«Грязные» методы - Конев Константин - Страница 54

— Представителю сборной я до утра сообщать не буду. — Владимир Саныч рассуждал вслух. — А нашему резиденту, с которым я встречался в восемь вечера, я уже обрисовал ситуацию. Он делает, что может, рыщет по всем потенциальным местам.

Они продолжали идти вдоль освещаемой фонарями ночной аллеи.

— Получается, переиграли нас в шахматы, Владимир Саныч?

— Эх, Саша. Шпионаж от шахмат отличается тем, что, если в шахматах сложно просчитать все ходы, но хотя бы все фигуры видны. То в реальной жизни, ты не только всех фигур и угроз не видишь. Но еще и не знаешь сколько игроков в деле.

На удивление подходя к гостинице они увидели сильно потрепанную Марию. Она сидела на скамейке и покачивалась из стороны в сторону. Сбоку от нее, на поручне стоял большой картонный стаканчик с еще дымящимся кофе. Странно, было совершенно не похоже, что она сама могла о себе позаботиться.

Мужчины подбежали.

— Маша, что с тобой?

Она подняла затуманенные глаза и простонала: «Где я?»

Весь вечер ее пытались привести в чувство. Казалось, что она пьяна. Мутный, застывший взгляд, почти полное отсутствие реакции и при этом никакого алкогольного запаха.

— Бесполезно. Нет смысла ее мучать. Ей явно, что-то вкололи. — сказал Владимир Саныч. — Положим спать. Я поставлю капельницу. Глядишь к утру придет в себя.

Закончив с процедурами, тренер убрал весь свет кроме маленького торшера и уселся в соседнее от Красина кресло.

— Расслабься Саша. Слава Богу, все закончилось относительно хорошо. Маша оклемается. Аппаратуру захватили. В отчетах еще напишешь, что спасли нашего стрелка от воздействия противника. — Владимир Саныч начал зевать.

— Но как-то не так я себе это представлял. Стыдно даже.

— Скажу тебе очень циничную вещь, «только ты пожалуйста не обижайся». — тренер специально сказал последнюю фразу с кавказским акцентом. — Увы, история — это не точная наука. Это не про то, как произошло на самом деле. Это то как это будет сохранено в отчетах и мемуарах. Так что учись писать.

Он зевнул еще раз.

— Или будешь как я!

1996. 26 июля. (пятница)

По мере того, как заканчивались разные этапы соревнований, кто-то из спортсменов покидал олимпийскую деревню. Готовясь к главной битве в своей жизни, многие из них месяцами не видели семьи и теперь со всех ног мчались домой.

Многие результаты уже были объявлены, но схватка за общий медальный зачет между странами лидерами еще продолжалась. Каждый вечер в Атланте выступали ведущие музыканты. Несмотря на то, что время шло к полуночи, корреспондентский центр жужжал словно улей.

Зазвонил один из дежурных телефонов.

— Шейла! Тебя спрашивают. Какая-то женщина.

Шейла подошла.

— Алло! Слушаю вас.

— Добрый вечер. Это говорит Alice Munro.

— Да Эллис. Чем могу помочь?

— Я видела, что произошло на стрелковом матче, когда Ван Ифу потерял сознание. И думаю, нам есть, что с вами обсудить. — женщина говорила явно взволнованно.

— Ок. Давайте встретимся. Может в каком-нибудь баре? Только в центре все будет занято. Может где-нибудь ближе к вам? Где вы живете?

— Нет, нет. Я предпочитаю, какое-нибудь более людное место. Я буду ждать вас в Centennial park. Возле обелиска Quilt of Origins, в 1.30am. (1.30 ночи)

— Договорились. — Шейла положила трубку и побежала вниз.

Через несколько минут телефон зазвонил снова.

— Zarif Uzun, слушаю вас. — представился турецкий журналист.

— Извините сэр. Я только что звонила по этому номеру. Это по поводу сенсации о происшествии с китайским спортсменом.

— Да, мадам, вы хотите что-то сообщить?

— Я хотела уточнить, а сколько может стоить моя информация?

— О мадам, давайте я встречусь с вами. Думаю, мы сумеем с вами договориться.

Человек в припаркованном возле корреспондентского центра микроавтобусе снял тяжелые наушники. И обратился ко всем присутствующим:

— Срочная информация. Кто-то в курсе нашей операции. Едем в сторону Centennial park. — Быстро найдите мне данные на аккредитованного журналиста Zarif Uzun. — он раздавал приказания своим ассистентам.

— Его фото, на чем он здесь передвигается? Еще — найдите мне все на Alice Munro. Если я могу доверять своему опыту — афроамериканка.

Микроавтобус с номерным знаком «88–88» вилял по ночному городу. Там и тут полупьяные туристы переходили дорогу, не обращая внимания на светофоры. Кое как машина добралась до места назначения и заехала в паркинг на примыкающей к парку Harris Street.

— Внимание, всем! Эти люди не должны встретиться.

— Сэр. Давайте я позвоню в 911. Скажу в парке бомба — они разгонят всех, оцепят периметр. Так и сорвем встречу.

— Звони. Только найди какой-нибудь таксофон не под камерами наблюдения.

— Само собой. — и оперативник выскочил, хлопнув за собой дверцу.

В парке продолжала греметь музыка.

Через пять минут парень вернулся.

— Ну что? — поинтересовался он.

— Твой звонок на пульт мы увидели. Но похоже копы не шевелятся. Эмели и Обри уже ловят «клиента» на подходе к месту встречи.

— Можно еще раз глянуть фото?

— Смотри. Источник — Alice Monro. Афроамериканка, 44 года, предприниматель из Олбани, Джорджия. Zarif Uzun, 38 лет. Здесь, как турецкий журналист. До этого работал в зоне военных конфликтов. По нашим источникам — имеет отношение к разведке. Уж не знаю, кадровый офицер или агент. Так что может запросто охотиться за нашими технологиями.

— Ок.

— Рюкзак возьми. — и руководитель пододвинул ему зеленый мешок из-под сиденья.

— Alice (название военного рюкзака армии США) для Alice? — он расхохотался.

— Там реально бомба. Если эти фрики не поднимут свои задницы, придется подсовывать им настоящую бомбу. Работаем вариант «гвоздь».

— Ок. — и нахмурившись исполнитель снова выскочил из машины.

На пульт в микроавтобусе начали поступать сообщения.

— Вижу «тетю». Уже ждет возле памятника. Журналистов пока не наблюдаю.

— Веди ее, но не лезь под камеры. Чтобы кто-то из туристов не увез твое фото случайно.

— Темновато. Обычная фотопленка не вытянет.

— Не отвлекайся.

Шейла пробиралась через море человеческих тел в направлении к монументу Quilt of Origins. Она явно опаздывала, но многотысячная толпа затрудняла ее движения.

В микроавтобусе снова прохрипел радиоэфир: «Рюкзак оставил. Направленный взрыв уйдет вверх. Никого не заденет. Но всё будет по-настоящему.»

Через пару минут тот же голос снова произнес:

— Тут копы, что-то активизировались. Похоже зовут саперов.

— Чёрт! — Выругался руководитель группы. — Ускоряемся. Кто-то видит журналистов?

Шейла вышла на угол парка и столкнулась с Красиным.

— О, привет красотка! — Похоже он уже слегка употребил этим вечером. — Пошли с нами.

— Рада видеть! — Извини, спешу. Срочный репортаж, каждая минута на счету.

Шипение в эфире.

— Повторяю — что с журналистами?

— Есть контакт. Прошел мимо меня. Явно торопится.

— У меня движется группа копов. — раздался голос еще одного агента в поле.

— Работаем!

Через пару секунд прогремел взрыв. Пламя выбросило сноп огня направленным потоком вверх. С неба посыпались какие-то железные осколки.

В этот момент кто-то поднял руку в направлении стоявшей у обелиска Эллис. Легкий хлопок выбросил в ее направлении самый обычный гвоздь. Через мгновение женщина упала на землю.

Люди в парке кричали. Кто-то корчился на земле, кто-то разбегался по сторонам. На этом фоне явно выделялась фигура мужчины, бежавшего против потока туристов в направлении обелиска.

— Вижу журналиста. — раздалось в эфире. — Бежит к месту встречи.

— Работай.

В суматохе кто-то дернул журналиста за плечо. Через мгновение он почувствовал укол тонкой иглы и упал. Наклонившийся над ним человек, бегло осмотрел содержимое его карманов. Забрал блокнот, вытащил кассету из портативной видеокамеры и исчез в толпе.