Вольный ветер - Неволина Екатерина Александровна - Страница 22

– Сперва перебинтуем твою ногу. – Дима достал аптечку. – У меня есть бинт с силиконовой вставкой, он смягчит соприкосновение… Ты понимаешь, что подвела команду?

Я сглотнула. Сказать тут нечего.

– Все хорошо, Дим, – вмешался Денис. – Готов поспорить, что и ты бы в таком случае не отказался от соревнования. Признавайся.

Дима промолчал, но возмущенно сопел, занимаясь моей ногой, а я морщилась: сначала от жжения антисептика, а после – от соприкосновения с бинтами. Но, надо сказать, полегчало.

– Как ты? – Денис присел напротив меня.

– Нормально… – ответила я и опомнилась: – Гораздо лучше, правда. И… я бы хотела дальше ехать с вами. Нога почти не болит, я буду очень осторожной. Ничего ведь не случилось…

– Ага, типа того… – Денис встал и, отозвав в сторону Диму, принялся вместе с ним что-то обсуждать.

Разговор был недолгим, вскоре он вернулся и сказал:

– Мы едем дальше. И так потеряли время. Мира, держись возле меня. Ясно?

Я с благодарностью кивнула и покосилась на Диму. Он хмурился и даже не смотрел в мою сторону.

9

Попутный ветер

Дальнейший путь, к счастью, прошел без происшествий. Мы прибыли к ограде парка, где обнаружился пластиковый столик с сидевшим за ним вожатым.

Вожатый отметил нас тем же порядком, мы спешились и, оставив лошадей в загоне, прошли на территорию, где нас поджидала гид. Посещение дольмена являлось не только частью спортивной, но и познавательно-экскурсионной программы.

Сооружение произвело на меня странное впечатление. Несколько грязно-белых каменных глыб, сложенных на манер домика. Я видела дольмены на картинках и думала, что они… более величественные, что ли… Но этот оказался меньше, чем я предполагала. Он терялся среди обступивших его деревьев. Глядя на замшелые камни, я заметила, как по одному из них бежит отвратительная черная многоножка.

В передней части дольмена находилась плита с круглым окошком.

Здесь отчего-то было прохладно, и я невольно поежилась.

– Посмотрите на сооружение, – говорила экскурсовод, пожилая полная женщина в белой футболке с бейджиком, на котором было написано ее имя – Полина Гавриловна. – По мнению некоторых историков, это уникальное строение старше многих египетских пирамид. Видел ли кто-то из вас пирамиды?

– Мы с сестрой! – сразу же выпалила Тоня, а я-то дивилась, почему она давно молчит. – У меня есть снимки. Мы фотографировались с верблюдами… И ходили внутрь пирамид. Там сильная вонь стоит! Просто ужас. А сюда даже не залезешь.

– Ты счастливица, поскольку видела весьма древние конструкции, возведенные людьми на нашей планете. И пирамиды, и дольмены входят в сокровищницу культурного исторического наследия. Пусть дольмены не самые старые строения в мировой истории, однако их возраст достигает пяти тысяч лет. – Экскурсовод говорила хорошо поставленным равнодушным голосом. Похоже, одно и то же она рассказывала здесь каждый день. – Весит дольмен примерно тридцать тонн. Вот вес слона может достигать семи тонн! Вообразите, сколько слонов нужно собрать, чтобы уравновесить сооружения.

Я слушала не без любопытства, хотя не могла понять, почему дольмены измеряют в слонах. А удавов – в попугаях, по крайней мере, так было в одном старом мультике. Есть, вероятно, какой-то смысл в диковинной системе. Интересно, если измерить Шушу в Мирославах, сколько потребуется…

– Дольмены встречаются на территории Европы и Азии, – вещала тем временем экскурсовод. – Они расположены поодиночке или группами. Обратите внимание, как хорошо обработаны камни и как плотно подогнаны друг к другу. Поражает мастерство людей, достигавших такого эффекта при помощи примитивных инструментов…

– Как и у пирамид, – снова встряла Тоня.

Экскурсовод продолжала, словно и не слышала ее:

– Каменные плиты украшались рисунками и орнаментами, однако те фактически не сохранились… Есть разные теории о предназначении дольменов. Одни ученые считают, что это погребальные сооружения, другие называют их ритуальными. Есть мнение, что люди использовали строения для медитации и общения с духами умерших. А еще их называют местами силы, с ними связаны различные мистические верования. Экстрасенсы говорят об особой энергии, которую излучают дольмены… Кто-то уверяет, что их создали представители иной цивилизации или легендарные атланты – жители затонувшего материка Атлантида, о нем и рассказывал древнегреческий философ Платон…

– Как ты? – раздалось возле моего уха. Денис подкрался совершенно бесшумно и теперь стоял позади.

Мне казалось, что я ощущаю его дыхание на своей щеке, и я внезапно перестала слышать Полину Гавриловну, говорившую, впрочем, несколько занудно.

– Нормально, – по своей дурацкой привычке ответила я. Прошептала и не оглянулась на него.

– Опять нормально? – Денис усмехнулся.

– Да, только коленка болит. И мне стыдно, я команду подвела.

– Вообще-то не подвела. Ты неплохо держалась. И с лошадью справилась, и загадку про дольмен отгадала. Скорее, принесла пользу.

Мне было очень приятно, но неловко от похвалы. Пусть даже Денис решил меня подбодрить как отстающую. Вдобавок он вступился за меня перед Димой, да и сейчас подошел – никто его не тащил.

Наверняка и в беседке не хотел меня обидеть. Права мама: я постоянно о чем-то размышляю и поэтому вечно что-то придумываю.

– Спасибо. Ты хороший капитан, – прошептала я. – По-моему…

Я едва не выпалила, что он лучший, после чего точно бы сгорела со стыда, но заметила пылающий яростью взгляд экскурсовода.

– Если кому-то есть что сказать о дольменах, – проронила она, едко подчеркивая последнее слово, – я готова уступить ему место.

Я улыбнулась: как все это похоже на нашу школу – классная всегда говорит что-то подобное… но, конечно, я промолчала.

Пока Полина Гавриловна заканчивала лекцию, Денис стоял за мной. Всего в одном шаге, настолько близко, что я ощущала исходящее от него тепло и почему-то почти ничего не запомнила о дольменах, хотя мне было в принципе интересно.

Экскурсия продолжилась по долине водопадов. Выяснилось, что в окрестностях их очень много, а самое замечательное, на них можно не только смотреть – в них можно искупаться. Никто не стал отказываться. Даже я решила, что, раз уж ребята видели мою пострадавшую ногу, вовсе не обязательно лишать себя удовольствия окунуться.

Водопад был очень живописный, с огромной чашей, наполненный водой дивного мятно-бирюзового оттенка. Мне прямо захотелось его нарисовать, я представила себе, какие цвета нужно смешать, чтобы получить нужный.

Вода была прохладной, освежающей. Я шагнула под белые пенистые струи, сбегающие с каменного карниза, и на губах появилась глупая улыбка.

Водяные потоки барабанили по макушке, стекали по лицу и груди, и это было так приятно, что я на миг закрыла глаза.

Рядом визжала Тоня, Саша кричал, что он супергерой и бог водной стихии. Это было… почти как в детстве, когда из-за пустяка настроение вдруг взлетает вверх, словно красный воздушный шарик. Все неприятности дня растаяли под тугими струями водопада.

Кто-то из девчонок брызнул на меня, я плеснула водой в ответ. Мне стало так весело… Пока я не заметила Дениса. Он смотрел на меня, и я вдруг осознала, что на мне нелепый полосатый купальник, купленный мамой еще в прошлом году. Естественно, я уже носила его на пляже, но сейчас почему-то смутилась и поспешно отвернулась.

Вскоре нам сказали, что нужно вылезать. Мы переоделись и вытерлись. Мои волосы оставались влажными – с них прямо на футболку лилась вода, которая щекотно скользила по спине. Но и это ощущение тоже было приятно.

Когда мы возвращались к лошадям, Тоня специально отстала от группы, чтобы присоединиться ко мне, шагающей последней.

– Что у тебя с Воронковым? – спросила она на правах старой знакомой.

– С чего ты взяла, что у меня с ним что-то есть? – ответила я, не глядя на нее. Клянусь, я опять покраснела, как полная дура.