Арин (СИ) - Соколова Анюта - Страница 33

– Ты не представляешь, о чём говоришь! – повысила голос Тара. – Эта тайна оберегалась веками – для нашей же пользы! По сравнению с ней несколько жизней значат ничтожно мало! Забудь о своих случайных попутчиках, Арин! Сколько вы знакомы – два, три, четыре дня? Не могла же ты к ним привязаться за такой короткий срок! К девушке, которую называешь сестрой, это, конечно, не относится – ей я сохраню жизнь, при условии, что она никогда не покинет пределы Храма. Но с твоей стороны будет благоразумнее забыть и о ней. У вас не может быть ничего общего. Тебя ждёт иная, великая судьба. Вот увидишь, через несколько лет ты вспомнишь всю эту историю как забавное приключение, вознёсшее тебя к величию.

– Я подумаю, – зевнула я, – обязательно подумаю, Тара. А сейчас дай мне поспать. После ванны меня клонит в сон.

– Отдыхай, моя девочка. Что бы ты ни думала, ты здесь под моей охраной и в безопасности. Старая Тара сумеет позаботиться о тебе.

Она погладила меня костлявой рукой по волосам – ни дать ни взять любящая бабушка, – и вышла.

Когда я убедилась, что она действительно ушла, я зарычала от ярости. Вот они, легендарные Высшие! Подлинные властители Авендума! Хладнокровные убийцы и обманщики! Нет, я точно не из их племени! Я рождена человеком и, честное слово, никогда не гордилась этим так, как сейчас. Может, мы, люди, и обладаем множеством недостатков, но я не знаю никого, кто был бы способен хладнокровно убить двух ни в чём не повинных человек – просто чтобы сохранить какую-то тайну.

Какую-то тайну…

Я задумалась. Неужели то обстоятельство, что итлунги не владели Авендумом, как это принято считать, настолько важно для Высших? Важнее человеческих жизней? Лицо Тары, говорящей о давней, тщательно оберегаемой тайне, было неподдельно серьёзным. Очевидно, ей действительно небезразлично, кто первым пришёл в Авендум. Но почему? Как связаны Высшие и Свиток? Присев на краешек кресла, я сцепила пальцы и начала перебирать немногочисленные известные мне достоверные факты.

Людей в Авендум призвал итлунг. А итлунгов – человек по имени Рион. Затем всему населению мира исказили память. Итлунгов начали считать исконными хозяевами Авендума, править миром стал род итлунгских королей с постоянно меняющимся цветом глаз. При этом истинными властителями являлись Высшие. Женщины обособленного клана, ясновидицы, целители и маги, чьим мужчинам была отведена единственная роль: продолжать их род и беречь от опасностей. Затем алчущий бессмертия маг истребил их мужчин, обрекая Высших на медленное вымирание. Здесь им не помогло ничто, и во всём мире осталась лишь Тай-ал-Лара, каким-то образом связанная с таинственным персонажем из Пророчества, итлунгом, магом и властолюбцем. И этот тип любым путём готов заставить молчать юного лорда Эрлинга, на свою бедовую голову нашедшего в пыли королевской библиотеки Свиток, случайно не уничтоженный с остальными документами. И над всеми этими хитросплетениями – мирцри, существовавшие всегда и ни разу не проявлявшие себя открыто. Божества Леса, никогда не претендовавшие на эту роль, к которым никто во веки веков не приближался из благоговейного страха… или…

Или потому, что нам внушили держаться от них подальше? Как внушили превосходство итлунгов?!

Сжатые пальцы свело. Сгибая и разгибая их, чтобы восстановить кровообращение, я заставляла себя ещё и ещё раз перебирать в голове всё известное мне. Мало, леший, досадно мало! Вот если б ещё раз перечитать ту книгу!

Эта мысль явилась неожиданно, и за ней меня тут же посетила другая. В Храме должна быть библиотека! Вдруг там окажется такая же? Книга была почти новая, не рукописная, печатная. Вряд ли она была отпечатана в единственном экземпляре! Зажмурившись, я старательно прощупала хитросплетение коридоров, залов и комнат. Так и есть! На самом верху пирамиды, практически у себя над головой, увидела полки, прогибавшиеся под тяжестью книг. Увы, я увидела ещё и крепко-накрепко запертые двери, к замкам которых, и без того замысловатым, была прибавлена пара добротных заклятий.

В том взбудораженном состоянии, в котором я находилась, наличие дополнительных трудностей меня лишь подзадорило. Недолго думая я выудила из сокровенных запасников знаний, вбитых в меня Недой, Заклинание Перемещения. Тут надо добавить, что раньше мне никогда не удавалось применить его по назначению. Единственным моим достижением стало перемещение моей одежды (точнее, нижней её половины), причём в то время, когда в комнате было полно народу, в том числе и мужского пола.

Сейчас подобные мелочи меня не волновали. После разноцветных Троп и Сети неимоверной длины я легко и без лишних сомнений выговорила восемь слов, последнее из которых прозвучало уже в библиотеке. Наверно, я не удивилась, ведь удивляться чему-либо в этот день мне уже изрядно наскучило. Шалея от избытка невиданной силы, я осветила мрачную комнату с наклонными стенами, высоко вверху смыкающимися в единой точке. Вид бесконечных книжных корешков пугал, но я вовремя сообразила применить Заклинание Поиска. Тоненький лучик прочертил над головой дугу и вырвал из темноты знакомый коричневый переплёт, сверкнувший золотом. Я выхватила её, словно ребёнок леденец. Она! Женщина на обложке по-прежнему шагала в пропасть с безнадёжным выражением прекрасного лица. Жадно перевернув страницу, я впилась взглядом в текст.

«Я, И́ри-ай-Ли́я, оставляя мир, любимый мной бесконечно, именем Первой Жрицы Храма Света прошу и заклинаю своих соплеменниц передать мои слова Лорду Эрлинга, а также всем тем, кому не безразличен свет истины и победа над мраком, надвигающимся на Авендум…»

– Советую немедленно закрыть её и никогда больше к ней не прикасаться, – раздался насмешливо-презрительный голос.

Сердце в моей груди сделало кульбит и затаилось где-то в левой пятке. Какое счастье, что язык мой, не столь пугливый, уже отвечал за меня:

– Какая неожиданная встреча! Не могу сказать «приятная». Какими судьбами, Керн-ит-Ирт?

Маг скользнул ко мне из темноты распахнутого проёма. Надо же было оказаться столь беспечной и не услышать, как открывается дверь! Улыбка на бледном лице была вызывающе уверенной. Керт чувствовал себя победителем. Я сама пришла прямо к нему в руки и привела всех, кого он упустил.

– Положи книгу.

Выудив сердце из пятки и приказав ему вести себя прилично, я улыбнулась не менее убедительно.

– Ага, уже кладу. Дочитаю вот. Очень интересно. Исповедь Первой Жрицы, если не ошибаюсь.

Итлунг смерил меня подозрительным взглядом. Нас разделяло шага три, не больше. Возможно, он прикидывал в уме, насколько я способна разить на расстоянии. Лицо его, во всяком случае, не выражало абсолютно ничего.

– Ты так уверена в себе? – усмехнулся Керт. – Или надеешься на помощь Тары?

– Почему бы и нет? – фыркнула я.

Он был спокоен и опасен. Исходящее от него ощущение угрозы я чувствовала всегда – в Мердене, наблюдая за ним из укрытия, в Мигоре, держа его Заклятием и следя под пологом Невидимости. Я боялась бы и сейчас – но внизу были Лота, Орри и Рэй, безмятежно спящие и не ведающие беды. Страх за них перебивал все остальные чувства. Потому я продолжала улыбаться и корчить из себя идиотку.

– Что тебе нужно, Керт? Я под защитой Храма. Ты хочешь осквернить Храм убийством? Тай-ал-Лара предложила мне свою помощь, я её приняла. Ты поссоришься с Высшей ради обычной человеческой женщины? Я не настолько ценна!

Про себя же я начала считать: раз…

Выслушав мою ахинею, маг шагнул было ко мне, но тут же отступил назад. На секунду мне показалось, что он боится. Смешно! Керн-ит-Ирт боится человека – простую магичку! Я отогнала эти мыслишки, как совершенно необоснованные и вредные. Тем не менее итлунг по-прежнему держался на некотором расстоянии от меня – и, слава Святым, от книги. Скрестив руки, я спрятала свою драгоценность на груди.

– Ты не понимаешь, во что влезла, – произнёс наконец Керт. – Ты умрёшь, так этого и не поняв.

– Тогда какая тебе разница, что я прочитаю или не прочитаю напоследок перед кончиной? – съехидничала я.