"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 946

– «Милочка, ты не могла бы мне помочь с портным. Мой родственник племянницу Императора в жёны берёт, а ко мне с просьбой обратился, портного ему посоветовать. Нет ли у тебя кого на примете, из лучших, разумеется?» – вот примерно так это будет звучать, и как я предполагаю, не один раз.

Так что за подаренный праздник она мне крепко задолжала. Пусть отрабатывает.

Кошмар и ужас! Положив телефонную трубку, я ещё минут пять отходил от получасового разговора с родственницей, вытирая платком вспотевший лоб. Вопросы сыпались один за другим, и дай Бог, если я успевал отвечать хотя бы на каждый пятый. И ладно бы, сразу какой-то результат был, так нет же, сказала, чтобы часа через два перезвонил ей ещё раз.

Да Дашка у меня, оказывается, чистый ангел во плоти. Столько вопросов от неё я ни разу в жизни не слышал, по крайней мере, чтобы разом.

– Записывай адрес, – обрадовала меня родственница, когда я повторно до неё дозвонился, – Камергерский переулок, дом пять. Мастера зовут Левинсон Анатолий Абрамович. Как ты и просил, записала тебя на понедельник, на пять часов. Ателье находится недалеко от меня, так что в три часа жду тебя к себе на обед. И не вздумай опаздывать!

На этой радостной ноте разговор закончился. Похоже тётушке сейчас не до меня. Новость пошла гулять по столице и родственнице необходимо находиться в эпицентре событий.

Теперь главное, чтобы мои мастера не подвели. Для новых костюмов, трёх официальных княжеских и одного свадебного, я заказал дюжину больших пуговиц, и две дюжины маленьких. Простеньких таких четырёхконтурных накопителей. Из темно-синих алмазов в золоте и платине.

Первая же тренировка с Шепелевым заставила меня крепко задуматься. Бретёр неприятно удивил скоростью каста Воздушного Кулака, а я его поразил моментально выставленным щитом. Пожалуй, единственное, что я умею делать быстро и хорошо, так это создавать щиты. И изучение защитных заклинаний мне легко даётся. Надо будет щиты из арсенала Медведева опробовать сегодня, но сначала каким-нибудь из своих старых заклинаний я попытаюсь приложить по Шепелеву. Пару раз бросил в него модифицированные Светлячки, но от одного он ловко уклонился, а второй как-то хитро парировал, практически затушив его ещё на подлёте. Потом я поставил другой щит, уже из медведевских, и начал садить по Шепелеву файерболами, пару раз сменив их на Метеор и Огненную Стену. Его заклинания меня не волновали. Щит их вынес уже добрый десяток, а всё как новенький. Затем я просто принялся гонять Шепелева по всей площадке, стараясь прихлопнуть его отдельно созданным щитом, как мухобойкой, но он оказался на редкость изворотлив, впрочем, как это и положено мухе.

– Стоп. Достаточно. Очень плохо, – вскоре услышали мы громкий голос Шабалина, наблюдавшего за тренировкой, – Олег Игоревич, неужели у вас нет чего-то более действенного? Что за детский сад вы тут устроили. Ещё из трубочки плеваться начните.

– Хм, для дуэли я пока ничего подходящего не выучил, но дайте мне день-два, и я буду соответствовать, – пришлось мне покаяться.

Нет, ну реально не хватает времени. Есть с десяток приличных точечных заклинаний в арсенале Медведева. Наверняка они для дуэли подойдут. Понимаю, что нужно их выучить как можно быстрее, но кто бы мне дал хотя бы часа четыре свободных. Желательно с утра, когда голова ничем не забита и ещё что-то соображает.

– А не для дуэли?

– Кое-что имеется, но это показывать надо.

– Ну и показывайте.

– Здесь? – недоуменно спросил я и отрицательно помотал головой, – Мне здесь озера не нужно. О, я около будущей церкви хотел прудик организовать. Можно туда съездить.

Так-то за домом, где сейчас у нас устроена тренировочная площадка, мы с Дарьей сад планировали по весне высадить. Даже помечтали как-то раз, что когда пацаны подрастут, тут уже всё цвести и плодоносить начнёт.

– Прудик. Озеро. Вы о чём? – поинтересовался Пётр.

– Поехали. Здесь недалеко, – первым пошёл я к дому, пока оба мага не опомнились, и не придумали, чем меня занять.

Мне же стало очевидно, что без своей аномально сильной защиты уровень бретёра я пока никак не потяну. Я по нему если чем и попаду, то только случайно, и вряд ли серьёзно. Это я к тому, что к моим тренерам вот-вот должна придти в голову светлая мысль о том, чтобы запретить мне использование щитов на тренировке. Как будто я не догадываюсь, что без них меня Шепелев за секунды уделает.

Мы зашли в дом, и пока машина прогревалась, скинули с себя всё тренировочное снаряжение и успели выпить по чашке кофе. Любимый напиток поднял настроение и на экскурсию по местам боевой славы я отправился в благостном расположении духа.

Засыпанное льдом поле почти не изменилось, разве что ложбины между горами льда присыпало снегом, да стали видны верхние части ближних к посёлку машин, которые отрыли поисковые команды, занимающиеся сбором трофеев.

Неплохая подработка получилась для тех же охранников, свободных от смены. Половина стоимости найденного идёт им в карман.

По тропинке, протоптанной трофейной командой, мы дошли до первого грузовика и смогли забраться на расчищенную крышу кабины. Вид отсюда открывался жутковатый, зато ручей отлично прослеживался, и моё любимое дерево, торчащее у холма, словно трезубец Перуна, давало чёткий ориентир для предстоящих работ по ландшафтному дизайну.

Хорошенько прицелившись, я отправил «Комету» в путь. Громыхнуло знатно. Мы с Шепелевым едва смогли удержаться на ногах, схватившись друг за друга, а Шабалина с крыши кабины сдуло, и он, словно спускаясь с детской горки, прокатился на пятой точке до самой тропинки, с воплями подпрыгивая на ступеньках-трамплинах.

Когда он, покряхтывая и матерясь (вот бы никогда не подумал на такого-то интеллигентного человека), забрался к нам обратно, ветер почти полностью отогнал пар и клубы снега, закрывающие нам вид на образовавшуюся ямищу. Хорошая такая воронка получилась. Этакий правильный овал метров пятьдесят на двадцать пять, и метров пяти-шести глубиной. Скорее всего, «Комета» сейчас под острым углом в землю влетела. Полынья на озере, образовавшаяся во время первого испытания, помнится, была гораздо более круглой и на овал не слишком походила. Интересно, а что получится, если «Комету» отправить почти горизонтально. Она мне дорогу расчистит от снега, или сделает желоб, как для бобслея?

От практического и полезного обдумывания, как можно боевую магию использовать в мирных целях, меня отвлекли.

– Граф, не подскажете, каким транспортом быстрее всего можно добраться до тюрьмы? – услышал я ехидный вопрос Шепелева, – Меня как-то не слишком прельщает идея по совместным спаррингам с вами. Честное слово, хочется обратно. В теплую и уютную камеру. Под защиту милых и добрых надзирателей, отеческую заботу которых я оказывается сильно недооценивал.

– Чем же вам спарринг не понравился? – задал вопрос Шабалин, глядя себе под ноги и выбирая более уверенную позицию на скользкой металлической крыше.

– Теми же файерболами. Я сразу обратил внимание, что они какие-то странные, но особого значения не придал, подумав, что это я невольно потерял навык, пока в тюрьме сидел.

– А что с ними не так? – встал Шабалин чуть ли не в стойку охотничьей собаки, почуявшей дичь.

– Теперь понимаю, что многое. Они другого цвета. Не такого, как спелый помидор, а скорее, как апельсин. Покрупнее в размерах, и двигаются быстрее. А потом этот щит, которым он меня пытался прихлопнуть. Сделай он его побольше, вроде того, какого размера был на нём самом, и я бы оказался в крайне затруднительном положении. Хотя… Вы же наверняка могли его увеличить. Я не ошибаюсь? – повернулся уже ко мне бретёр.

– Мог, – согласился я с Шепелевым, – Только убивать вас никоим образом не входит в мои планы.

Врать мне нет смысла. За время нашего учебного поединка он по мне чем только не бил, и у меня нет сомнений в том, что с его опытом он чётко определил размеры той защитной полусферы, которая меня прикрывала. Дальше дело техники и теоретической подготовки. Распрямить защитную полусферу в круг и вымерить его диаметр сможет любой грамотный маг. И не только маг. Так себе задачка для любого школьника-хорошиста, дружащего с геометрией. Быстро бретёр сообразил, что диаметр своей «мухобойки» я мог при желании в разы увеличить.