Рыжая проблема альфы (СИ) - Линд Алиса - Страница 34

Ох и плохое у меня предчувствие… Но запаха мертвечины нет. Только затхлости и испорченной еды.

Шейд рывком входит в квартиру, я следом — там пусто. Одна комната и крошечная кухня. Из мебели только продавленный диван, покосившийся стол, кресло с высокой спинкой.

Шейд щелкает выключателем — света нет. Достаю телефон и свечу фонариком. В комнате есть следы борьбы, на полу пятна — кровь на ковре и на полу. Запекшаяся.

— Твой парень труп, — заключает Шейд. — С вероятностью девяносто девять процентов.

— Похоже. Его номер остался в зоне досягаемости, — произношу вполголоса. — Значит, до телефона не добрались.

Поспешно опускаюсь на пол. Вонища — жесть! Свежий запах крови смешивается с вонью пыли, собачей шерсти, кошачьей мочи. Чего только ни было в этом ковре! Свечу фонариком под диван. Шейд в этот момент принимается откидывать с него пристежные подушки. Ничего. Перевожу луч света под кресло и вижу телефон. Экран треснул, но телефон тут! Тянусь и вытаскиваю. На нем ещё осталась свежая кровь. Не высохла между чехлом и полом.

Код блокировки, естественно, есть. Но из шторки видно сообщение с неизвестного номера: «Уже поднимаюсь к тебе. Жди. Я тебя вывезу». Но судя по следам, сдается мне, тот, кто сюда пришел под видом спасителя, вывез бедолагу на тот свет.

— У нас снова ничего! Кто-то опередил! — с досадой пинаю диван. А там что-то дребезжит и выпадает на пол.

Лезу и достаю… ключ от депозитной ячейки.

— Опередил, верно, — отвечает Шейд. — Но теперь есть хоть что-то.

Он прячет ключ и телефон в карман брюк и кивает мне на выход. Мы возвращаемся в машину, и он везет меня… в штаб Серебристых. В головное казино «Слиток Серебра». Там провожает на пятый этаж к себе в комнату. По пути никого не встречается. Немудрено, за полночь перевалило.

— Иди прими душ. Мне тоже нужно, — устало говорит Шейд. — От нас воняет бомжатиной.

Соглашаюсь. Иду в душ, раздеваюсь полностью, захожу в стеклянную коробку. Включаю воду и вспоминаю нашу первую встречу тут. Внизу живота теплеет и начинает тянуть. Возникает приятная тяжесть. Парадоксально, но произошедшее тогда сейчас возбуждает меня. То ли потому что время прошло и подзабылись неприятные воспоминания, то ли потому что у меня изменилось отношение к Шейду. Он, по сути, с тех пор не делал мне ничего особо плохого. Даже следящие импланты — для моей безопасности, теперь я это понимаю. А безопасность мне не помешает.

Я намываюсь, получая удовольствие от горячей воды и отличного напора, и слышу звук открывшейся двери. Шейд направляется к душевой. Останавливается напротив и начинает раздеваться. Ситуация повторяется, но мне совсем не страшно и даже напротив, я хочу этого. А от картинки — передо мной красивый голый мужчина в прекрасной форме — во рту выделяется слюна и между ног отчетливо теплеет.

Шейд открывает дверь и входит. Я делаю шаг назад и касаюсь лопатками стены. Смотрю на него во все глаза, пытаясь считать эмоции. А он молча закрывает за собой дверь и встает под душевой распрыскиватель. Точно дает мне возможность показать, хочу я или нет. А я… пугаюсь. Но хочу. И пугаюсь. Представлять — одно, а оказаться в узком пространстве с возбужденным мужчиной, у которого взгляд хищника, готового наброситься и растерзать — другое. И все же хочу.

Приближаюсь и, повернув его голову к себе, тянусь и касаюсь его губ своими. Целую ласково и, наверное, не очень умело, но пусть мое разрешение выглядит так, чем никак.

Шейд берет меня за плечи и разворачивает к себе спиной. Прижимает щекой к стене. Наклоняется, кусает и целует шею. Но я не хочу так. Не так. Пытаюсь вырваться, но он не дает, скользит пальцами по спине, забирается между ног и погружает один в меня. Возбуждение охватывает с головы до ног, колени становятся мягкими. Царапаю кафель ногтями от безумно приятных ощущений внизу, но в мозгу светится, что я не хочу снова быть жертвой. Предпринимаю ещё одну попытку, и таки выворачиваюсь вбок. Ловлю разъяренный взгляд Шейда и, чтобы успокоить, сразу целую.

— Я хочу смотреть тебе в глаза, — шепчу на ухо, разорвав поцелуй через несколько мгновений.

Шейд рычит и рывком поднимает меня за бедра на уровень талии, впечатывает спиной в стену, а потом аккуратно опускает, насаживая на свой возбужденный член. Закусываю губу и стону.

— Какая ты узкая, — слышу довольный рокочущий голос. — Обожаю.

Да, мне тоже хорошо. Не больно, приятно. Крышесносно приятно.

Шейд начинает двигаться. Я и не представляла, что секс может быть настолько шикарным. В прошлый раз ощущения были смазаны моим исключительным сопротивлением, которое Шейд переломил и сделал по-своему. А сейчас я отдаюсь по собственной воле, и это… волшебно.

Прижимаюсь к Шейду телом, отталкиваюсь бедрами и практически скачу на нем. Спиной скольжу по мокрому кафелю. Он жестко вколачивается в меня, поддерживая за талию одной рукой, другой играет с моей грудью. Наверное я выгляжу со стороны, как одержимая нимфоманка, но мне плевать.

Напряжение внутри нарастает, клитор трется о тело Шейда, пульсирует прилившей кровью. Шейд опускает руку и принимается его щекотать. Гладит, кружит вокруг большим пальцем.

Меня хватает дай бог на пару минут такой нечестной игры, и накрывает оргазм. Такой сильный, что я почти безвольно повисаю на Шейде. Он делает ещё несколько жестких на грани грубости толчков и… тоже кончает. В меня.

— Какая ты горячая девочка! — рычит в ухо, прикусывая мочку. — Моя горячая девочка.

— Ты зачем… — осекаюсь, стесняясь назвать вещи своими именами.

Он двумя руками подхватывает меня под попу, снимает с себя. Ставит на пол. Я тут же приваливаюсь спиной к стене. Вымоталась.

— Да не парься, у меня таблетки есть, — бросает Шейд, как ни в чем не бывало поворачиваясь ко мне боком, чтобы помыться. — Примешь, и не будет у тебя детей. Я не собираюсь заводить семью.

От этих циничных слов, сказанных именно в тот момент, когда я оказалась максимально уязвима, вдруг становится очень больно. Так не должно быть. Откуда это чувство? Он же мне никто, я изначально не планировала заводить отношений, а тут вдруг, выходит, почувствовала его симпатию и поплыла? Обида захлестывает с головой. Я порывисто выбираюсь из душевой, по дороге отталкивая Шейда.

— Выясним, кто заказал ограбление твоего казино, и я свободна. Ты отпустишь меня и брата, — заворачиваюсь в полотенце. — Семья с тобой — последнее, о чем я могла бы подумать! Ты держишь гарем омег, я презираю это.

— Нет, Рэйвен, — невозмутимо парирует Шейд. — Мы найдем, кто меня предал, а потом ты пополнишь мой гарем. Обещаю, ты будешь любимой омегой.

— Да пошел ты! — хватаю одежду и выбегаю в его красиво обставленную спальню.

Не видать ему меня как своих ушей. Судорожно одеваюсь. Я знаю, куда мне вживили его радиометку, я её вырежу, а если нет — выковыряю. Одевшись, хватаю вещи — весь мой скарб и деньги поместились в одном рюкзачке, бегу к двери, по дороге цепляя его магнитную карту с тумбочки. Если сейчас Шейд меня не остановит, потеряет. И я сама решу, когда показаться в его поле зрения.

50.

Я знаю, куда идти, у меня ключ от всех дверей. Нужно только сбежать. И я спускаюсь в паркинг, по дороге не встречая никого. Если не найду транспорт, выйду пешком — там на въезд только шлагбаум, и охраны я не видела.

Пробегаюсь по большому гулкому подземному гаражу, выискивая пригодную машину. Взгляд падает на симпатичную женскую легковушку. Стопудово, машина одной из девок Шейда. Ну вот и отлично.

Разбить окно получается не с первого раза. Больно, блин, бить в него локтем. Но никаких булыжников тут не валяется. В какой-то момент стекло осыпается, и врубается оглушающая волчий слух сирена. Насрать! Дорога каждая секунда. Я открываю себе дверь и лезу под козырек у ветрового стекла. Как я и думала, ключи здесь.

Шейд устроит за мной погоню, это к гадалке не ходи. А мне нужно… несколько минут в туалете на заправке, и я оставлю его сраную радиометку там.

Вжимая педаль в пол, несусь по ночному городу в рандомном направлении. Повезло, улицы полупустые, так что я быстро доезжаю до какой-то заправки. Кажется, не засекла погони. Может, Шейд самонадеянно полагает, что я не удалю метку и продолжу показывать ему свое местоположение? Власть одурманивает рассудок, Шейд. Тебе следует спуститься на землю, быть ближе к людям.