Пропавший дар (СИ) - Рудин Алекс - Страница 47

— Впечатляет, — согласился Зотов, вглядываясь в светящийся рисунок. — Это и есть схема артефакта, который вы сделали для князя Горчакова?

— Да, — кивнул Гораздов. — Я помню ее наизусть.

Он опустил руку, и звезда осталась парить в воздухе.

— Через несколько минут она исчезнет, — сказал артефактор. — Обычная иллюзия начального ранга.

— Расскажите больше о свойствах артефакта, — предложил Зотов. — Насколько он мощный?

— Достаточно мощный, чтобы с его помощью всего за несколько месяцев взять очередной магический ранг.

— Несколько месяцев? — нахмурился Зотов. — Так долго?

— Конечно, — кивнул Гораздов. — Но без артефакта на это могут уйти годы. Магию нельзя торопить. Артефакт должен привыкнуть к хозяину, укрепить его дар, подготовить к развитию. Первый артефакт я сделал для своей дочери. За два года она взяла два магических ранга, это исключительный результат.

Его лицо светилось гордостью.

— А мог вор использовать ваше артефакт и усилить свой дар за неделю? — поинтересовался Зотов.

Гораздов покачал головой.

— Невозможно. Я слышал, что раньше создавали мощные артефакты, которые усиливали мага всего за несколько дней. Но такая сила всегда сжигает изнутри, превращает человека в безумца, а потом убивает. Я никогда не пошел бы на такое.

Он снова поморгал покрасневшими глазами.

— В том-то и была основная трудность — обуздать мощь магии. Видите эти линии?

Он показал на нити магического плетения, которые тускло отливали серебром.

— Это защита. Она не позволяет магии выйти из-под контроля.

— Защиту можно убрать? — деловито спросил Зотов.

Гораздов снова покачал головой.

— Нет. Смотрите!

Он ухватил пальцами кончик серебристой нити и потянул. Нить послушно выскользнула, и все плетение тут же распалось. Вместо звезды в воздухе парил пучок перепутанных цветных нитей. Они на глазах потускнели и погасли окончательно.

— Если нарушить плетение, магия просто исчезнет. И артефакт снова станет дорогой безделушкой. Но дело не только в защите.

Гораздов устало потер ладонью глаза.

— Вы знаете, что каждый магический дар уникален? Этот артефакт настроен на дар князя Горчакова, и не подойдет никому другому.

— Вы уверены? — не утерпев, спросил я.

Слова Гораздова рушили все мои предположения о виновности Юрия Горчакова.

— Абсолютно уверен, — кивнул Гораздов. — В начале я тоже мечтал создать универсальный артефакт, который подошел бы любому магу. Но убедился, что это невозможно, и нашел другой путь. Артефакт привязан к дару Николая Горчакова. Никто другой не сможет им воспользоваться.

Вот так дела!

Зотов многозначительно посмотрел на меня.

— Похоже, ваша версия не оправдалась, Александр Васильевич. Но артефакт все равно нужно найти.

Зотов сделал еще несколько пометок и захлопнул блокнот.

— Благодарю вас за то, что ответили на мои вопросы, Владимир Кириллович, — сказал он Гораздову. — Мы постараемся отыскать украденный артефакт. Прошу вас не покидать столицу до окончания следствия.

Он легко поднялся из за стола.

Порыв холодного ветра налетел с реки. Я взглянул на небо — его стремительно затягивали плотные темные тучи. Похоже намечался ливень, да еще и с грозой!

— Проводите меня к мобилю, Александр Васильевич, — предложил Зотов.

Мы вместе пошли к калитке.

— По вашей просьбе я не стал задерживать Гораздова, — сказал начальник Тайной службы. — Хотя, его артефакт очень меня интересует. Но, уговор есть уговор. Теперь ваша очередь рассказать все, что вы знаете об Уральском банке.

— На князя Горчакова наложили такое же проклятье, как на банкира Трегубова, — сказал я.

Зотов резко остановился.

— Вы уверены? Я ничего не заметил.

— Когда вы упомянули банковский счет князя, он смертельно испугался, — кивнул я. — В этот момент я и увидел проклятье.

— И поэтому вы так быстро закончили разговор? — прищурился Зотов.

— Да. Я не хочу, чтобы князь погиб.

— А я-то как этого не хочу! — воскликнул Зотов. — Это очень ценная информация, господин Тайновидец. Теперь понять бы, что с ней делать.

Он задумчиво покрутил пуговицу своего мундира.

— Выходит, Горчаков хранил капиталы в Уральском банке? И возможно, его принудили к этому. Дело куда серьезнее, чем казалось сначала. Нужно все проверить. Ладно, это уже мои заботы.

Зотов проницательно взглянул на меня.

— Не зря мы с вами съездили к Горчаковым, не зря! А вот Юрия вы подозревали напрасно. Не расстраивайтесь, Александр Васильевич, промашки бывают у всех.

— Да, такое случается, — согласился я. — А что вам удалось выяснить о прошлом банкира Трегубова?

— Ни-че-го! — по слогам произнес Зотов. — Никаких документов нет. Неизвестно, откуда он взялся, и когда приехал в столицу. Неизвестно, где раздобыл деньги на открытие банка, и как получил разрешение. Проклятый банкир словно из воздуха взялся!

— Думаю, с разрешением мог помочь именно князь Горчаков, — сказал я. — Ведь частные банки проходят по его ведомству.

— Вы считаете, что здесь целый заговор? — прищурился Зотов.

— А вы так не считаете? — вопросом на вопрос ответил я.

— Разберемся!

Зотов толкнул калитку и решительно зашагал к мобилю.

— У меня есть версия по поводу кражи у князя Горчакова, — сказал я ему в спину.

Никита Михайлович остановился и повернулся ко мне.

— Внимательно слушаю, Александр Васильевич.

Он сказал это без тени иронии.

— Честно говоря, я думал, что это Юрий при помощи артефакта заворожил отца и украл деньги из сейфа, — объяснил я. — Но теперь остается только одна возможность…

— Какая? — заинтересовался Зотов.

— Князь Горчаков не запер сейф потому что хотел, чтобы его обокрали.

— Зачем? Если его капиталы хранились в Уральском банке, то он и так много потерял. Какое-то возмещение, конечно, он получит. Но не думаю, что очень большое — у банка почти не оказалось активов.

— Я думаю, что Горчаков хранил в сейфе какие-то важные бумаги. Важные для тех, кто наложил на него проклятье. Его заставили открыть сейф, выкрали именно эти бумаги, а деньги прихватили заодно. Это объясняет, почему князь не хотел сообщать о краже в полицию.

Зотов внимательно выслушал меня и устало потер лоб.

— Одна морока с этим делом, — пожаловался он. — Спасибо, господин Тайновидец, вы мне очень помогли. Что вы собираетесь делать с Гораздовым?

— Сегодня он переночует у меня, а завтра посмотрим, — улыбнулся я. — Попробую разыскать украденный артефакт.

— Удачи, — кивнул Зотов. — Держите меня в курсе.

Я проводил Зотова и вернулся в беседку. Гораздов так и сидел, опустив голову от усталости и переживаний.

— Что мне теперь делать, господин Тайновидец? — глухо спросил он.

— Думаю, сегодня вам лучше остаться у меня, — ответил я. — А завтра я провожу вас в госпиталь. Судя по состоянию ваших глаз, лечение надо начинать срочно.

— Вы милосердный человек, — горько скривился артефактор.

— Милосердие здесь совершенно ни при чем, — улыбнулся я. — Что бы вы делали, не приключись с вами болезнь и кража?

Гораздов непонимающе посмотрел на меня.

— Отдал бы артефакт Горчакову и получил свои деньги.

— А дальше?

— Нашел бы следующего заказчика. Работал бы.

— Вот именно, — кивнул я. — Так почему бы следующим заказчиком не стать кому-то из Воронцовых? И не помочь вам скорее вернуться к работе?

— Вы предлагаете вылечить меня, чтобы я работал на ваш род? Что ж, выбирать мне не приходится. Настало время засунуть гордость, куда подальше.

— Ничего подобного, — усмехнулся я. — Ваша гордость вам еще пригодится. Знаете, я не мастер деловых переговоров. Думаю, вам лучше поговорить с моим дедом. Уверен, что найдется вариант, который устроит всех. Согласны?

— Мне выбирать не приходится, — повторил Гораздов.

— Тогда я пошлю зов Игорю Владимировичу, приглашу его к ужину. И сообщу вашей дочери, что вы нашлись.