Зимний сон Малинки - Логвин Янина - Страница 10

Гордеев вскинул хмурый взгляд и поинтересовался.

– Это что еще за пирамида Хеопса, Малинкина? Что за новости?

– Это не новости, Дмитрий Александрович, это ваш кофе с прилагающимися к нему должностными инструкциями, – вежливо пояснила я и ткнула пальцем в нижнюю папку. – Вот это – инструкция младшего инженера. А вот это – начальника отдела комплектации. Мне кажется, вам не помешает освежить в памяти их содержание и еще раз вспомнить, какие именно рабочие обязанности закрепляются за человеком в соответствии с занимаемой им должностью. «Сделай мне, Малинкина, двойное эспрессо с сахаром», – такого там точно нет, я посмотрела. Если вы так любите кофе, заведите себе личного секретаря, и впредь не обращайтесь ко мне с просьбами, нарушающими профессиональную этику. Либо впишите эту обязанность в мой трудовой договор, само собой с учетом повышения ставки. Во всяком случае, это будет справедливо.

Ого! Как я все складно выдала! Но задетая гордость – это вам не шутка. А моя гордость требовала немедленной сатисфакции!

Гордеев задумчиво смотрел в упор, а вот Леночка сорвалась. Да, я не Валечка Галанина, но девушка, кажется, этого еще не поняла.

– Дима, что она себе позволяет? – заморгала глазками и повысила голос на две октавы, заставив меня поежиться: ну до чего же он у нее противный! – Что вы себе позволяете, дорогуша?! – захлебнулась возмущением, открыв рот. – Вы вообще сколько здесь работаете? Без году неделя? Может, вам не нравятся наши условия? Так попрошу с претензиями в отдел кадров! И где, я хочу знать, мой кофе?!

Я развела руками. Вот про отдел кадров – это она зря. Хотела ей улыбнуться, а так лишь холодно отрезала.

– Упс, одноразовая посуда закончилась, а предлагать личную – негигиенично. Попросите Дмитрия Александровича сбегать для вас в KFC* и взять стаканчик кофе на вынос. Мне кажется, он не откажется. А у меня, к сожалению, много работы.

Да, я перегнула палку, но эти двое сами напросились. Особенно татуированная язва. Если они с Гордеевым и правда вместе, то так ему и надо!

– Да ты кто такая? – голос брюнетки повысился еще на одну октаву и стал походить на визг. Фу, ужас какой! – Да мой отец тебя…

– Лена, замолчи! Тебе пора.

– Что? Но, Дим! – девушка оскорблено воззрилась на хозяина кабинета. – Она же только что нас обидела. Ты разве не слышал?

– Мы с тобой уже все обсудили, а со своими сотрудниками я сам разберусь. Иди, Лена, мне нужно работать. Список с комплектацией и деталями по заказу тебе Мария позже перешлет по электронной почте. Так, Малинкина?

Глаза Гордеева предупреждающе блеснули, губы сжались, но это он зря. Разве я отказывалась работать?

– Конечно, Дмитрий Александрович, – поспешила заверить елейно. – Непременно перешлю!

– Ну, знаешь! – брюнетка подхватила сумочку и полетела к двери. Выходя, с чувством задела меня плечом и хлопнула последней. – Ну и кадры ты себе подобрал! Одна другой лучше!

Петухова она и есть! Курица общипанная! Я мысленно поддала ей пинка.

Леночка вышла, Гордеев продолжать смотреть в упор, и я не выдержала – слава богу, мы находились наедине.

– Малинкина, как это понимать?

– Это я у тебя хочу спросить, «как», – насупилась, глядя на Димку. – Гордеев, ты совсем офонарел?! Если ты намерен меня уволить, то будь человеком, сделай это из-за несоответствия мной занимаемой должности, если у тебя получится, а не из-за того, что я отказываюсь носить кофе тебе и твоей девушке. Я вам не официантка!

– А с чего ты взяла, что она моя девушка?

– Да мне все равно, чья! Я и так дома по полдня стою на кухне с супами и кашами, чтобы еще и на работе вам тут кофе варить! Облезешь!

Ответила и направилась было к двери, но, передумав, вернулась к столу, убрала с чашки папки и демонстративно отпила из нее большой глоток, испортив напиток и с удовольствием облизав губы. Этот гордец ни за что после меня пить не станет!

– Вот! Спасибо за угощение, Дмитрий Саныч! Приятного кофепития!

Стукнула донышком чашки о стол, ну и вышла.

А как вышла, так и струхнула, вернувшись в реальный мир. Это что же теперь будет? Меня уволят?! А как же дети, вкусняшки и телевизор? Малина, ты сошла с ума!

Смелость испарилась, как ни бывало, сердечко заколотилось, и до конца рабочего дня я просидела в своем закутке – мышь мышью. Даже обедать не вышла. Зато список обработала и все подробно расписала.

В конце рабочего дня попросила Юрку передать документы Гордееву. Пусть сам шлет письма своей Леночке! А мне надо домой, к детям.

Глава 8

Но прошел день, за ним второй, а я все еще оставалась в штате отдела комплектации №2.

Гордеев меня не уволил, но забросал работой так, что всю следующую неделю, если я не бегала по этажам и кабинетам «ГБГ-проект» с договорами, то сидела в своем закутке, забыв о рабочих сплетнях и перерыве на обед, не поднимая головы. Прибегала на работу пораньше, засиживалась допоздна и мчалась в детский сад на всех парах, но все равно забирала малышей уже из дежурной группы.

Теперь мне было все равно, как приветствуют Гордеева коллеги по утрам и в каких реверансах встречают. Прятаться я перестала, впрочем, как и обращать внимание на присутствие начальства в офисе. Не до того мне стало с новым объемом работы. Если Димка прислушался к моим словам и решил уволить Малинкину за профнепригодность, я решила лечь трупом, но не дать ему ни шанса этого сделать!

Выходные прошли в изучении технической документации, самообучении и обработке дополнительной информации по заказу. Ее я подготовила и сдала в срок. Собралась было выдохнуть, но с понедельника все завертелось с еще большей скоростью. Договорной отдел, технический, печать согласования, утверждение, и бесконечные подписи в важных кабинетах. И если в транспортный отдел и к экономистам я ходила уже, как к своим, то бухгалтерию обходила десятой дорогой.

– Феечка, забери сегодня моих малинок из садика, очень тебя прошу! Не успеваю к семи часам никак! У меня новый заказ, надо обработать. Если успею закрыть до Нового года, получу премию!

– Истощение ты получишь, Малина, и нервный срыв! Машка, ты там рекорд по самоистязанию решила побить? – возмутилась Наташка. – Или Гордееву сказать не можешь, чтобы он тебя меньше эксплуатировал? Где это видано, чтобы человека на новой работе так впрягали? Ты же инженер, а не йог!

– Могу, и даже сказала. Знаешь, что он мне ответил?

– Что?

– Если вас, Малинкина, не устраивает должность младшего инженера, я готов вам предложить место моего секретаря.

– Что?! Неужели Димка так и сказал?!

Я вздохнула.

– Ага, можешь мне поверить. Даже голос не дрогнул.

– Вот га-ад! Ты подумай! А был такой красавчик!

Справедливости ради, глагол «был» в предложении Феякиной прозвучал лишним, и неожиданно резанул слух, но возражать подруге я не стала. Что мне до внешности Гордеева, будь он хоть трижды мистер Вселенная? Это пусть татуированная Леночка красотой Димочки упивается, залезая на стол, а я своего начальника знаю, как облупленного.

У, сноб! Не удивлюсь, если он и чашку после меня выбросил!

– И не говори. Все мне кофе простить не может и свою язву! Наверняка она ему мозг визгом выпилила, чтобы Димка меня уволил, вот он и старается. Ничего, Феечка, мне главное доказать, что я не пустое место, а там в другой отдел попрошусь. Вдруг мне не откажут.

– Ты только держись, Марусь! А детей я заберу, не переживай!

Держалась я молодцом. Впрочем, весь отдел перед Новым годом оказался завален работой. Юрка бегал за советами к Девятко и пыхтел над отчетами по нашей старой фирме, Манана ссорилась с тихим Игорем, Валечка продолжала сносить уколы Леночки, появляющейся в отделе с завидной регулярностью, а я второй день торчала в приемной у двери секретаря заместителя генерального в надежде отдать свой проект на важную подпись. Гордеев ясно дал всем понять, что заниматься подписями не будет.