Пропавший дар (СИ) - Рудин Алекс - Страница 48

Я проводил Гораздова в дом и поручил Игнату устроить его в одной из свободных комнат.

— А какую комнату выбрать, Александр Васильевич? — засомневался слуга.

— Толкни любую дверь, — улыбнулся я. — Какая откроется, та и подойдет.

А сам послал зов деду и в нескольких словах обрисовал ситуацию.

— Отцом Анны оказался артефактор Гораздов? — не поверил Игорь Владимирович. — Как же я сразу это не понял! Давно ничего о нем не слышал, потому и забыл. Говоришь, он сделал уникальный артефакт? Немедленно выезжаю! Ты молодец, Саша! Такое сокровище отыскал!

— Приятно слышать, ваше сиятельство, — рассмеялся я. — Жду вас к ужину. И привезите с собой Анну Владимировну, вам будет легче договориться об этом с моим отцом. А она наверняка захочет увидеть Владимира Кирилловича.

— Сделаю, — пообещал дед. — Вино к столу с меня, у тебя все равно нет поблизости ни одной приличной лавки.

Вечером хлынул ливень, и загремела гроза. Тяжелые капли колотили по стеклам столовой, магические лампы под потолком мигали.

Мы сидели за столом. Игнат после ужина разносил чай. Анна Владимировна испуганно вздрагивала при каждом раскате грома и все время смотрела на отца, как будто боялась, что он снова исчезнет. Но тут сам собой зажегся камин в гостиной, и в доме стало тепло и уютно.

После ужина я оставил деда с гостями внизу, а сам поднялся на второй этаж и подошел к окну. Мне нужно было подумать, что делать дальше.

Я не сомневался, что артефакт усиления дара украл Юрий Горчаков.

Он не знал, что не сможет его использовать.

Открытый сейф Николая Горчакова — это просто совпадение, которое не имеет отношения к краже медальона.

Но кто тогда уничтожил дар Ивана Горчакова?

На этот вопрос я ответить не мог.

Над парком бушевала гроза. Ветер трепал старые липы, в черном ночном небе ослепительно вспыхивали молнии. Во время очередной вспышки я снова увидел на дорожке возле ограды черную тень.

Я машинально отдернул занавеску, прижался лбом к холодному стеклу и вгляделся в непроницаемую черноту.

Кто следит за домом? Опять Юрий Горчаков? Или Зотов оставил наблюдение за Гораздовым?

За моей спиной послышались знакомые шаги. Я отпустил занавеску и обернулся навстречу деду.

— Задумался, Саша? — мягко спросил он.

— Да, — признался я. — Ума не приложу, как вернуть Владимиру Кирилловичу артефакт.

Дед покачал головой. Потом подошел ко мне и обнял меня за плечи.

— Не бери в голову, Саша. Черт с ним, с этим артефактом. Я возмещу князю Горчакову убытки, и дело с концом. Куда важнее, что ты нашел отца Анны. Такой артефактор — настоящее сокровище! И как я его проглядел?

— Вам удалось с ним договориться? — спросил я.

Улыбка деда отразилась в темном оконном стекле.

— Конечно. Завтра он ляжет в госпиталь, а потом мы станем равными партнерами. Я вложу в предприятие деньги, а Гораздов — свой талант и умения. Мне удалось убедить Владимира, что знания важнее капиталов.

Дед весело усмехнулся.

— Наш род крепнет, Саша. И во многом — благодаря тебе.

— Спасибо, Игорь Владимирович, — кивнул я.

Я точно знал, что не брошу поиски. Я принял Путь не для того, чтобы сходить с него при первых трудностях.

Снова сверкнула молния. В призрачном электрическом свете я разглядел, что дорожка за оградой пуста.

Глава 24

Дед уехал за полночь, когда гроза уже стихла, и увез Анну Владимировну.

За Гораздовым рано утром прибыл мобиль из нашего госпиталя. Я проводил артефактора до калитки.

— Желаю вам скорее выздороветь, Владимир Кириллович! — сказал я. — Надеюсь, что сумею разыскать ваш артефакт. Я понимаю, как это важно для вас.

— Спасибо, Александр Васильевич, — улыбнулся Гораздов.

Я впервые увидел на его худом лице нормальную человеческую улыбку, а не гримасу отчаяния. Оттаял Гораздов, отогрелся душой.

Вот, и отлично.

— Сварить вам кофе, ваше сиятельство? — крикнул с балкона Игнат.

— Не нужно, — улыбнулся я. — Прогуляюсь до кофейни.

— И к обеду вас снова не ждать? — пригорюнился старик. — Испортите вы себе здоровье всухомятку.

— Ерунда, — рассмеялся я.

— Тогда я клубникой займусь, — решил Игнат. — Грядку-то я вскопал, а посадить кусты не успел. И хорошо — их бы все ливнем смыло.

Садовник Люцерн снова возился у клумбы. Расправлял прибитую дождем зелень, подставляя под хилые стебли крохотные подпорки.

— Доброе утро, господин Люцерн, — поздоровался я. — Вы никого не видели ночью в парке?

Садовник отрицательно качнул широкими полями шляпы.

— Никого, Александр Васильевич. Я тоже иногда сплю.

Мне показалось что под широкими полями его шляпы промелькнула быстрая улыбка.

Потом садовник внимательно взглянул на меня.

— У меня к вам есть небольшая просьба. Не откажете?

— Разумеется, не откажу, — заинтригованно ответил я.

Интересно, какая просьба может быть у магического существа?

Садовник поднялся на ноги и протянул мне керамический горшок. В горшке рос небольшой розовый куст. Толстые стебли были густо усеяны острыми шипами, а на ветках краснели зацветающие бутоны.

— Я знаю, что вы иногда заходите в библиотеку, — сказал Люцерн. — Если вам не трудно, передайте при случае этот цветок ее хранителю.

— А вы знакомы с Библиусом? — изумился я.

— Не знаком, — усмехнулся Люцерн. — Но, думаю, вашему другу будет приятно.

— Я тоже так думаю, — улыбнулся я, принимая горшок.

В Незримую библиотеку я сегодня не собирался. Но почему бы не поменять планы на день? К тому же, в книгах может найтись еще какая-нибудь подсказка.

— Благодарю вас, — кивнул Люцерн и снова занялся своей клумбой.

А я отправился в кофейню Набиля, неся горшок с цветком в вытянутых руках и обходя лужи, которые остались после ночного ливня.

Чтобы взбежать по скользким сходням на плот, мне потребовалось проявить чудеса ловкости. За это я был вознагражден нетерпеливой улыбкой хозяина кофейни и крошечной чашечкой ароматного кофе, которая, словно по волшебству, появилась на столике.

— Я ждал вас, Александр Васильевич, — с ясно различимым акцентом сказал Набиль. — Помните, вы дали мне рецепты и сказали, что у вас есть друг, который хочет научиться варить кофе? Я готов ему помочь.

— Очень вовремя, Набиль, — обрадовался я. — Мне как раз нужно в Незримую библиотеку, так что попробуем пойти туда вместе. Надеюсь, Библиус нас не выставит. Только, с вашего позволения, сначала я выпью кофе.

— Конечно, Александр Васильевич, — улыбнулся Набиль. — Я чувствую, что вам нужно в чем-то разобраться. У вас есть вопросы, но пока нет ответов.

— Вот именно, — кивнул я. — Много вопросов, а с ответами — беда.

— Этот кофе резковат на вкус, — Набиль кивком указал на чашку. — Но он помогает прояснить мысли. Попробуйте!

Я двумя пальцами взял чашку и сделал маленький глоток.

Резковат?

Кофе был горьким, словно смола, и таким же густым. В нем не было ни капли молока, ни крупинки сахара — только очень много кофе, и чуть-чуть воды. Горечь обожгла мне язык, и я поморщился.

Но Набиль оказался прав. Мысли в голове полетели с бешеной скоростью — словно сухие листья во время урагана. Я попытался поймать их, да куда там! Они ускользали с невероятной скоростью.

И все же, парочку мыслей я сумел ухватить.

Проще всего было ответить на вопрос, кто украл артефакт у Гораздова. Я был уверен, что это сделал Юрий Горчаков. Кроме князя только Юрий знал о существовании артефакта. Ни один грабитель не полез бы в дом Гораздова наудачу, надеясь там поживиться. Слишком бедным выглядело пристанище артефактора.

Да и действовал бы профессиональный взломщик по-другому. Не стал бы ломать окно и курочить сейф. У каждого профессионала есть отмычки, работать ими куда спокойнее и тише.

Так что Гораздова ограбил Юрий Горчаков, в этом я не сомневался.