Подземелье Мерцающего Света (СИ) - Семенов Павел - Страница 20

Раздается тихий шепот Буги.

— Может, поможем?

— Нет, — таким же тихим шепотом протягиваю я, наблюдая за представлением. — Зачем мешать родственным объятиям всяких крабов?

На меня, почему-то, все смотрят с укоризной. Прямо-таки с сильной.

— Да, чего ему будет? — спрашиваю этих всех.

Укоризна и осуждение в глазах товарищей не пропадает.

Хрен с вами. Впрягусь.

Выхожу вперед, приготавливаясь к схватке с сильным противником со словами.

— Ей, Тузик! Хватит терзать грелку! Я сам тебя…

Договорить не успеваю.

— Ццкрр!

Темное хитиновое тело влетает в меня, опрокидывая на спину. С силой вдавливает в камни спиной. Это я вовремя выставил каменную бутыль перед собой. Жвала твари обхватили ее вместо моей головы. А вот конечности-ковши вбиваются в мои плечи. Это сопровождается сильной болью. Похоже, какая-то кость в моем теле сломалась. Или несколько.

Морозная сфера, что я приготовил перед боем и которая сорвалась в момент столкновения с существом, вообще никакого эффекта на него не возымела. А я то рассчитывал обморозить конечности скружу, а потом добить обездвиженное тело.

Жвала твари, все еще держась за каменную бутыль и пытаясь ее раздавить, чуть отстраняются. Моему вниманию предоставляется кривой формы пасть из которой торчит пасть поменьше. Но с острыми зубами и клыками.

Мне это напоминает жуткого монстра из одного фильма.

Внутренняя пасть, зашипев, устремляется ко мне.

Так как тело прижато к камню, остается дергать головой. Успеваю. Челюсти щелкают по камню слева от меня. И небольшая пасть снова убирается в глотку большой. Вновь раскрывается шипя.

Кричу в зубастый зев, кое-как сгибая руку и пуская в него молнию. Придавленный к каменному полу моей головой Ктулху, добавляет свой заряд.

— Чтоб матка Чужого отложила в тебе свои яйца, сука!

Молния, в отличие от мороза, на скружа действует. Заставляет дернуться и на миг замереть. В этот момент мне приходит на помощь Буги.

Он на скорости, взяв тварь на таран, сбивает ее с меня своим щитом. Вбивает ее в каменную стену. Мощный удар. Человека бы расплющило. Наверное. Но членистоногая зверюга еще живая и пытается оттолкнуть от себя здоровяка и его щит. Судя по тому, что у нее это получается, можно судить о ее силе.

И это при показателях в этом параметре у самого Буги! Охренеть!

Дальше в дело вступают снаряды хоббитов. Но они просто отлетают от бронированной уши не нанося вреда. Леха после нескольких безуспешных ударов успевает воткнуть копьем в раскрывшуюся для крика пасть. Но теперь еле удерживает древко. И имеется шанс, что вот-вот оно сломается под жвалами и лапами ковшами скружа.

Терпя боль в плечах, поднимаюсь и прицеливаюсь. Вместе с краказю начинаем методично долбить зарядами по бронированной твари. Через хитин молнии действуют на нее слабее. Но заставляют на миг дернуться, перестать сопротивляться. Что позволяет Буги удерживать скружа щитом.

Закко даже не пытается подобраться к существу со своими короткими клинками. Понимает, что ему не пробить толстый слой хитина. А ударить в голову мешает Леха, что пытается вырвать свое копье из пасть твари и одновременно делает вращательные движения по увеличению раны и внутренних повреждений.

Противостояние заканчивает Лиси. Она расползается по телу монстра, ища прорехи. Через некоторое время полностью всасывается и пропадает. А после скруж затихает и обмякает.

Фух!

— Жррра-а-ать! — неожиданно раздается голос Кеши.

Очнулся, засранец!

Он тут же устремляется к тем округлым камням, что подсвечиваются мхом.

Первый же из них разбивается под клювом моего питомца, обдавая того буро-желтой слизью.

Глава 15(1). Жадность хомяка сгубила

Следом за Кешей к камням, которые оказались яйцами скружей, прыгает с моих плечей Ктулху. Через несколько мгновений оба моих питомца оказываются перемазанными содержимым этих яиц. И по излучаемым ими эмоциям становится понятно, что они очень довольны.

— Вообще-то, — глядя на эту картину, вздыхаю я, — я рассчитывал из вас прокачать сильнейших кровожадных монстров, что будут наводить страх на противников любого уровня. И никак не представлял, что увижу радостно хрюкающих свинок неясной природы.

Питомцы на мою тираду не реагируют, продолжая уплетать и слизывать растекшуюся вокруг и по их телам буро-желтую слизь.

— Что с этих эгоистов взять? — проговаривает Писс-Дум. — Нет бы нам оставили попробовать.

— Все в своего хозяина, — добавляет Гон-Донн. — Тот тоже глазом Хранителя не поделился.

И на меня косится.

— Ну, это вообще наговор и клевета, — возмущаюсь я. — Я вам целый второй глаз оставил. Причем, для большей сохранности, в голове самого Хранителя. Вам остается только его забрать. Разрешаю.

В ответ раздается невнятное бурчание, на которое уже не обращаю внимания. Присоединяюсь к Лехе, Буги и Закко, что исследуют тройку крупных коконов. Два — размером с дохлого скружа, третий побольше.

Все три покрыты бледно-желтой корочкой, напоминающей структуру пересохших комков некогда мокрой туалетной бумаги. Только волокна этой структуры более прочные и могут немного растягиваться.

К осмотру присоединяется Лиси, подойдя к нам в теле монстра. Она выпускает свои нити, и те проникают под оболочку коконов. Вернее, куколок. Так обзывает их Система.

Куколка преобразования скружа.

Как следует осмотрев и исследовав их, приходим к выводу, что под оболочкой действительно тела скружей. Но в их строении начались изменения. И если у двух куколок поменьше они незначительные, видимо, только начался процесс преобразования, то у крупной, изменения обширней.

Совершенство считает, что существа проходят стадию эволюции. Через некий временной период из куколок вылупятся более сильные твари, чем скруж, с которым мы столкнулись. А это значит…

— Мочи их! — заявляет Буги, выхватывая из пространственного кармана большой топор, и опускает оружие на первую куколку.

Мы не остаемся в стороне и в спешке, лупим остальные коконы всем, чем попало. Хорошей новостью становится то, что за превращение каждой куколки в отбивную опыта отсыпают больше, чем за живого скружа.

— А давайте немного отвлечемся от основной миссии? — тут же предлагает Закко. — Может, походим, поищем лежки таких вот куколок? Опыта набьем. Почти халявного.

— Мне нравится твоя идея, — хлопаю парня по плечу. — Но, думаю, нам не придется специально шариться по проходам. Скорее всего по пути такие кладки с яйцами и куколками сами будут часто встречаться. К частью для Кеши и для нашей печали.

— А почему к счастью твоего питомца, а нашей печали? — не понимает моих слов Гон-Донн.

За меня отвечает догадливый Леха.

— Потому что, скорее всего, такие места будут охраняться скружами. И есть вероятность, что там окажутся вылупившиеся из куколок улучшенные версии монстра.

— Значит, нужно обходить пещеры с большим скоплением мобов, и зачищать только кладки с одним охранником, — поступает новое предложение от полудроу. — Тут куча проходов, ответвлений, думаю, можно будет реализовать этот план.

На том и решаем. И, как говорится, инициатива покушается на невинность инициатора. Закко пускаем первым. Его задача красться впереди на отдалении. Разведывать путь. Ждать нас на разветвлении, потом, снова удаляться на разведку. Предупреждать об опасностях, или сообщать, когда стоит развернуться к прошлой развилке и выбрать иное направление.

Закко, как потомок дроу, имеет предрасположенность, как к скрытности и слиянию с тенями, так и усиленному ощущению пространства в подземельях и пещерах. Даже слух у него, по идее, острее. И все это сейчас подтверждается на практике.

Да, продвигаемся мы теперь намного медленней. Пару раз убиваем одиночных мобов и разбиваем куколки. Но, главное, не выскакиваем случайно в пещеры, где может ждать стразу пяток скружей, а с ними в придачу один скруж-воин двадцать второго уровня.