Баба Нюра в новом теле (деле) (СИ) - Коротаева Ольга - Страница 34

Но попал мне в глаз и стремительно ретировался, исчезнув в толпе. Я погрозила кулаком Грыже, и тот пожал плечами. А Мор с непроницаемым видом помог мне забраться в карету новобрачных, залез сам и захлопнул дверцу. Задёрнул все занавески и повернулся ко мне, глянув так, что сердце совершило кульбит.

Мужчина кинулся на меня под крики Ноги:

— Свинцовые трубы отпугивают деньги!

Вжал меня в сидение, и рука Дэвона сжала мою грудь так, что я едва могла дышать, глядя на нетерпеливого новобрачного.

— Отказывайтесь от свинцовых труб! — верещал Грыжа.

Конечно, хотелось, чтобы Мор с такой страстью относился к своей молодой жене. То бишь, ко мне. Но, увы, стоило ему вытащить из-под корсета бумаги, как инспектор занял своё место и принялся нетерпеливо листать списки.

Глава 51

Пока новоявленный муж просматривал имена, я, изнывая от любопытства, начала говорить:

— Донос на Тёрнеров возымел последствия как раз из-за этого документа? В этих списках сплошь владельцы свинцовых рудников, и самым большим акционером является королевская семья.

Мор глянул на меня исподлобья и одобрительно усмехнулся.

— Что ты знаешь о свинцовой руде, Ханна?

— То, что из неё, переплавляя, добывают серебро, — вспомнила я школьную программу. — Сам же свинец легкоплавкий, мягкий и податливый, даже режется ножом. А ещё он очень опасен, если применять его, допустим, для водопроводных труб.

— Всё верно, — серьёзно кивнул мужчина. — Когда были открыты рудники, и казна начала стремительно пополняться за счёт серебра, казначеи всюду пытались приспособить свинец. Из него отливались ядра для пушек и статуи для украшения, а после приспособили для труб, но через некоторое время люди, у которых стояли такие трубы, начали болеть. Женщины теряли не рождённых детей, а мужчины становились неспособными воспроизвести наследника.

— Как дядя целителя?

Мор кивнул.

— Несмотря на это, изготовление труб не прекращалось, ведь королевство не могло отказаться от пополнения казны. Король издал приказ о ежегодном налоге на медные трубы, и людям ничего не оставалось, как ставить свинцовые, ведь керамические не выдерживали напора воды. Чтобы горожане смирились, король приказал зельеварам решить проблему, и тогда была изобретена пропитка для свинцовых труб.

Я слушала, затаив дыхание. Как и догадывалась, всё упиралось в деньги. В огромные деньги, которые стоили больше, чем жизни ни в чём не повинных людей. Мир другой, а проблемы те же.

— Конечно, болезни не прекратились по щелчку пальцев, — горько усмехнулся Дэвон. — Но больше не было ни одного случая, подтверждённого целителями. Думаю, ты догадываешься, почему.

Кивнула:

— Я видела в списке имя королевского целителя.

— Хуже всего, что люди до сих пор умирают, — продолжил Мор.

Его взгляд сверкнул такой яростью, что я вспомнила о маленькой сестрёнке инспектора. Как она осталась сиротой? Может, мужчина занимается этим расследованием по личным причинам?

— Кто-то нарочно портит трубы, — тихо произнесла я.

Дэвон кивнул и, просмотрев все листы, наградил меня таким взглядом, что спина покрылась ледяным потом.

— Этого недостаточно, Ханна. Наверняка, есть что-то ещё.

— Что есть? — шевельнула немеющими губами. — Недостаточно для чего?

Мужчина тяжело вздохнул и, взяв мою руку, мягко пожал её, будто передавая мне свою поддержку:

— Чтобы убить всю вашу семью. Должно быть что-то ещё, что нужно преступникам.

— Королю или тем, кто портит трубы? — в ужасе шепнула я, осознав масштабы беды.

— Я не знаю, — неохотно признался Мор. — Мастера, которых нанимали, утверждали, что о пропитке им ничего не было известно. Распоряжения приходили письменно, деньги передавали через трактирщика. Проверка почерка ничего не дала, над письмами потрудился умелый бытовик, который стёр уникальный письменно-двигательный навык определённого лица.

— То есть, — подытожила я, поражаясь открытию. — У тебя ничего нет?

Он виновато улыбнулся и развёл руки.

— Всё, чего я пока добился, так это сохранил жизнь и здоровье семье Тёрнеров.

Теперь я начала злиться:

— То есть, это ты, воспользовавшись липовым доносом, упрятал моего отца и братьев за решётку, а нас выставил на улицу. Верно?

— Моя версия о спасении мне нравится больше, — возразил он.

— Где мои родные? — напрямик спросила я. — Куда их перевели из казематов? Где ты их прячешь?

— В тюрьме для особых преступников, — он покосился с опаской, должно быть, боясь немедленной расправы. — Только так я уверен, что им не причинят вреда. Там самые строгие порядки. К узникам не пропустят даже короля, а стражники живут в каменных мешках вместе с заключёнными и едят ту же пищу. Даже нет окон, в которые можно что-то подбросить.

— Что⁈ — потрясённо ахнула я. — То есть они ничего не сделали, но не видят света? Как ты мог так поступить? Они же твои свидетели!

— Они и слова не проронили, — недовольно поморщился он, — несмотря на то, что я сделал, чтобы обезопасить женщин семьи Тёрнер. Боятся за ваши жизни. Поэтому у меня только один выход. Ханна, подумай, что может быть такого же подозрительного, как эти списки? Может, дело в ночной вылазке, которую ты однажды ночью совершила вместе с тётей?

Я нахмурилась, вспоминая колодец и сон, который пришёл ко мне после той опасной прогулки.

— Возможно… — Но перехватила руку мужчины и жарко проговорила: — Тот целитель, что осматривал Голлиру и её маму… Этот человек, как я поняла, по приказу короля скрывал проблемы со свинцовыми трубами. Он приходил в дом колдуна, и чем больше я об этом думаю, тем мне становится страшнее.

— Не бойся, — Дэвон пересел ко мне и обнял, прижав к себе. — Теперь ты моя жена, и он не посмеет причинить вред тебе или твоим родственникам.

«Их это точно остановит? Как умерли твои родители?»

Пока решалась спросить это, Мор продолжил:

— Меня больше волнуют не те, кто указан в этом списке. Конечно, здесь есть несколько имён, которые я не ожидал увидеть. И проверю каждого, потому что ищу исполнителей, чьими руками королевские казначеи загребают горячий уголь.

— А кто тебя тревожит? — шёпотом спросила я.

— Тот, что стоит на другой стороне, — признался Дэвон. — Тот, кто старается добиться запрета использования свинцовых труб и ради этого идёт на убийства.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно.

Глава 52

Карета остановилась, и в дверцу осторожно постучали. Мор сдвинул занавеси и выглянул наружу.

— Такое ощущение, что у моего дома собрался весь город. — Повернулся ко мне. — Я могу приказать кучеру подъехать к чёрному входу…

— Зачем лишать людей зрелища? — перебила я и пригладила причёску. — Идём, дорогой?

— Только один штрих, — вдруг сурово произнёс он.

— Что такое? — я поправила складки пышной юбки. — Вроде всё идеально. Нет?

Дэвон подался ко мне и подарил жаркий, но краткий поцелуй. Отстранившись, широко улыбнулся:

— Вот теперь всё действительно идеально!

— Ну, серьёзно… — рассмеялась я.

Мне всё больше нравилось быть замужем. Жаль только, что не все ожидания оправдались. Мужчина явно преувеличил собранные улики, заманив меня под венец чистым любопытством, а на самом деле жаждал получить доказательства от меня.

Вот же хитрец!

И всё же была одна улика, до которой я ещё не добралась. Поэтому, прежде чем рассказывать о колодце, я собиралась потребовать письма, которые погибшая мама Голлиры писала брату Ханны.

— Отказывайтесь от свинцовых труб! — продолжали призывать мои «демонстранты», когда Мор подал мне руку, помогая выбраться из кареты. — Они отпугивают богатство!

— И мужчин! — вдруг добавила Мэйра. Она хитро улыбнулась мне и пояснила: — Свинцовые трубы чуть не испортили жизнь моей невестке, но мы их заменили на медные, и всё стало налаживаться.

Подмигнула, явно лукавя. У нас не было денег на медные, но знали об этом немногие. Мои мастера будут молчать, а вот насчёт Даниэля уверенности не было. Мутный тип, этот бывший женишок Ханны.