Любовь на пиках (СИ) - Кочет Чарли - Страница 20

Эйс крепко зажмурил глаза и попытался сдержать дыхание.

– О чем ты сейчас думаешь? – Колтон прижался бедрами к Эйсу, его руки обвились вокруг шеи Эйса. – Ты хочешь меня, Эйс? Скажи, что хочешь взять меня в постель и трахнуть так сильно, что я буду чувствовать тебя несколько дней.

Эйс открыл глаза, его дыхание стало ровным, когда он разжал руки Колтона, обхватившие его шею. Он опустил взгляд на пышные губы Колтона, и жгучая потребность пронеслась по каждому дюйму его уже тлеющего тела. Он никогда и никого не хотел так сильно, как этого сексуального мужчину у себя на коленях. Искушение было настоящей сукой.

– Что тебе от меня нужно? – спросил Эйс, пытаясь вернуть себе подобие спокойствия.

Колтон снова опустил бедра, его губы скривились в соблазнительной ухмылке.

– Разве это не очевидно? Может, я слишком деликатен?

– Колтон, – предупредил Эйс, и его глаза закатились на затылок, когда Колтон снова задвигал бедрами. Блядь. Если он ничего не сделает, то взорвется.

– Моя спальня прямо за мной.

– Нет, – прорычал Эйс.

– Потому что ты не можешь или не хочешь?

Эйс бросил слова Колтона обратно в него.

– Разве это не очевидно?

– Ты хочешь, чтобы я стоял на коленях, Эйс? Тебе нужно, чтобы я умолял? – Колтон провел ногтями по груди Эйса, и Эйс почувствовал жжение, несмотря на футболку. – Тебе бы это понравилось, не так ли? – лицо Колтона выражало экстаз, когда он застонал. – О Боже, да. Эйс, трахни меня. Заставь меня кончить. Загони в меня этот большой член.

– Вот и все, – Эйс встал, повалив Колтона на задницу, его руки сжались в кулаки, и Колтон рассмеялся. – Думаешь, это смешно?

Колтон пожал плечами.

– Немного.

– А вот и нет, – прорычал Эйс и повернулся, чтобы уйти, когда Колтон вскочил на ноги и схватил его за руку, улыбка исчезла с его лица. Он выглядел почти... обеспокоенным.

– Ты действительно расстроен.

А Лаки называл его Капитаном Очевидность.

– Что выдало меня? – Эйс усмехнулся, но его гнев растаял, когда Колтон обхватил его лицо руками, и его глаза искали в глазах Эйса неизвестно что. Эйс осторожно взял его за запястья и убрал руки. Он не мог допустить, чтобы Колтон был так близко к нему сейчас. – Я не играю в такие игры, Колтон.

Колтон нахмурился.

– Я тоже.

– Правда? Ты мог бы меня обмануть.

– Кажется, я не могу контролировать себя рядом с тобой, – Колтон оттолкнулся от него с разочарованным рычанием. – Я не хочу хотеть тебя, но, черт возьми, хочу, и это сводит меня с ума, – он провел зубами по нижней губе. – Я подумал, что если я что-нибудь сделаю, то смогу избавиться от этого, – он встретил взгляд Эйса. – Я смог бы выбросить тебя из головы.

– Я не гажу там, где ем, Колтон.

– Это... очень неприятная формулировка.

– Это правда. Мне не интересно трахаться со всеми подряд. Это моя карьера, моя репутация, моя жизнь. Я не стану портить ее ради быстрого перепиха, особенно с тобой.

Выражение лица Колтона стало возмущенным.

– Почему? Разве я недостаточно хорош?

Вздохнув, Эйс сократил расстояние между ними и провел пальцами по челюсти Колтона, улыбаясь тому, как Колтон прижался к нему.

– Я не хочу быстро перепихнуться с тобой, Колтон, потому что в этом случае я не смогу выбросить тебя из головы.

Колтон резко вдохнул, и Эйс наклонился, чтобы поцеловать Колтона в щеку.

– Ты заслуживаешь большего.

Щеки Колтона вспыхнули восхитительным розовым цветом, и Эйсу захотелось схватить его и расцеловать до смерти. Словно почувствовав это, Колтон сделал шаг назад. В его глазах появилось озорство, и Эйс напрягся.

– То есть ты хочешь сказать, что я тебе действительно нравлюсь.

Эйс сдержал улыбку и сохранил стоическое выражение лица.

– Ну, я не уверен, что зашел бы так далеко.

Он повернулся, наслаждаясь звуком богатого, горлового смеха Колтона, раздававшегося позади него, когда он направлялся обратно в свою комнату. И все же он не смог сдержать улыбку, которая появилась на его лице. Он никогда не встречал никого, похожего на Колтона Коннолли. Впервые в жизни он не был уверен в себе.

Колтон был красив, и между ними определенно существовало взрывное влечение, но Эйс не мог к нему стремится. Он был здесь, чтобы обеспечить безопасность Колтона, а это означало быть рядом с ним в любое время суток, и кто знает, как долго. Если бы он связался с Колтоном, на него обрушился бы шторм эпических масштабов. Если он облажается, то может лишить «Королей» контракта с «Морскими перевозками Коннолли». Если станет известно, что он переспал с клиентом, его карьера может закончиться, а он и так чертовски много работал, чтобы добиться своего. Каким бы соблазнительным ни был Колтон, он был вне зоны доступа.

В своей комнате Эйс обнаружил костюм, о котором говорил Колтон, висящий на двери.

– Какого хрена? – он схватил его, вышел на балкон и направился в спальню Колтона. – Колтон, – прорычал Эйс, входя в гостиную.

– Сюда, вниз, – позвал Колтон.

Эйс поспешно спустился по лестнице, не обращая внимания на огромную кровать «Калифорния кинг», на которой сидел Колтон, пока снимал ботинки и носки.

– Я это не надену.

– Почему? Что в этом плохого?

Этот человек выглядел слишком довольным, на его взгляд.

– Ценник за одну штуку.

Откуда, черт возьми, Колтон знал, какой размер брать?

– Это расходы на работу, поэтому они подлежат налоговому вычету.

– Это лен. Белый лен. Все белое.

Брюки, пиджак, рубашка под ним. Даже проклятый пояс был белым.

Колтон прищурился.

– Не уверен, что ты знаком с сутью белой вечеринки, но, в сущности, ты надеваешь белое.

– Ты не говорил.

Этот парень чертовски веселился.

– И это действительно было не дорого. Это с вешалки.

– О, это с вешалки. Ну, тогда все в порядке, – он сузил глаза на Колтона, который явно пытался не улыбаться но безуспешно. – Я тебе не кукла Кен.

– Не будь смешным. Конечно, ты не моя кукла Кен, – в его глазах появился лукавый блеск. – Ты мой личный G.I. Joe [13].

Эйс поджал губы.

– Я не уверен, должен ли я чувствовать себя оскорбленным или нет. Я тебе еще отвечу.

– Почему бы тебе не пойти одеться, пока ты думаешь об этом, и постарайся не повредить свою маленькую хорошенькую головку.

– Не надо меня объективизировать. Я больше, чем симпатичное лицо и эффектная задница.

– Я уверен, – промурлыкал Колтон. – Пожалуйста, иди. Мы уезжаем через час.

– Почему никто больше не носит белое?

– Потому что их не увидят. А тебя, к сожалению, увидят.

– И все еще с оскорблениями.

Колтон рассмеялся. Смех был громким, насыщенным и заставил Эйса улыбнуться.

– Иди. Убирайся, – сказал Колтон, подталкивая его к лестнице.

– Ладно. Ладно. Но если я буду выглядеть как задница, это будет на твоей совести. Все будут говорить: «Боже мой, вы видели охрану Колтона? Он выглядел как придурок». А я буду такой: «Ха! Я же говорил»!

– Что ж, я вряд ли могу допустить, чтобы ты выглядел красивее меня.

Эйс пропустил шаг и чуть не упал на лестницу лицом вперед, но вовремя успел схватиться за перила. Он выпрямился и повернулся, чтобы посмотреть на Колтона, который гоготал по дороге в ванную.

– Когда у тебя появилось чувство юмора?

Колтон остановился перед дверью в ванную и посмотрел на Эйса, широко ухмыляясь.

– Когда стало ясно, что от тебя не избавиться. Если ты собираешься постоянно находиться в моем пространстве, я могу наслаждаться тем, что мучаю тебя.

– Ну и дела, – проворчал Эйс, направляясь наверх. Правда заключалась в том, что он предпочел бы игривого и кокетливого Колтона разозленному в любой день недели. Это была совсем другая сторона Колтона, и она ему нравилась. Может быть, даже слишком, но это его дело, и он с этим смирится.

Эйс принял душ и оделся, глядя на себя в зеркало. Он выглядел как придурок. Не то чтобы все, кто носил все белое, выглядели придурками, но он точно. Его туфли были не только белыми, но и трикотажными оксфордами. Трикотажные. Он даже не знал, что такие делают. Конечно, он знал о дизайнерских брендах столько же, сколько и об искусстве. Когда ему требовалось что-то первоклассное для особого случая, он просил Лаки подобрать это для него. Когда Лаки пытался поговорить с ним о дизайнерских марках, он словно говорил на другом языке. Эйс кивал и просил его позаботиться о том, чтобы он хорошо выглядел. Клиент одевал его впервые, и он не знал, как к этому относиться. Впрочем, сейчас он ничего не мог с этим поделать.