Зимний сон Малинки - Логвин Янина - Страница 9

Проблем я не хотела – ни себе, ни Шляпкину, ни расстроенной Валечке, поэтому поправила юбку, волосы, и пошла к Гордееву. Но по дороге ноги немного тряслись – а что, если его гостья услышала все, о чем я тут говорила? Справедливости, конечно, хочется, а вот работу потерять нет.

Гордеев стоял на пороге, в проеме открытой двери, как всегда в белоснежной рубашке, галстуке и темных брюках, и чтобы оказаться в кабинете, мне пришлось примериться и протиснуться возле него бочком.

Ничего себе! Ну и плечи! Хоть бы развернулся, что ли. У, шкаф!

– Да, Дмитрий Александрович? – дверь за спиной закрылась, послышались уверенные шаги, и Гордеев занял место за своим столом. Вскинув руки, поддернул повыше рукава рубашки и сцепил пальцы в замок.

– Знакомьтесь, Мария, это Елена, – указал мне подбородком на девушку в костюме. – Она бухгалтер и ведет наш отдел. Мне нужна от вас кое-какая информация.

Я посмотрела на брюнетку, она на меня, и обе кивнули.

Фу-ух, от сердца отлегло. Значит, не слышала. А оценивающий взгляд я как-нибудь переживу. Ничего, и не такие взгляды приходилось терпеть. Особенно от старух на лавочках, когда только родила без мужа.

– Малинкина, в вашем резюме сказано, – важно начал Димка, – что вы работали с коммерческой документацией.

– Да, работала. Хотя моя работа больше касалась предметно-практической стороны и аналитики интересных тендерных предложений. Наша фирма не заключала крупные сделки. С технической документацией я тоже работала, но опыт небольшой.

– К сожалению, Мария, что касается сделок в вашей фирме, вынужден вас разочаровать. Я владею иной информацией. Однако сейчас меня интересуют другой вопрос.

– Слушаю.

– В данный момент на рынке есть предложение и поставщик. Сегодня утром от заказчика пришел еще один список оборудования, заявленный на новый тендер. В ближайшее время от вас мне понадобится информация по этому тендеру, а Елене – помощь в составлении сметы. И да, Малинкина, помните о конкурентах.

– А…

– Так случилось, что это ваш старый проект. Считайте, что он существенно вырос в масштабах.

– Но…

– Проект обещает быть дорогостоящим, поэтому мы не можем себе позволить его потерять. Полагаю, здесь уместно вам напомнить о премии?

– Подождите. Насосные агрегаты центробежки? Но я смотрела по срокам, этот проект длится уже четыре месяца!

– Длился, – поправил меня Гордеев. – Наш отдел забрал его в работу неделю назад у вашей фирмы, и сейчас я пытаюсь убедить заказчика, что с нами стоит иметь дело.

Ничего себе, вот это новость! Я растерянно уставилась на Димку. Оказывается, наш бывший директор оказался еще хуже, чем мы все о нем думали. И вместо того, чтобы «продавать» информацию заинтересованным лицам, он сам выступал, как посредник, сшибая себе не копейки, а настоящие барыши. Так, что ли? Благо рынок мы шерстили как нечего делать!

Вот ведь подлюга! Хоть бы раз народу с тех сделок нормальную премию выдал! Нет, ну живут же люди, а!

Рука поднялась, как у робота. Захотелось бывшее начальство придушить.

– Могу я увидеть список оборудования?

– Да, пожалуйста.

Гордеев передал мне бумажные листы с распечатанной информацией, и я присела на диванчик. Стала читать.

– Что-то холодно у тебя здесь, Дим, – капризно подала голос Леночка. – Может, кондиционер включишь?

– Здесь нормально, Лена. Теплее нельзя, резкий перепад температуры вреден для рыб.

– Ну, Ди-имочка!

Я встала. В конце концов, изучить список можно и на рабочем месте, а воркование голубков мне слушать ни к чему. Гордеев что-то быстро писал в документах.

– Дмитрий Александрович, у вас ко мне все? Или вы еще что-то хотели? – спросила из вежливости, подойдя к двери. Хотелось рассказать обо всем Юрке.

Гордеев продолжал писать, не поднимая головы.

– Да, хотел, Малинкина. Сделайте мне кофе, пожалуйста. Двойной эспрессо с сахаром. И принесите сюда.

Клянусь, я уже успела схватиться за ручку двери, прежде чем до меня дошло.

– Что? – я оторопела. Какой еще эспрессо? Но ведь мне не послышалось? – Что ты…вы сказали? – переспросила изумленно.

Димка поднял голову и отложил ручку в сторону.

– Я попросил вас приготовить для меня кофе. Что здесь непонятного?

– Но…

Брюнетка вспорхнула с кресла и пересела к Гордееву поближе. Обернувшись ко мне, застывшей у порога кабинета онемевшей совой, натянуто улыбнулась:

– Действительно, Мария, что? Заодно и мне, дорогуша, сделайте чашечку! Только смотрите с сахаром не переборщите, терпеть не могу сладкое!

Глава 7

– Маш?

– А?

– Ты чего стоишь как вкопанная? Выговор, что ли, получила?

– Нет.

– А чего тогда застыла? Или эта язва из кабинета и тебя умудрилась цапнуть, как Валентину?

Я посмотрела на Шляпкина, с интересом таращившегося на меня, и моргнула, сбрасывая оцепенение. Это сейчас что было? Там, в кабинете?

Черты офиса проступили яснее, дыхание отпустило, и грудь вскипевшей волной обожгло понимание. Это что же получается, Гордееву мало моего унижения на собеседовании, так он решил и дальше надо мной измываться?

– Хуже, Юрка. Кажется, об меня собрались вытереть ноги.

Парень вскинул брови и удивленно присвистнул, вытянув из-за перегородки цыплячью шею.

– А ты уверена, что все правильно поняла? – справедливо усомнился.

– Уверена. И знаешь, что самое обидное?

– Что?

– Что я не могу ему ответить тем же.

Сказала хмуро, и направилась по проходу между рабочими зонами к всезнайке отдела Манане Эристави.

– Маш, а что случилось-то? Зачем наш тебя вызывал? – Юрка высунулся дальше, но я лишь отмахнулась от друга листком со списком оборудования.

Интерес к заказу в данный момент упал до отметки «абсолютный ноль». Ноль при том, что я так надеялась стать хорошим инженером, полезным для компании!

– Манана, ты не знаешь, где у нас хранятся рабочие должностные инструкции? – обратилась с вопросом к девушке, нарисовавшись у ее конторки. – Только, пожалуйста, скажи, что они у нас есть!

– Конечно, есть, – удивилась та. – У нас же передовой отдел! – она гордо вскинула голову и заинтересованно почесала длинный кончик носа. – А тебе зачем, Малинкина? Дмитрий Саныч просил?

Я уверенно кивнула.

– Он самый. Еще как просил.

К Гордееву команда отдела относилась с симпатией и пиететом, умел он это – заставить подчиненных себя уважать (с детства, гад, тренировался задирать нос), вот и сейчас Манана уважительно ткнула пальцем за спину.

– Посмотри в самом дальнем шкафу в разделе с папками. Должны быть, с синими корешками. Только их до сих пор никто не изучал. Лежат там для галочки по требованию разных инстанций.

– Ничего, – я поблагодарила девушку, развернулась и решительно направилась к шкафам. Пообещала всерьез: – Значит, Дмитрий Александрович будет первым!

– Что?

Пришлось и от Мананы отмахнуться списком с оборудованием. Какая полезная, оказывается, вещь – этот список!

Все инструкции оказались на месте, как и запас дорогого хозяйского кофе, нашедшийся в подсобке в отдельном шкафчике, плюс сахар и чашка – одна. М-да, а кофе-то у Гордеева отменный. И пахнет бесподобно. Наверняка и на вкус самый лучший. Вот если бы Димка не был таким гадом, я бы, может, и позавидовала его вкусу и возможностям, а так лишь огорчилась, что я не змея и не в моих силах сцедить в этот кофе яд. Особенно в чашку для красотки Леночки, приправив его листиком пережеванного шпината.

Тоже мне, “дорогушу” нашла!

Ладно, прорвемся. В конце концов, приготовить чашку кофе – это не целый день детям менять подгузники, варить кашу и вытирать сопливые носы. Хотя сейчас я бы предпочла оказаться со своими малинками.

Я налила кофе, сунула папки под мышку и пошла в кабинет начальника. Вошла, не постучавшись – руки-то заняты! Пришлось открыть дверь ногой. Леночка что-то бойко рассказывала моему бывшему однокласснику, уже не сидя в кресле, а нависнув над столом, и очень удивилась, заметив в моей руке одну чашку. Я опустила ее на стол перед Гордеевым, а сверху, одну за другой, водрузила две папки – прямо на напиток.