Весенний Король (СИ) - Ружникова Ольга - Страница 24

И наглый козел задрал голову в первых рядах. Даже набок склонил. Он тут точно главный. Не зеленый же герцог, в самом деле.

У козла хоть рога есть. Длинные, острые.

И, может, ему и ответ известен лучше всех «Знающих», только сказать не может. Люди же не понимают по-козлиному…

— Идем, — принял решение Алексис.

В конце концов, он и впрямь — настоящий герцог. И наместник в своих владениях. А суверенный император Мидантии старше его не больше, чем на пять лет. И ничего, справляется.

Да и передышка нужна хоть на четверть часа. Выйти из этого многоголосого, орущего, суетящегося кошмара и хоть что-то сообразить.

И под крышей Черного Монаха — ветхой или нет — в любом случае не так жарко. Хоть сверху не печет.

2

Брести пришлось еще с добрую милю. Если не дольше. Через небольшой с виду лесок. Алексис пару раз едва не садился прямо на заваленную ломаными сучьями землю. Остановило лишь, что жена и старуха шли без остановки. И не замедляя шаг.

А нормальные кони через этот странный бурелом еще бы и не пробились. Откуда тут вообще столько бурь? Точно — логово лесного колдуна. Любая легенда позавидует.

Приземистая хижина… домом это точно не назовешь. Покосилась ветхая дверь, распахнуто гнилое окно. Давно не крашеное.

Густая трава у самого порога — выше пояса. И на провалившемся крыльце — уже почти по колено. Только что на кривую крышу пока нагло не влезла, но всё еще впереди.

Тем более, узкий хилый козырек над еле живой дверью — уже вовсю зарастает.

Зато сама плохо крытая старой сухой травой крыша — на месте. И в незаметные щели легко проскользнет вездесущий дождь, но его сейчас нет. А вот для палящих солнечных лучей ветхая кровля встала несокрушимой, спасительной преградой.

— Мы пришли, Мудрый, — почтительно склонилась у грязного порога старуха. Уж насколько смогла.

Полутьма. Чистое изнутри окно раскрыто — впускает далекий ветер с побережья. А вот яркий свет с улицы — нет. Длинная штора мешает. Темная, плотная. Колышется, но не отходит.

У Мудрого больные глаза?

А морской бриз здесь даже освежает. Внутри небольшой хижины — сыро и прохладно.

— Вижу. Пришли, — проскрипело с узкой лавки в самом темном углу. — Девка и два младенца.

— Да, я привела герцога.

Приволокла. А ведь еще тащиться обратно.

Черный Монах что, знал эту бабку еще маленькой? И сам тогда уже был дряхл?

— Сядьте, — без малейшего почтения проскрежетал старец. — Знаю уже, что там…

Еще бы. Небось, уже половина резвого народу сюда сбегала. Включая ярых ненавистников колдуна. И разочаровались еще больше.

Потому так и бесятся. На не оправдавшего надежд загадочного Черного Монаха. На Проклятые Галеасы и их невезучих пассажиров вкупе с мертвой командой никто не злится.

Зато Алексис сейчас наконец-то передохнет. Куда бы уже облегченно присесть? Вон тот кривой то ли стул, то ли пень — не провалится? Их тут как раз три — на всех.

— Право Причала им дать никто не в силах, — разочаровал и новых гостей еле живой Мудрый. — Берег от них заклят еще в незапамятные времена мудрыми куда сильнее меня. Вся линия побережья на сотни миль. Да и нельзя Проклятым Корсарам такое доверять. Потом повадятся сюда плавать, когда захотят. Да еще и высаживаться.

— Так ничего не сделать? — не выдержал Алексис.

Тащились сюда — зря⁈

Прохладная рука Юсти предостерегающе сжала его локоть. Зато присесть не помешала.

Стулопень — отрадно прохладный. Даже пара острых, колючих сучков — змеи с ними.

Алексис потянул жену на соседнее «сиденье».

Герцогиня слегка дернула плечом и осталась стоять. Старуха — тоже. И даже одобрительно кивнула.

Кажется, Алексис опять угодил впросак. Как обычно.

Ну, не спросил разрешения. Ну, не у себя дома. Но он здесь — герцог или как? Наместник императора и дальше по списку?

И грозный Евгений Милосердный спросит если что — не с Мудрого. И не со старой «девки».

— Сделать, — хрипло каркнул менее Мудрый, чем его предки. — Отнесите меня на берег. Право Причала не дам. И пытаться не стану. Но вот наша лодка сможет ближе подойти. Если туда жену младенца посадить.

Алексис сначала не понял. Но упрямая старуха уставилась дикими глазами. Уже не на него.

А Юстиниана зло усмехнулась. «Девке».

А что? Не один тут «черный» ведьмак у вас. Есть еще и посвященные змеиные Жрицы. Пусть и завязавшие с прошлым.

— Но не вплотную. Ярдов на десять сумеем.

— Так по воде не сдвинуться, — рискнула даже осторожно перебить престарелая «девка».

— Не надо по воде. По живому воздуху можно. Он Мертвым не подчиняется. Особенно с женой младенца на борту. Весла возьмите подлиннее. И перекиньте из лодки в лодку. И — по живому дереву…

Всё у вас тут «живое», поняли.

3

Лодку выбрали самую крепкую, большую и вместительную.

А в разгар долгожданного переселения народов прибыл немалый отряд обученных, вооруженных солдат в кирасах. Не императорских из столицы — те и впрямь далековато. И даже не штатный гарнизон из ближайшего… и сейчас не вспомнить, откуда. Город там, крепостица или просто мелкое селение — рыбаков или козопасов?

Нет, на пороге — просто внезапный эскорт из соседнего замка. Но весьма вооруженный и тренированный. С благой целью помочь. Наверное. Имя радушного соседа за считанные дни у теплого моря Алексис тоже узнать не удосужился. А ведь хотел свести какие-то местные знакомства, в хлебосольные гости ездить, на теплые семейные приемы. В привычные карты и кости долгими вечерами перебрасываться — навыки освежить. Насладиться провинциальным уютом.

Только отложил на потом. Сначала хотелось передохнуть, насладиться еще и долгожданным купанием, свежими фруктами, уединением лишь со своими… Семейным счастьем, в конце концов.

Ладно. У Алексиса вооруженного народу явно меньше, чем у этого соседского патрикия, графа Севасториса Ставоса. Даже меньше, чем щедрый граф прислал на запруженный берег — «помогать». Алексис-то нормальный гарнизон нанять еще не успел. А бывших дядиных если и найдешь — какое им доверие?

Да и расслабился он как-то — после пройденной Квирины. Успокоился. Решил, что в мирной родной стране, да еще и лишившись всех злобных врагов разом…

А тут теперь сначала явились Проклятые Галеасы, потом — нежданные помощники…

— Благодарю за помощь, — сдержанно усмехнулся юный герцог.

Последняя лодка доставила троих. Две совсем молоденьких девчонки и светловолосый парень явно старше. И юных спутниц, и самого Алексиса.

— Неужели все? — облегченно вздохнул усталый, вымотанный герцог. Стараясь не коситься в сторону новых добровольных «помощников». Слишком уж вооруженных. И в стальных кирасах — на такой-то дикой жаре.

Спеклись бы уж, что ли, побыстрее? И отправились куда-нибудь в уютный тенечек. К себе в замок, к примеру. Или на прохладную виллу с фруктовыми деревьями…

А то если что — хоть ретивых подданных на спешную помощь зови. Авось, еще не очень устали. И не растеряли боевой пыл.

И не побоятся вооруженных чужаков.

Да еще и поверят новоявленному герцогу.

И не все успеют разбрестись. Едва на берег перевезли первых спасенных, интерес у доброй половины селян быстро поугас. Сразу вспомнились собственные неотложные дела.

Давно разбрелись отдыхать козы, овцы и козел. Последний и убрел — последним. Ревниво сторожа стадо. И гарем.

Одни люди остались. Вооруженные. И знатные.

— Странно, — совсем мрачнеет Юстиниана. Бронзовые локоны треплет вечереющий ветер, изумрудные глаза прищурены в закат.

— Что именно? — еле сдержался Алексис. Где ему — до непрошибаемого хладнокровия обученных в змеином Храме жриц? — Они опасны?

Поняла, что за «они». И те, и другие. Усмехнулась.

И как она умудряется оставаться такой свежей?

— Пока не знаю. Только первыми, если помнишь, отправляли более слабых — женщин и детей. И десяток стариков. Мужчин — только после всех. Парень-то еще ладно. Может, он — предводитель. А вот юных девушек-то почему последними вывозят?