Дар Миррен - Макинтош Фиона - Страница 65

Его родители ссорились крайне редко, но когда это все же случалось, Фергюс обычно первым делал шаг к примирению, покупая жене какую-нибудь милую безделушку, которая, как он надеялся, могла ее порадовать. Принося жене извинения за несдержанность, он преподносил подарок, и ее сердце смягчалось. Уил не знал, как мирился с женщинами Ромен, и мог использовать лишь известные средства, к которым прибегали Тирски. Отправляясь на встречу с Арлин, он преследовал еще одну цель. Уил надеялся больше узнать о человеке, в тело которого вселилась его душа.

Выйдя из трактира, Уил двинулся по главной улице Оркилда. Город был довольно многолюдным. Сюда приезжали не только те, кто интересовался оружием, но и моргравийцы, державшие путь на север. Бесцельно бродя по Оркилду, Уил размышлял, как задобрить Арлин и в то же время самому не попасться в ловушку.

– Нет, только не брак, – бормотал он. – Этого еще мне не хватало.

Они были осторожны. Джерико не любил рисковать, предпочитая действовать наверняка. Преследовать Корелди было делом непростым, требовавшим внимания и сосредоточенности. В Фарнсвите след наемника потерялся, и Джерико пришлось разбить своих людей на четыре группы. Он сам набирал их в отряд для выполнения этого трудного задания. Все они были отъявленными головорезами, готовыми за деньги убить кого угодно.

В Фарнсвите Джерико рассказал им, что делать, и разослал в разные стороны, а сам с наиболее преданными отправился на север. Это направление помог выбрать подслушанный им разговор, состоявшийся между Селимусом, который был тогда еще принцем, и Корелди.

Шпионы принца заметили Корелди, когда тот ехал по дороге, ведущей в столицу Моргравии, и доложили об этом Селимусу. Принц распорядился, чтобы этого подозрительного человека доставили к нему. Джерико в то время руководил сетью шпионов, которым Селимус щедро платил за их грязную работу. По приказу принца он тайно присутствовал на его встрече с Корелди, но чужеземец не видел Джерико, прятавшегося за ширмой. Селимус прямо спросил наемника, зачем тот явился в столицу королевства. Чужеземец сначала увиливал от ответа, пытаясь все свести к шутке, но потом признался, что убегает от женщины, которая решила женить его на себе. Селимус долго смеялся, услышав это признание.

Конечно, это объяснение могло быть уловкой, но оно было сделано таким кислым тоном, что у Джерико не оставалось сомнений в его правдивости. Поэтому сейчас, когда у него не было другой зацепки, он решил направиться в Оркилд, в котором, по словам Корелди, жила его пассия. И здесь его ждала удача. Когда Джерико увидел наемника, въезжавшего в город на хромой усталой лошади, его радости не было предела. От неожиданности он даже издал удивленный возглас, но тут же зажал рот ладонью. Взгляд Корелди скользнул по нему, но Джерико не привлек внимания чужеземца. Наемник спокойно проехал мимо – природа наградила Джерико незапоминающейся внешностью. Именно этому он был обязан своими успехами на стезе наушничества и сыска. У него были рыжеватые волосы, невзрачное лицо, ни симпатичное, ни безобразное, и низкий, ничем не примечательный голос. Но зато он обладал живым умом и мог в интересах дела пойти на любое преступление.

Джерико целый день следил за Корелди. Сняв комнату в «Старом тисе», наемник плотно пообедал жареными голубями, сходил в баню, а потом купил себе теплую одежду. Джерико ходил за ним по пятам, но когда Корелди надолго задержался в оружейной мастерской Вевира, шпион растерялся. Он несколько часов прождал наемника у входа, но тот так и не вышел. Придя в бешенство, Джерико решил вернуться на постоялый двор. Он надеялся, что не потерял след своей жертвы.

Помощник обрадовал его, сообщив, что Корелди уединился в своей комнате. Вздохнув с облегчением, Джерико отправился в пивной зал, приказав помощнику наблюдать с улицы за выходами из постоялого двора. Однако, судя по всему, Корелди не замечал слежки. Вечером он спустился в пивной зал по главной лестнице. На его лице сияла ослепительная улыбка, от которой сладко сжимались сердца молодых служанок, а на боку красовался новый великолепный меч. Помощник Джерико вернулся в пивной зал и сел за соседний столик.

Джерико не мог отвести глаз от прекрасного меча Корелди и решил, что оружие будет наградой за труды, когда он убьет наемника.

– Надеюсь, он потратил не все свои деньги, – негромко проворчал помощник, сидевший спиной к Джерико и делавший вид, что не знаком с ним.

Джерико тихо засмеялся.

– Я тоже надеюсь на это, но не забывай, что сейчас нас только трое, и его денежки мы поделим между собой, – промолвил он.

– Жаль, что этот дорогой меч нельзя тоже разделить на три части, – пробормотал помощник.

Джерико самодовольно ухмыльнулся. Он не сказал своим подчиненным, что король обещал заплатить вдвое больше той суммы, которую они обнаружат у Корелди, если Джерико убьет наемника.

– Меч я возьму себе, – тихо сказал он, – а ты получишь большую часть золота, которое мы найдем в кошельке этого парня.

Помощник кивнул, и Джерико, потягивая пиво и не спуская глаз с Корелди, стал размышлять о том, когда лучше отрубить палец с кольцом-печаткой – еще при жизни или после того, как тот испустит дух. Джерико обожал пытать людей. Он получал огромное наслаждение, наблюдая за мучениями жертвы и слушая ее иступленные крики. Джерико уже начал обдумывать план захвата Корелди, но тут в пивной зал ворвалась женщина и, подбежав к наемнику, влепила ему звонкую пощечину. Бросив в лицо Корелди какие-то обвинения, женщина быстро удалилась. Джерико не разобрал слов. Вскоре к наемнику подошла служанка, и они о чем-то поговорили. Когда Корелди встал и, поправив меч, зашагал к выходу из зала, Джерико залпом допил пиво и вместе со своим подручным устремился за ним. По дороге он тихим свистом подозвал второго сообщника, ожидавшего их снаружи.

И вот теперь три пары глаз внимательно следили за Корелди, который медленно брел по улице. Джерико опасался, что наемник мог заметить его в парадной зале королевского дворца во время поминальной трапезы, и поэтому приказал своим людям идти вперед, решив держаться на некотором расстоянии от жертвы.

– Что я должен делать? – спросил один из сообщников.

– Отвлеки его внимание, действуй по обстоятельствам, ты сообразительный парень, у тебя это выйдет, а потом мы неожиданно нападем на него в каком-нибудь переулке. И запомните, – предупредил Джерико обоих помощников, – нам нельзя рисковать, мы не станем убивать его здесь. Наша задача – оглушить и унести Корелди в лес, а там уже мы расправимся с ним без свидетелей.

Его сообщник мрачно усмехнулся и, сунув руки в карманы, ускорил шаг, чтобы догнать Корелди.

Погруженный в размышления Уил медленно брел но улице. Внезапно его взгляд упал на человека, жонглировавшего семью деревянными шариками. Остановившись, он стал наблюдать за ловким жонглером. Его мастерство поразило Уила.

Он долго, как завороженный, наблюдал за уличным преставлением, и засмеялся, когда жонглер исполнил зажигательную джигу, не переставая подбрасывать шарики. Уил подумал, что бродячий артист, возможно, знает, где найти разъезжающую по ярмаркам Вдову Илик.

– Ты не знаешь, есть ли сейчас где-нибудь в этой округе ярмарки? – спросил он жонглера.

Артист задумчиво наморщил лоб, не переставая жонглировать.

– Дело в том, – продолжал Уил, – что во время королевского турнира я познакомился с одной пожилой женщиной, которая ездит по ярмаркам и предсказывает будущее всем желающим. Мне надо передать ей письмо.

– Не знаю, что и сказать вам, сударь, – наконец ответил жонглер. – Я уличный артист, у меня своя стезя.

– Ну что ж, спасибо. – Уил бросил артисту монету и хотел было двинуться дальше, но, вспомнив об Арлин, снова остановился. – Кстати, ты случайно не знаешь, где в этом городе в столь поздний час можно купить какую-нибудь милую безделушку для женщины?

Жонглер тут же закончил представление под жидкие хлопки немногочисленных зрителей, положил шарики в карман и подошел к Уилу.