многих, кто поплатились за то, что построили всю свою жизнь лишь на одной только способности. Они бывают разные. Всё-таки вы это не ваша способность. Будьте в первую очередь человеком, господин Акиро, это моя вам рекомендация и в будущем она вам очень поможет. Не забывайте о ней.

— Я… запомню, — покивал я.

— А теперь позвольте мне вашу руку.

Ким уселся за стол и положил на столешницу протянутую ладонь. Я сел напротив, не совсем понимая, что нужно делать, вложил свою руку прямо в его раскрытую ладонь. Тот тут же закрепил у меня на пальце какой-то датчик, я даже оглянуться не успел. Палец что-то укололо.

«Опять у меня кровь берут!»

Но тут уже не посопротивляешься, все-таки здесь не госпожа Татуми, а какой-то непонятный спецагент.

— Потерпите, потерпите это недолго.

К датчику на пальце присоединился кабелёк, а из нагрудного кармана Кима достал обычный смартфон, затем подключил кабель к нему, принялся что-то изучать.

— Так понятно, понятно. А вот со здоровьем у вас, вы говорите, были какие-то трудности? Вы, случаем, не умирали? — господин Кима вдруг внимательно посмотрел на меня.

— Что это значит? Видите, я живой!

— Ну да, ну да, — тут же подтвердил он.

А у меня внутри так похолодело. И это они знают!

Но, кажется, он мне поверил… или не поверил. Глядя на свой смартфон, он покачал головой.

— Да и ладно, какая уж тут разница. Поздравляю вас, господина Акиро, вы теперь одарённый.

— Так, — протянул я, — и что дальше?

— Что дальше? — удивлённо спросил меня мужчина, — живите, не нарушайте закон, помните о том, что я вам сказал. Не злоупотребляйте своими способностями, а то они могут от вас и отвернуться в самый неподходящий момент, а защищаться вам будет нечем. Поэтому ведите честный и благонравный образ жизни.

— Хорошо, но мне-то, что делать?

— Да ничего особенного. Вот, — он протянул мне небольшую брошюру, которую также достал из нагрудного кармана, — вам нужно явиться в бюро контроля одарённых вот по этому адресу, — он обвёл пальцем строчку внизу брошюры, — там вас поставят на учёт, вам нужно будет приходить раз в месяц. Сдавать анализы, проверять ваше здоровье. Вы всё-таки теперь ценный член нашего общества. И по возможности не покидать Японию надолго, всё-таки за одарёнными ведётся охота, знаете ли.

— Я об этом не знал, — признался я.

— Ну, ещё успеется. Вам предстоит ещё много чего узнать, господин Акиро.

— Но, госпожа Татуми, она, признаться, так заинтересовалась… я побоялся, что это что-то предосудительное, если честно, — нервно рассмеялся я. Напряжение схлынуло, и я вдруг стал излишне болтливым.

— Да, обычные люди, простые, гражданские, часто думают, что не попадя. Вы, главное, не забивайте себе голову лишним, живите как прежде, а госпожа Татуми… я с ней поговорю.

— Ну, спасибо, конечно, это не обязательно, я и сам разберусь.

— Поверьте, лучше, чтобы такого рода разговоры проводили профессионалы, — мягко улыбнулся он, — вы же не хотите никаких инцидентов в будущем.

— Ну да, — протянул я, припомнив маниакальный взгляд медсестры, когда она пыталась взять у меня анализ крови.

— Да и гражданским ничего знать секреты избранных.

Кима со значением посмотрел на меня, затем подмигнул.

— К слову, шоу у вас замечательное, — сменил он тему разговора, сорвав у меня с пальца датчик.

Очень скоро всё оборудование спряталось в его внутреннем кармане, однако появился блокнот для записей и шариковая ручка.

— Господина Акиро, моя бабушка от вас просто без ума, а это новое шоу… Слушайте, госпожа Момо Ямаха, просто моя любовь, только никому не говорите.

Он весело рассмеялся и подмигнул мне.

— Пожалуйста, оставьте мне автограф и какие-нибудь тёплые слова для моей матушки, она вам будет очень благодарна.

— Да, конечно, — произнёс я, беря блокнот и написав сорвавшимся почерком, — дорогой… а как вашу матушку зовут?

— Миё.

— «Дорогой Миё от Акиро Харуки, с наилучшими пожеланиями добра и крепкого здоровья!»

Затем поставил размашистую подпись, вот только не сразу понял, что слишком уж последние иероглифы похожи на русские буквы моего имени. Да хотя кому какая разница?

— Прелестно, прелестно, господин Акиро.

Он принялся трясти мою руку, затем вдруг собрался и вышел из переговорной. Как-то стремительно всё произошло, я даже немного растерялся. Спустя пару минут я решился покинуть помещение, а там уже никого не было — ни господина Кима, ни сопровождавших его людей в униформе, зато была Хайнако. Девушка, будто почувствовав что-то, понеслась ко мне на встречу.

— Акиро! Акиро! — кричала она на весь коридор, до крайности взволнованная, — скорее иди сюда, Акиро!

— Что-то случилось? — удивленно спросил я, приближаясь к ней.

— Да, конечно же, случилось! Случилось! Скорее беги!

По спине пробежал холодный пот, а Хайнако, тряся какой-то папкой, махала руками, давая знак, чтобы я поторапливался.

— Что случилось, тебе нехорошо?

У девушки был лихорадочный взгляд, сама она была бледная.

— Конечно случилось! Подпись случилась! Твоё шоу одобрено! В прайм-тайм, в девять часов вечера шоу «Добрый вечер с Акиро Харуки и Момо Ямаха»!

— Да не может быть, — заявил я, — это же счастье какое!

— Да ты подожди, ты весь договор почитай. Там тебе такую зарплату начислили, что многим здесь и не снилось. Главное господину Датэ не показывай, а то он себе руки по локоть сгрызет.

Я принял из рук Хайнако документ трясущимися руками.

— Вот. Иди, изучай, подписи ставь, а потом изучи вот это, — следом за первой папкой документов появилась вторая.