Хорошая примета (СИ) - Матуш Катя - Страница 6

Кабинет быстро опустел, отчего нависший над нами тлен стал еще явнее. Вряд ли кто-то из одногруппниц сразу после этой сессии планировал досрочно сдавать следующую!

Седовласая женщина, чью выправку мы любили сравнить с веретеном, обошла нас строгим взглядом и постучала коготками по столу:

— Девушки. Могу я узнать, чем вызвано ваше негодование?

Все потупились, Есения сделала вид, что поправляет тунику и не расслышала вопроса, и надежда у нас была только на Ольгу, чьими родственными связями мы теперь готовы были пользоваться без зазрения совести. Княжна, да форму шить?! Никогд…

— Ну ладно, — спокойно сказала Ольга. — Может идея не такая и плохая.

Еся поперхнулась, ее кокошник съехал на лоб и чуть не упал.

— Уже лучше, — кивнула нам преподавательница и зашагала на выход. — На сегодня все, Людмила Ивановна ждет в мастерской, соберете комплекты для работы, и завтра к восьми часам, как штык на парковке.

— Зачем?.. — шепнула Вецка.

— Поедете с “Лучами” в академию, у них товарищеский матч. Вы должны знать, с чем имеете дело, или собрались работать вслепую?

Есения молча кивнула в уже закрывающуюся дверь, и все мы уставились на Ольгу:

— Белены объелась?! Неужели у сборной народного института спонсора нет? Может городские власти поддержат? Пошьют где-нибудь, мало у нас ателье, которые с обережным работают? — умоляюще скулила я.

Ольга пожала плечами и присела на парту:

— А что такого? — уставилась она на нас. — Это наша команда, другие курсы поддержали, почему мы должны отказываться? Белогор и попросил вполне себе искренне.

— Ах вот оно что, — усмехнулась Есения. — Белогор.

— Ой, прекращай! Ничего подобного, — отмахнулась она. — Анастасия Станиславовна же сказала, в зачет пойдет, в следующем году мороки меньше будет. У меня уже весь дом рушниками завален, скоро придется сарай для приданного оборудовать, да и куда приятнее вышивать не в короб, а для дела!

— Ну ладно, — кивнула староста княжне и строго посмотрела на остальных. — Ольга еще не знает, что это на самом деле такое “шить не в короб”, будем считать посвящением.

— А что? — встрепенулась княжна. — Сложно?..

Я постучала себя по лбу и натянула улыбку:

— Не-а. Легче-легкого.

Рано или поздно это должно было произойти, вот и проверим заодно, насколько наша вера в собственное ремесло окрепла. Закалка, о какой и мечтать не приходилось, может княжна наконец-то отстанет от нас со своими навязчивыми бизнес идеями модного бутика.

Глава 3

Я забежала на парковку, когда наш красно-белый автобус уже катился к выезду, натянула капюшон и нырнула внутрь, проклиная тот день, когда впервые взяла в руки иглу.

— Милослава! Тебя г-г-г… Мать честная…

Я не сдержала визг облегчения и быстро плюхнулась на свободное место рядом с Ольгой. Хвала Богам, наших посадили на передние сидения, и мне не придется позориться, устраивая дефиле через весь автобус!

Есения дернула меня за сарафан через проход и хлопнула по коленке:

— Мила, спокойно. С этим ничего не поделаешь.

Ольга заерзала:

— Едрить этот мадрить, ты б хоть позвонила, я бы прихватила чего!

Я скинула куртку и взвыла. Глаза заплывали, забег выдался марафонский, и единственное, чего мне сейчас хотелось, это чтобы одногруппницы ослепли хотя бы минут на пять.

А как прекрасно все начиналось! Вчерашний вечер прошел в нашем доме в благостной тишине, мне даже приснилось, что “Лучи” берут первые места во всех видах соревнований от шахмат, до плавания. Вера в лучшее окрепла, радости от авантюры, в которую нас ввязали, прибавилось, но все это вдребезги разбилось о полки в шкафу, которые по утру я обнаружила абсолютно пустыми.

— Я на такой случай в бассейне запасную одежду держу, тут на Волжской, они с шести работают, — сочувственно говорила Вецена.

— О, я тоже! Там за годовой абонемент персональный шкафчик дают.

— Отличная идея… Возьму н-на заметку, — сбивчиво цедила я.

Не было и единого сомнения, что все сокурсницы прошли через подобное уже ни раз и ни два в своей жизни, и сейчас отлично понимают мое гневное отчаяние. У меня на подобные случаи тоже когда-то был собран “тревожный чемоданчик”, только летом мы с матерью вроде бы как договорились, что одежду я буду выбирать себе сама, и мы его разобрали! А теперь я сижу в льняной рубахе, валенках, увитых зелеными лентами, и сиреневом сарафане в цветок, где на языке шитья крупно светится надпись: ХОЧУ ЗАМУЖ!

— И куда на этот раз? — спросила Ольга, когда я наконец-то отдышалась.

Девчонки повставали с сидений и облепили меня со всех сторон, нагло игнорируя причитания водителя о безопасности движения.

— Не поверите!

— Ну?!

— К соседке!

— От жесть…

— Это еще что, мою одежду вообще сожгли перед поступлением, — вздохнула Есения.

— Ты зачем матери рассказала, курица? Мои об этом узнают только после защиты диплома!

— Да откуда я знала!? Шутите! Она даже виду не подала, что ее это заботит. Только кивала и улыбалась! Я уж решила, что наконец-то можно жить спокойно…

Девчонки захмыкали:

— Усыпила твою бдительность. Идеальный план.

— Гениально, точно.

— Твоя мама же сваха, да, Мила?

— Н-да…

— Ну что сказать. Профи!

Утром пришлось убить целый час на тщетные поиски нормальной одежды, а потом нестись по снегу, как резвый олень, и даже удивительно, как бабушкин раритет на мне выдержал и не пошел по швам.

Сначала была идея просто обрезать его до туники, ведь мои шерстяные колготки смахивали на вполне себе сносные штаны, но даже в гневном припадке рука не поднялась. Прабабушка молилась, вышивала, и все это, бесспорно, от большой любви, такое попробуй срежь, сам себя проклянешь.

И как я только подумать могла, что мама меня в джинсах из дому выпустит! Такое событие: сборная института в тесном сотрудничестве, еще и визит в академию, где сотни завидных женихов.

На этот раз Третьяк обещался меня поддержать, потому что даже на его консервативный взгляд мамкиного-симпотяги наша сваха перегибает палку. Можно было хоть сапоги оставить!

Наверное, благодаря и моим рассказам в том числе, мама наконец-то поняла, что нынче молодым людям все эти сарафаны и румяные щеки не очень-то сдались, вот и перестраховывается, чтоб никакой Джексон на меня и глаз положить не вздумал. Совсем в меня не верит!

— А, Ольга! — вспомнила я. — Здебор!

— Чего?..

— Здебор, зовут его так! Женишка. Представляешь, до этого как воды в рот набрала, а вечером вчера выложила, как на духу. Мол юношу этого Здебор звать, он добр, умен, хорош собой, и вообще мечта.

Еська свесилась в проход:

— К тебе сваты приходили?

— Сваха, одна пришла, пару дней назад. Мне поучаствовать не дали.

— И что за Здебор?.. — задумчиво мычала княжна. — Чет я таких не помню.

— Не ты одна. Не было у нас такого в школе, мы вчера с Благой часа три вспоминали.

— Ну имя неплохое, — сказала Еся. — Приветливый, гибкий, к сильной любви предрасположен.

Все уставились на старосту:

— Да ты шутишь. Кто ж в наше время жениха выбирать по имени будет?

— Мама моя! И твоя, кстати, тоже. А еще ее мама, и ее, — водила ладошкой Есения, намекая на всех собравшихся. — Ладно тебе, с этим надо просто смириться. Нет, я не имею в виду замуж по указке, но лучше не спорить, уж поверь.

— Вот, кстати, да, — вступилась Кола. — К нам когда приходят, я тоже только улыбаюсь и молча киваю. Пусть думают, что я в этом очень заинтересована, мол приглядываюсь, замуж невтерпеж, тогда меньше лезть будут.

— Точно-точно! Схема рабочая, только стоит показать, что ты замуж не хочешь, все, пиши пропало, — сказала Вецка. — Меня мать полгода назад уже сама сватать собиралась, повезло вовремя себе любовь выдумать, теперь молчат в тряпочку все. Уж двадцать первый век на дворе, насильно отдать закон не позволит, но чтобы лишний раз приключений на жопу не искать, лучше просто не перечить.