Академия Драконариев. Комплект из 3 книг - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 167

Потом был и ужин, который мы с Марисой приготовили на углях, в маленькой жаровне во дворе, и бокал вина под звездным небом, и Орландо, который пошел провожать свою невесту.

– Вернется? – спросила я у Хавьера.

– Нет. Завтра поговорим. Каэтана…

– Да?

– Оставайся у меня ночевать? Просто…

Я прищурилась.

– Просто так?

– Неуютно одному, – честно сознался эс Хавьер. – Когда я знаю, что ты рядом, мне спокойнее. Уютнее.

Я посмотрела на мужчину, который явно не мог выразить словами то, что чувствовал. И поняла.

Пустота.

Мы все это ощущаем время от времени. А Хавьер, при всей его семейной неудаче, очень домашний человек. Ему нужно, чтобы кто-то был, кто-то ждал, кто-то согревал теплом… Нет, я для этого не гожусь. Я не такой человек, рядом со мной быстрее обожжешься, а не согреешься. Рано или поздно он найдет себе другую, тихую, уютную, домашнюю, чтобы с варениками ждала и розы в садике разводила.

Но это когда еще будет!

А сейчас ему паршиво и одиноко. Тоскливо и гадко. И рядом нужен… да хоть бы и собака сгодилась! Сварт тоже подойдет, но Сварта не попросишь поспать с тобой под одной крышей, да и подержать дракона за лапу сложно. Там лапочка такая… один раз наступить – и долго отмывать когти от внутренностей. Я просто оказалась под рукой.

– Конечно. Только чур я наверху?

– Спасибо, Каэтана. Кстати, а почему ты улыбалась, когда речь зашла о Санторине?

– Я подумала, что если ее высочество Ифигения хотела, чтобы эти деньги не достались санторинцам, а пошли на борьбу с ними… практически она своего добилась. Специально бороться я с ними не стану, вот еще не хватало, но, если под руку подвернутся, головы поотрываю.

– Уже подвернулись.

– Ах да, его высочество Баязет! Тогда – тем более. Ифигения пожертвовала деньги в правильные руки. Интересно, что мы еще найдем там, в бухте?

– Не знаю. Может, и ничего. Этот-то кувшин нашли чудом, его не утянуло на глубину, не занесло песком и не оплело водорослями до неузнаваемости. А остальные… не знаю. Там и сундуки могли быть.

– Не могли. Мариса сказала – кувшины.

– Я вижу, как они с Орландо друг на друга смотрят, – неожиданно заметил Хавьер. – Им хорошо вдвоем.

Я кивнула.

Хорошо, уютно, спокойно. И я за них рада. Орландо – надежная опора для Марисы. Мариса для него – любимая женщина, которую надо баловать и защищать. Мне такого не выпадет, это уж точно. Если бы Аласта сделала свое предложение Марисе…

Как легко было бы его выполнить! Как просто!

А я… я не могу себя представить влюбленной. И сердце все еще болит, хотя и не так сильно, как раньше. Но довериться кому-то?

Нет, я не смогу.

– Будем все убирать – и спать? Завтра вылетать рано…

Хавьер кивнул.

– Да, и убирать, и спать… Думаю, на побережье нам придется провести дней пять. Может, и больше. Ты собрала вещи?

Что там было собирать?

Считай, все уже собиралось чуточку раньше, для полетов к храмам. Палатка есть, одежда есть, пополнить запасы самого ценного – кофе и туалетной бумаги, и вперед. На новые подвиги.

Но об этом я не скажу. Ни к чему мужчинам знать, что хрупкая и нежная женщина слона на скаку остановить может. И хобот ему оторвать.

– Собрала. Думаю, я справлюсь.

– Если чего-то не хватит – долетим на драконах. Без груза это несложно.

Я кивнула.

Да, несложно.

Кладоискательство! Не могу сказать, что я об этом всю жизнь мечтала. Но… кто не читал «Граф Монте-Кристо»? Кто не мечтал о пиратских кладах? Ну хоть о каких кладах… интересно же!

И сам факт халявы тоже приятен…

Интересно, найдем ли мы хоть что-то? Не знаю, но искать будет интересно.

Интерлюдия

Два дракона ныряли в воды залива.

Белый и черный. Белый – более юркий и подвижный.

Черный – массивный и крупнее.

Если бы кто-то посмотрел сверху вниз, он увидел бы, что вода стала подозрительно мутной.

Неудивительно.

Драконы попросту загребали со дна все, что казалось им подозрительным, и поднимали при этом просто тучи песка и ила.

Люди, видя такое безобразие… точнее, ничего в нем не видя, попросту сбежали на сушу. И теперь сидели, беседовали.

– Каэтана, ты думаешь, мы что-то еще найдем?

– Не знаю. Можем попробовать поискать в соседних бухтах. – Каэтана развернула карту и провела ногтем. – Вот течение, если по его ходу?

– Корабль был потрепан штормом, остатки попали в течение?

– Вполне вероятно. Если команда как-то дотянула до берега… или если его просто сюда прибило? Может ведь и так быть?

– Может, – согласился Хавьер, с удовольствием глядя не на карту, а на свою спутницу.

Каэтана, конечно, не стала надевать бикини, обошлась маечкой и панталонами, но выглядела она очень соблазнительно. Солнышко коснулось ее своими лучами и позолотило бледную кожу, волосы растрепались и рассыпались непослушными кудряшками, а на аккуратном носике появились веснушки. Целых шесть штук. Он считал.

– Вот, – обрадовалась девушка. – Надеюсь, кувшины были достаточно близко друг от друга… Жаль, не спросила, а почему – кувшины?

– Потому что выбора у ее высочества не было. Санторинцы следили, и, чтобы вывезти сокровища, ей пришлось воспользоваться кувшинами для воды. Их можно вывозить и привозить помногу, никто не удивится. Так и на корабль погрузили.

– Санторин, снова Санторин… – Каэтана свернула карту и запустила пальцы в теплую гальку. – Как ты думаешь, посланец добрался до его высочества?

Хавьер пожал плечами.

– Это не важно.

– Почему?

– Потому что никаким письмом ты не уймешь санторинца, который рвется к добыче.

– А поленом? – с чисто научным интересом спросила Каэтана.

Хавьер поверил.

Эта может и поленом, и драконом, и чем хочешь.

– Пока Баязет жив, подозреваю, он будет за тобой охотиться.

Каэтана вздохнула.

– Познакомиться не успели, а он мне уже надоел. Да и ладно. Смотри, наши друзья что-то тащат?

Все верно, драконы таки вырыли еще один медный кувшин и тащили его на берег. Перекатывали лапами, уже выходя из прибоя.

Каэтана подскочила и помчалась туда. Хавьер проводил ее взглядом.

Как хорошо, что она – есть.

Вот такая, яркая, веселая, юная, счастливая… Нет-нет, он никогда не скажет о своих чувствах. Просто не сможет ей признаться, никак не сможет.

Увидеть, как в серых глазах появляется холод?

Как гаснет улыбка, как она решительно и навсегда отстраняется от него… Он на такое не готов.

Лучше быть другом рядом с любимой женщиной, чем никем. Хотя бы другом.

Свадьба?

Титул, дети, Гальего?!

Да гори оно все ясным гаром! Плевать ему на все, пусть это Гальего драконы сожгут до основания – не пожалеет! И жениться больше ни на ком не станет, Натали могла бы и не просить, и не требовать. Никто ему не нужен.

Никто другой.

Только Каэтана.

Только ее глаза, ее улыбка, ее сияющее лицо. И если им не суждено быть вместе – пусть! Он потерпит!

А пока можно сидеть рядом с ней и смотреть на море. И чувствовать рядом ее тепло, вдыхать ее запах, касаться мимоходом пушистых волос. А еще – смотреть на точеную фигурку, которая выглядит намного интереснее, чем нагишом. Как-то так у нее провокационно получается… лучше об этом не думать. У него штаны, конечно, свободные, но не настолько. Или пойти искупаться? Чтобы сбросить напряжение?

Море прохладное, с утра было пасмурно, нагреться не успело…

А еще можно вставать ночью и стоять рядом с палаткой. И слышать, как Каэтана дышит.

И когда она ночует в его доме, можно тоже воображать. Что они вместе, что у них все хорошо… напрасная мечта?

А если ничего, кроме мечты, не остается?

Пусть у него будут хотя бы эти счастливые мгновения. Он их соберет и будет помнить, за них двоих. Умирать будет – и перед глазами встанет вот эта картина.

Девушка с пушистыми волосами, облитая полуденным солнцем, и два дракона, и медный кувшин…