Новогодний переполох в академии «Милагриум» (СИ) - Селезнева Алиса - Страница 7

«Классненько!» ‒ подумала Мелинда, поглядев наверх. Прямо над её головой ветер раскачивал ярко-красный кленовый лист. Единственный на всём дереве: все остальные были уже за оградой, а этот каким-то магическим образом уцелел. Под тяжестью снежных шапок даже толстые ветки клонились к земле, и Ноиламгип, встав на цыпочки, попыталась сорвать лист. Он был слишком ценной находкой. Последний отголосок осени среди густой зимы. Такой наверняка проявит себя в жутко замудрённом зелье. Старания ради девушка даже два раза подпрыгнула, но её рука так и не достала до нужной высоты. Мел была коротышкой. На физкультуре стояла одной из последних и крайне редко протирала пыль на антресолях.

‒ Помочь? ‒ Альберт легко сорвал лист и протянул ей. На губах его играла очередная улыбка, на щеках выступили совершенно очаровательные ямочки.

‒ Премного благодарна.

‒ Всегда рад услужить.

Чувствуя, что краснеет, Мелинда торопливо сунула лист в карман пальто, отперла дверь и проникла в тёмную гостиную. В доме было жарко натоплено ‒ значит с ухода Грейс не прошло и часа.

‒ Располагайся, ‒ закинув пальто на настенный крючок, обратилась Ноиламгип к Альберту. Он не заставил себя ждать и точно так же пристроил свою чёрную куртку в гардероб в стене. Стоит ли говорить, что чёрной курткой с меховым капюшоном на самом деле был всё тот же ярко-зелёный плащ, преобразованный с помощью магии.

‒ Твой любимый цвет красный?

‒ Почему ты так решил?

‒ Из-за листа на дереве.

Мел минутку подумала и чуть пожала плечами.

‒ Не только красный. Я вообще люблю яркие цвета. Синий, сиреневый, жёлтый. Наверное, поэтому ты вылез из котла в весьма экстравагантном костюме.

‒ А когда твой день рождения?

‒ Тридцатого сентября. По гороскопу я Весы. Всё время ищу во всём гармонию и никогда её не нахожу.

Альберт кивнул и открыл рот для нового вопроса. На этот раз тот коснулся родственников Мелинды.

‒ У меня осталась только бабушка. Мама умерла, когда мне было десять.

‒ А отец?

‒ Отец… ‒ Горло у Мелинды сжало, словно от удушья. Она не любила говорить об этом, но Альберт смотрел на неё щенячьими глазами. Ему она отказать не смогла. ‒ Я не знаю, кто мой отец, и никогда его не видела. Всё детство спрашивала о нём у мамы, но она лишь отшучивалась да гладила меня по голове. По её словам, мне было рано знать о том, что с ним произошло. Она хотела, чтобы сначала я выросла, но потом её не стало… Скорее всего, этот мужчина бросил её беременной либо не смог остаться с нами, поскольку был несвободен.

Часть 14

‒ Понимаю, ‒ Альберт сунул в руки карманы и прошёлся по комнате так, словно был не в чьём-то доме, а в городском музее, даже оленьи рога потрогал и самым тщательным образом принялся рассматривать шкуру медведя на полу.

‒ Может, позавтракаем? ‒ дабы не чувствовать себя жалкой, Мелинда сделала вид, что умирает с голоду и полезла в холодильник. Грейс не была бы Грейс, если бы не оставила единственной внучке немного еды. Так и вышло. На верхней полке красовались луковый пирог и картофельная запеканка.

Альберт ел впервые в жизни, и вкус еды ему дико нравился. Вчера на балу он буквально закармливал Мелинду дорогими вкусностями. Сегодня этим занималась уже она. Они сидели за низким столиком, уплетали пирог и запеканку и запивали всё свежезаваренным чаем из зверобоя и душицы.

‒ А какое твоё любимое блюдо? ‒ снова спросил Альберт, тщательно пережёвывая кусок сильно разогретого на печке теста.

‒ Какой ты, оказывается, любопытный!

‒ Просто хочу знать о тебе как можно больше. Разве это преступление?

‒ Главное, чтобы ты не использовал это потом против меня, потому как больше всего на свете я люблю мясные шарики. Их готовила моя мама. Бабушка тоже умеет их делать, но у неё так вкусно не получается. Рецепт достаточно простой. Надо взять свиную вырезку или куриное филе, порезать на тонкие слои и хорошенько отбить. Затем положить отбивную на поварёшку, сделать углубление и наполнить его смесью из обжаренных заранее грибов и лука. После этого начинку завернуть в мясо, создав шарик примерно с ладонь, обмазать его куриным желтком, посыпать сыром и отправить в печку.

‒ Звучит вкусно.

‒ Выглядит тоже вкусно. А если положить в рот…. Ммм, ‒ от умиления Мелинда прикрыла глаза и покачала головой. ‒ А ещё я люблю солёную рыбу. Ба сама её солит, берёт нерку или лосося….

‒ И никогда со мной не делится, ‒ послышался из переноски обиженный голос Габи. ‒ Представляешь, Ал, они вдвоём хомячат лосося, а мне ни крошки не дают. Ещё и говорят при этом, что рыба для кошек жутко вредная. Дескать, кости разрушает. Ага, нашли дурочку! Знаю я их, жмотов!

‒ Будешь жаловаться, в новогоднюю ночь вообще без ужина останешься, ‒ пригрозила ей Мелинда. ‒ Сделаю, как говорит бабушка: отправлю тебя во двор ловиться.

‒ Ну и фу на тебя. ‒ Высунув наружу мордочку, Габи показала розовый язычок и принялась кривляться. ‒ Фу на тебя ещё раз.

‒ Тише, дамы, тише! ‒ Альберт миролюбиво поднял вверх руки. ‒ Не стоит ссориться из-за мышей и нерки.

‒ Из-за мышей как раз стоит. Дельная вещь, ‒ лениво протянула Габи и снова бухнулась спать.

‒ Вот и будешь трескать их все каникулы и никакого тебя праздничного пирога с луком, ‒Мел деловито встала и принялась собирать грязные тарелки. Как назло, Альберт решился помочь, и его пальцы ненароком коснулись тыльной стороны её ладони. И Мелинду сначала бросило в холод, а потом в жар.

‒ Ты устала, госпожа моя? ‒ Заметив её состояние, Альберт отобрал у девушки всю посуду. ‒ Думаю, тебе стоит отдохнуть. Я помою всё сам, а ты поспи.

Мелинда зевнула. Она и впрямь чувствовала себя уставшей: полночи танцевала, полночи тряслась в автобусе.

‒ Пожалуй, так и сделаю., а ты, если хочешь, приляг в комнате у бабушки. Или здесь на диване.

Самый идеальный мужчина улыбнулся привычной улыбкой и открыл перед Мелиндой дверь в её спальню. Ноиламгип взглянула на часы. С момента появления Альберта прошли без малого сутки, и при мысли об этом её охватила странная дрожь. Вдруг он исчезнет, а её и рядом не будет. Нехорошо как-то получится…

‒ Не волнуйся, я дождусь тебя, ‒ заверил он, будто умел читать мысли.

‒ Откуда ты знаешь?

‒ Чувствую. Перед уходом я должен стать прозрачнее, поэтому вряд ли это случится сегодня.

‒ Ладно.

Его ответ вселил в неё надежду. Может, и правда, он задержится в её мире ещё на день, и им удастся встретить Новый год вместе? Это было бы очень и очень здорово, а уж как успокоить Грейс, она обязательно придумает.

Часть 15

‒ И кто это, панталоны Морганы, безобразничает на моей кухне? Ты, лис проклятый?! И как только совести хватило в чужое жилище залезть да бедлам такой устроить?

Мелинда проснулась от громкого голоса Грейс, который раздавался по всему дому. Старуха кричала, топала ногами и наверняка неистово брызгала слюной. Альберта за её воплями слышно не было.

‒ О. Мерлин, убереги меня от гнева бабушки! ‒ запричитала Ноиламгип, спрыгивая с кровати и на ходу набрасывая на льняную рубашку махровый халат. ‒ Убереги нас всех, а особенно Альберта.

Как и следовало ожидать, лицо Грейс пылало от гнева. Она носилась за самым идеальным мужчиной на свете по всей кухне, а когда догоняла, припечатывала ему со всей силы вафельным полотенцем. По голове, по заду, по спине ‒ в общем, по всему, до чего дотягивалась. Альберт же даже не пытался хоть как-то отразить её удары, он лишь петлял, как заяц, между шкафами, столом и холодильником и прятался то за высокими спинками стульев, то за большим чугунным котлом.

‒ Ах, ты негодник! Ах, паразит! Ну я тебе покажу. И полдня не прошло с тех пор, как я дом заперла, а ты уж тут как тут.

‒ Бабушка, стой! ‒ Мелинда изловчилась, выбежала вперёд и закрыла собственным телом внезапно распрямившегося мужчину. ‒ Он не вор. Это Альберт. Он со мной. Мы вчера познакомились на балу профессора Блайт, и я пригласила его погостить у нас несколько дней.