Семнадцатая (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 117

Я встаю. Аудиенция закончена, я сказала все, что хотела. Я не собираюсь заставлять его, вынуждать и выкручивать руки. Он выглядит как умный человек, но на него сейчас слишком много навалилось, тут и Дина и Мясник в его кабинете… ему нужно время подумать.

- До свидания, господин мэр, - сухо прощаюсь я: - надеюсь еще увидимся. Сплетница! – Лиза складывает руки на груди, явно не собираясь никуда идти. Неужели…

- Минуточку! – подает голос мэр. Он вытирает лицо и моргает. Вздыхает.

- Мисс Хеберт, задержитесь пожалуйста. Я … хотел бы выслушать ваше предложение и обсудить его более подробно. – говорит он: - надеюсь я об этом не пожалею. Но никаких судов Линча! Никакого самоуправства! Задержанных правонарушителей вы передаете полиции! И… если все как вы говорите… секундочку. – он прижимает клавишу селектора: - Мэри! Главу юридического отдела ко мне в кабинет! Срочно! И пусть прихватит этого своего умника. Да. Срочно!

Я смотрю на Сплетницу. Она пожимает плечами и артикулирует губами слова «я же говорила». Выпендрежница.

Глава 57

Глава 57

Интерлюдия

- Майк Сьерра на позиции. Визуальный контроль обеспечен. – шепчет в лангрифон Джейн «Мамасита» Родригес, вглядываясь в прицел своей полуавтоматической винтовки. Ее пальцы легко пробежали по выдавленной на ствольной коробке надписи «Рейнметалл Корп. Дюрандаль, кал. НАТО, 7,62х51» и сдвинули вниз флажок предохранителя. Привычным движением дослали патрон в патронник. Улеглись на рукоятке управления огнем, указательный палец замер, коснувшись металла, сбоку на корпусе винтовки, словно указывая вперед, не ложась на спусковой крючок.

- Майк Сьерра, принял. Ти минус десять. – шуршит голос в наушниках. Джейн кривит губы. Она могла бы справиться с этим сама. В конце концов это просто подпольный бордель, связанный со складом оружия и точкой распространения наркотических веществ… да, это место охраняется, но они дилетанты. Расставить ловушки вокруг, подождать… выманить, нанести удар. Но главному группы виднее. Сказано – контролировать запасной выход с северо-востока, значит лежать пузом в пыли на крыше соседнего здания и не отсвечивать своей особо умной головой. В ближнем бою схватить случайную маслину может даже самый опытный и крутой профессионал, и что самое обидное – от какого-нибудь идиота, который в первый раз в руках оружие держит.

И недооценивать противника нельзя никогда. Все делаем с запасом, - такой вот девиз у войск спецназначения. И сперва она не поняла, как именно они будут поддерживать правопорядок на территории, ведь они – не полиция, у них нет опыта патрулирования улиц, задержания подозреваемых, проведения следствия, всего этого «вы имеете право на молчание» и прочее.

К вопросу штурма зданий они подходили очень просто, по принципу «видишь дырку – кинь гранату», если враг не сдавался, его уничтожали, а адвокаты после полевого допроса не вызывались. Потому что уже не требовались. И если кто-то думает, что захватить человека живым и невредимым легче чем убить – то пусть подумает два раза. У полиции своя специфика, у них – своя. Да, они тоже умеют вести переговоры и штурмовать здания, но немного по-другому. И соблюдением процедур законности во время диверсионного рейда на территории противника как правило никто себя не утруждал.

Но новый босс, эта дерзкая девчонка с копной черных волос, тяжелым взглядом и рейтингом опасности восемь – сказала, что все понимает. И не будет требовать от них невозможного. Они – не полиция, сказала она, но ей и не нужна полиция, полиция в городе уже есть и толку от нее. Патрулировать улицы и расследовать преступления после того, как они уже произошли – не дает нужного эффекта. Нужно бить на упреждение, не по исполнителям, а по тем, кто стоит за ними. И вот тут, сказала эта девчонка – вы можете действовать так, как привыкли. Эти люди – ваши враги. Поступайте с ними так, как вы должны поступать с противником. Это война – сказала она, я не потерплю наркотиков и подпольного секс-рабства на своей территории. Притоны, распространяющие наркотики и держащие девушек в рабстве – должны быть уничтожены. Те, кто зарабатывает деньги на этих подпольных фабриках рабства и наркотраффика – должны быть уничтожены. У нас не так много времени – сказала босс, два дня максимум, за эти два дня на бывшей территории АПП не должно остаться ни одного притона и ни одного наркоторговца. Единственное требование – свести к минимуму жертвы среди гражданских. Однако, определить кто именно тут комбатант, а кто – гражданский – нетривиальная задача. Потому на штурм основных объектов босс идет с ними сама. Мелочь подчистят другие отряды, но крупные объекты они штурмуют вместе. Вот например – этот. Заброшенная фабрика, переделанная АПП в свой опорный пункт. Здесь хранятся наркотики, оружие и конечно же содержат девушек и парней, обреченных на сексуальное рабство.

Джейн только головой покачала. Видела она такое… и в Юго-Восточной Азии и здесь. Чем так жить, лучше уж маслину в голову поймать. Впрочем, ее дело телячье – наблюдать за запасным входом, пока босс и ребята через центральную дверь зайдут.

- Всем группам. Ти минус пять. Повторяю. Ти минус пять. – звучит голос в наушнике. Осталось пять минут до начала штурма. Джейн прильнула к прицелу. Тишина. Никого и ничего на заднем дворе заброшенной фабрике. Стоят несколько автомобилей, ржавый остов какого-то фургончика, какой-то строительный мусор…

Она поднимает голову. Прислушивается. Звук мотора. Оглядывается по сторонам. Видит сверху, как фургон с тонированными окнами поворачивает в сторону фабрики. Поворачивает и проезжает через открытые ворота на территорию фабрики.

- Здесь Майк Сьерра. – прижимает лангету Джейн: - групповая цель. Темный фургон. Северо-восток. Остановился у задней двери. Несколько человек, судя по силуэтам, точное количество уточняю.

- Принял, Майк Сьерра. Продолжай наблюдение. – щелкает лангета в эфире, отсекая звуки голоса. В оптический прицел с пятикратным зумом отчетливо видно, как двери фургона открываются и оттуда выходят двое крепких мужчин азиатской внешности, они одеты в темные футболки, на руках – татуировки.

Джейн перехватывает анатомически удобную пистолетную рукоять, удерживая перекрестье прицела на голове того, кто вышел первым. Желательно свести к минимуму потери среди гражданских – так сказала босс. Судя по всему, вот эти – точно не гражданские. Если выбирать между эффективностью и соблюдением закона – всегда выбирайте эффективность, так сказала новый босс и это ей нравится.

- Всем группам. Ти минус минута. Повторяю. Ти минус минута. – звучит голос в наушнике. Ровно минута до того момента, как босс выбьет ногой двери и ворвется в здание заброшенной фабрики. Вот и посмотрим, на что она способна, думает Джейн Родригес, оператор класса S-тир, с позывным «Мамасита», посмотрим. Да, эта девчонка знает, как себя ведут наемники, знает об обычае «диких гусей», но это пока ни о чем не говорит. Может у нее дядя служил в подразделении. Только участие в настоящем деле, выход на операцию может показать цвет ее души. Потому что слова ничего не значат. Что-то значит лишь дело.

Тем временем вокруг фургона продолжалась сует. Она прильнула к прицелу. Из фургона вытаскивали девушку, лицо в крови, ноги безжизненно волочатся вслед за телом. Беглянка, думает Джейн, все ясно. Такие вот фабрики держатся на страхе, этим сволочам нужно поймать любую из тех, кто решил убежать, вернее - каждую из них. Поймать и притащить обратно, а потом запытать и казнить на глазах у других девушек, чтобы у тех в голове даже мысли о попытке побега не было.

Указательный палец Джейн опустился ниже, сгибаясь и нащупывая теплый металл спускового крючка. Ти минус минута, подумала она, сейчас не время выходить в эфир и спрашивать разрешения открыть огонь. Она только добавит ненужной информации в эфир, отвлечет внимание, а люди сейчас делом заняты. Просто… она дождется команды на штурм и уже там…