Вольный ветер - Неволина Екатерина Александровна - Страница 21

Место спуска он выбрал идеально – пологое, удобное для лошадей. Мы ехали без проблем, даже я, и обнаружили в тени белого валуна пластиковый ярко-синий столик, за которым сидела одна из младших вожатых. Ура! Мы были правы.

Все спешились, и Денис пошел отмечаться: в специальном журнале нужно было проставить время прибытия и подтвердить, что все участники группы здесь, никто не выбыл. Дима же перекинулся с дежурной вожатой парой фраз, и мы получили новый конверт, в точности похожий на первый.

Вот и подоспела следующая загадка и очередной пункт назначения.

Новая загадка оказалась сложнее прежней.

Красивым шрифтом, имитирующим рукописное письмо, на листе было отпечатано:

– И стол, и дом… – хмыкнул Денис, прочитав четверостишие. – Прямо как в басне про стрекозу: «…под каждым ей листком был готов и стол, и дом»[15].

Я удивилась тому, что Денис цитирует Крылова. Обычно всякие спортивные красавцы не в ладах с литературой, а тут надо же… помнит!..

– Что мы знаем о стрекозах? – принялась рассуждать Алина. – Рядом есть парк с павильоном, где живут бабочки и, возможно, стрекозы.

– И гостевой домик «Стрекоза», – добавил Слава, глядя в телефон.

– И магазин купальников, – внесла свою лепту Тоня. – А что, нам ведь говорили, чтобы мы взяли купальники. Вдруг и это тоже была подсказка?

– Постойте, – покачал головой Воронков. – Какой гостевой дом или магазин купальников? В стихах говорится о герое…

– Возможно, нам нужен какой-нибудь мемориал? – предположила Алина. – Всяких памятников, посвященных героям, в окрестностях огромное количество…

– Но место не может быть в городе, – возразил Денис. – Это где-то за городом, куда удобно подъехать на лошадях. Скорее, что-то природное…

Ребята загалдели, почти не слушая друг друга.

Я нахмурилась. Пожалуй, Алина права… Мемориал… Стол… и дом… А еще старые сказки, которые определенно указывают на то, что место овеяно историей. Наверняка оно очень древнее. Ну конечно! Я поспешно открыла браузер в телефоне и, волнуясь, ввела запрос, чтобы получить подтверждение. Готовясь к финальным испытаниям, мы просматривали материалы о здешних краях, и мне попадалось нечто весьма любопытное.

– Нам нужен дольмен, – убедившись в правильности своей идеи, проговорила я и повторила громче, чтобы пробиться через шум: – Ответ: дольмен.

– Что? – переспросил Саша. Кто у нас спортивный, но уж точно не начитанный, так это он.

– Дольмен означает «каменный стол». – И я объяснила: – Это древнейшие мегалиты, то есть сооружения, которые создавали из больших камней. А называются они так как раз потому, что обычно дольмен напоминает громадный стол на опорах.

– Верно! – взвизгнула Алина. – Дольмен! Там хоронили героев. Нам надо ехать к дольмену! – И она ткнула в карту с таким гордым видом, будто нахождение разгадки являлось целиком ее заслугой.

Я усмехнулась: подумаешь… Ну и пусть приписывает это себе. Мне ни холодно, ни жарко. Мне все равно.

Денис отыскал ближайший дольмен, а их в окрестностях было несколько, и проложил к нему путь.

Теперь можно продолжать испытание.

– Ты молодец, спасибо, – бросил Денис мимоходом.

Он произнес это совсем негромко, но меня словно кипятком обдало. Значит, он заметил, что именно я нашла ответ. Мне было невероятно приятно… пусть даже Воронков мне совершенно безразличен.

Уже собираясь садиться в седло, я увидела, что к Денису подошел Дима, и невольно сделала несколько шагов в их сторону, чтобы лучше слышать.

– А ты не очень стараешься победить, – сказал Дима.

– Ты о чем? – Денис потрепал по холке Невермора, дескать, вопрос его вовсе не обескуражил.

– Можно проехать быстрее.

– Можно, но не стоит. У меня в группе есть первогодки, и я не собираюсь создавать нам проблемы.

– Ладно, – пробормотал Дима, оглянулся и при виде меня нахмурился. – Садись в седло, Мира, – велел он. – И постарайся держаться правильно. У тебя спина ходуном ходит и рысь жесткая. Садятся не пойми как, а потом у животных мышцы ноют. Некоторых так называемых всадников вообще на лошадь пускать нельзя. Разве что на деревянную.

Его слова, конечно, были абсолютно обоснованы, но мне стало до слез обидно, а еще очень странно, что Дима, обязанный наблюдать за соблюдением правил, пытался вмешаться и посоветовал Денису выбрать другую, короткую дорогу. Разве так можно? Или он в курсе, что Денис все же играет против своей команды?..

Вопросов накопилось чересчур много, а ответов не было.

Мы снова поехали. Минут сорок прошли нормально, и я почти успокоилась, любуясь чудесными пейзажами и открывающимся перед глазами простором.

На удобном ровном участке мы перешли в галоп, и вдруг Сашина лошадь шарахнулась, испугавшись чего-то, и едва не наскочила на Шушу.

Ну а Шуша, и без того нервничающая, взбрыкнула. Я хотела ее удержать, но неловко дернулась и чуть было не вскрикнула от острой, пронизывающей боли в колене. Наверное, поэтому я и наклонилась к шее лошади, а она кинулась прочь из строя и помчалась вперед.

Такое ощущение, что мирная и тихая Шуша внезапно обезумела. Или подо мной оказался кто-то иной, незнакомый и опасный. Я держалась изо всех сил. В лицо бил ветер, все было смазанным и размытым, как на картинах импрессионистов[16]. Мы мчались, не разбирая дороги, и сначала мне было даже не страшно. Сердце буквально превратилось в ледышку и застыло в груди, а мир вокруг перестал существовать.

«Я все испортила! – крутилась в голове мысль. – Теперь нам начислят штрафные очки».

Странно, но в тот момент я вообще не думала, что могу упасть – сломать ногу или шею, – я жалела только об одном, что подвела команду. Дима прав, таких, как я, нельзя не то что пускать на лошадь, даже подпускать к ней близко.

– Вольт! Мира! Выводи на вольт! – ворвался в мою уже полную страха и боли вселенную голос Дениса.

Я вспомнила, как Настя учила меня останавливать лошадь, выводя ее на вольт, то есть на круг, постепенно замедляя. Я трудом перевела дыхание и начала делать все так, как на занятиях.

Повернуть голову к хвосту, чтобы вывести на круг… Шуша опытная лошадь, пусть она сейчас испугана, но должна вспомнить привычные упражнения.

Мы пошли на вольт.

«После полувольта лошадь переводится на рысь», – говорила Настя. Это, разумеется, в спокойной обстановке на занятиях, но уроки очень пригодились сейчас. Я попыталась выполнить ее инструкции. Краем глаза я видела Дениса. Он держался неподалеку, но все же на некотором расстоянии: очевидно, боялся напугать Шушу еще сильнее.

– Молодец, Шуша. Молодец. Ты все делаешь правильно, – повторяла я в надежде, что звук голоса утихомирит лошадь.

К счастью, это сработало. Мы сделали круг, постепенно сбавляя скорость. У меня получилось! Но я не ощущала облегчения – только странную пустоту, будто застыла над пропастью.

Денис спешился и жестом показал мне последовать его примеру.

Я неуклюже спрыгнула с седла и покачнулась.

– А теперь говори, что у тебя с ногой! – потребовал он, глядя мне в лицо.

Я понурилась.

– Ну?

Делать нечего. Я сняла крагу, закатала брючину и предъявила колено. Выглядело оно не очень. Гораздо хуже, чем утром.

– Ты ненормальная, – вздохнул Денис. – Это факт. Я тебя еще в самом начале спросил, а ты ответила, что в порядке.

– Я думала, что…

– Ты думала?.. Да у тебя вообще головы на плечах нет, – оборвал он меня.

Вокруг нас уже собралась вся команда.

– Мира. – Дима серьезно оглядел меня. – Сейчас мы поедем обратно в лагерь.

– Но почему? Я лишь ободрала кожу… колено немного припухло. Обычная ссадина… – тихо возразила я. – Я справлюсь. Просто Шуша испугалась…