Война 1812 (СИ) - Трифоев Александр Владимирович "Иван" - Страница 19

На собеседника посмотрели осоловевшими глазами. С трудом прищурились. – Хорошо. Только, если не ответишь! Тогда, уже, ты, ставишь солдатам - два ящика. И не "Бургундского", а "Арманьяка"!

- Кто, я? Простым военным? Два ящика? Ик... "Арманьяка"?

- Ну, не я же?!

Самый выдающийся знаток Великой Французской революции гордо выпялил грудь. - А почему всего два? Чего жалеть этих солдат? Вон, их сколько – целая площадь! И все хотят просвещаться! Давай, за такое дело - четыре ящика и задавай свой вопрос.

Дошедший до кондиции маркиз обратил внимание, что собеседник начал двоиться. Он перевёл взгляд с одного дикаря на другого. Прикрыл правый глаз. Потом левый. Наконец собрал варваров вместе. Ответил обоим. - Согласен. Только, для вас, дорогие господа, будет другой вопрос. И не просто вопрос, а вопросище! На который никто, никогда не отвечал! - Величественно помахали вилкой перед носом.

Вселенец ухмыльнулся. Горделиво задрал подбородок. - Ставлю самый большой бочонок вина из подвала этой забегаловки. Что отвечу на любой вопрос не думая. Не успеешь спросить, я уже начну отвечать.

- Бочонок? – переспросил маркиз. Даже по его меркам это был солидный поступок. - Солдатам?

- Да!!!

- Ладно, Хитрый Харальд, давай! - хлопнули в ладоши. - Отгадывай. Ух, сейчас я задам…

***

Барон Антуан Анри Жоминии, недавно назначенный губернатором Вильны, решил лично посетить место трагических событий, произошедших ночью. Он мрачно прошёлся по небольшой площади, которую тщательно приводили в порядок. В некоторых местах, на земле, по прежнему были видны пятна крови. Затем он перевёл взгляд на разрушенную ресторацию, откуда работники выносили поломанную и обгоревшую мебель. В конце осмотра подошёл к своему заместителю. Долго смотрел ему в глаза. После чего произнёс. - Бетран, расскажите ещё раз. Спокойно, без лишних эмоций и преувеличений. Что? Здесь? Произошло?

- Ваша светлость господин барон! - заместитель широко открыл глаза. И с какой-то особой интригой воскликнул. - Чудовищный заговор против Императора!

- Бетран, я же сказал без эмоций и преувеличений.

- Месье генерал! Это не эмоции. И тем более не преувеличения. Это суровая правда жизни. Сразу, после побоища мы провели обыск у Андруса Бжыгмыча, которому принадлежит питейное заведение. В его кабинете найдены документы доказывающие, что он имел отношение в тайной организации "Союз пяти сердец". Причём был не простым сочувствующим. А активным участникам, секретарём и архивариусом. У него в столе нашли расписки жителей города, которые пожертвовали значительные суммы разбойникам. А ещё обнаружена целая программа подпольных действий. Под первым номером шли поджоги домов лояльных к императору горожан. Вторым пунктом отравление старших офицеров армии. А третьим, страшно сказать – планируется покушение на самого Наполеона!

Жоминии тяжело вздохнул. Прижал руку к левому боку, где почти выпрыгивало сердце. Не спеша продолжил задавать уточняющие вопросы. - Бетран, то, что поймали заговорщика и нашли обличающие документы это хорошо. Но, сперва, я всё же хотел услышать, что произошло здесь вечером? Откуда столько крови и разрушений?

- Ваша светлость, эта польско-литовская скотина - Бжыгмыч! Он был ответственный за второй пункт их кошмарного плана. Взял и подсыпал в самую большую бочку с вином какое-то сильнодействующее вещество. Может быть яд. Может быть ещё что-то. Бочку выкатили на площадь и начали поить всех присутствующих. Яд вместе с вином дал странную реакцию. Солдаты надрались до поросячьего визга. Обезумели. Схватились за оружие. Часть толпы побежала громить торговые лавки. Потом, кто-то крикнул, что во всех бедах виноваты дворяне. Они жируют на бедах простого народа. Озверевшая толпа ринулась внутрь ресторации. Господа офицеры вступили в схватку. Но, силы были слишком не равны, поэтому они отступили через запасной выход. Попутно завалили его мебелью и подожгли.

Губернатор достал из кармана пузырёк. Вынул пилюлю. С трудом проглотил. Задал уточняющий вопрос. - И какой результат побоища?

- Среди господ офицеров - семнадцать убитых. Двадцать шесть серьёзно ранены. Ещё пятеро в очень плохом состоянии. Трое точно умрут. Солдат и случайных прохожих погибло более сорока человек. Ранено около ста.

Жоминии глубоко вздохнул. Снова полез за пилюлей. Закрыл глаза на пару минут. После чего обратился к заместителю. - Теперь самое важное. Скажи, как и когда они планируют совершить покушение на Императора?

- Ваше светлость, негодяи собираются поджечь Епископский дворец, где проживает Его Величество. А вот, когда это случиться? Про это не пишут.

Барон сцепил руки в замок. Выгнул их. Глубоко вздохнул. Задержал дыхание. Выдохнул. Правая рука вернулась в сторону сердца. - Про это должен знать Андрус Бжыгмыч. Кстати, где он? Вы допросили его? Что он говорит?

- Никак нет, ваша светлость. Негодяй сразу сбежал, как началось резня в ресторации.

- Что? - барон наконец-то вышел из себя и показал свой истинный облик. Он заорал, так что голуби испугались и поднялись над площадью…

- Найти. Поймать. Догнать. Немедленно! Любыми путями. Чтобы вечером сидел в карцере! А я, знал о покушении, всё! До последней подробности. И ещё! Кто эти люди, которые вносили пожертвования? Найдите их! Среди них могут быть исполнители. А может даже и организаторы!

- Но, ваша светлость, помилуйте! В списке очень известные и уважаемые горожане?

- А мне плевать на их уважение! Когда речь идёт о покушении на Императора! Выполняйте, немедленно!

Глава 7

Прелюдия 7.

Вовремя предать - это не предать, это предвидеть!

(Фильм. Гараж).

В то время, когда все полицейские силы Вильны, усиленные солдатами и сознательными гражданами, были брошены на поиск польских бунтовщиков, их верхушка спокойно заседала за городом в небольшом сельском доме.

Из-за стала поднялся самый главный одноглазый заговорщик. Попросил внимания.

- Господа викинги, сожжение складов с продовольствием, которое не успела вывести русская армия, это последнее мероприятие, проведённое нами, в составе французских войск. Мне стало известно, Наполеон принял решение идти далее вглубь России. И через несколько дней огромная масса войск двинется на восток. Пыля, поедая и разрушая всё на своем пути, подобно саранче. Вчера вечером я рассчитался с Лучано Спаллети за последнее ограбление. Так, что более нас здесь ничего не задерживает. Потихоньку собираемся, незаметно уходим, а далее, как говорится... Снимаем маски, сбриваем бороды, становимся обычными русскими людьми. И быстро мчимся в сторону Москвы.

- Ваше сиятельство, разрешите подать предложение. – Хеймдалль поднял руку.

- Разрешаю.

- А может нам уйти, наоборот - громко? Как подобает настоящим героям из северных легенд.

- Громко, это как? - вселенец решил остроумно съязвить. - Ночью пойти в самоубийственную атаку и перерезать половину французской армии? Или захватить Бонапарта, привязать его к лошади и пусть бежит за ней в Петербург?

- Нет, не настолько шумно. Я предлагаю поступить как в случае с нападением итальянцев на наш полк. Только пусть, вместо итальянцев, нападут дикие казаки. Мы бросимся за ними в погоню и будем гнать до самых до окраин. А потом окажется, что там была заранее подготовленная ловушка. Где мы погибли все до одного. Но! Прошу заметить - погибли... как герои! Воспетые в песнях, легендах, сказках.

Конунг постучал пальцами по столу. - Господин Хеймдалль, план хорош. Для написания histoire fantastique (Фантастического рассказа. Франц.). А на деле сразу возникает вопрос. А если кроме нас, за казаками бросится вдогонку оставшаяся часть полка? Или солдаты из соседних частей, которые стоят впритык с нами? Мы их, во время засады, куда денем?

Бывший гусар почесал светлую голову. Тут же выдал. - Тогда у меня другое предложение: На исходе ночи, перед самым рассветом, часть наших "датских" бойцов сбегут в сторону русской армии. Вы с утра узнаете, разгневаетесь и броситесь в погоню. И будете догонять мерзавцев до самого расположения наших войск.