Кредо викканки. Месть и пламя - Вульф Мара - Страница 4

– Да. Оно все еще там. – Нексор, казалось, считывал по моему лицу каждую мысль. – Ты так сильно меня любила, что не смогла смириться с мыслью о том, что мое тело будет разлагаться. Поэтому позаботилась о том, чтобы оно сохранилось. Уверен, ты надеялась, что моя душа со временем станет мудрее. Надеялась, что я найду тебя, и вот я здесь.

Неужели я действительно рассчитывала на такое безумие? Если да, то единственным оправданием могли служить лишь болезнь и, вероятно, отчаяние.

– Душа обычно проходит цикл из множества разных жизней. Она учится и развивается, – ответила я. – Но ты все еще остаешься собой. По-прежнему заботишься только о собственных интересах.

– Я прожил бесчисленное количество жизней, и моя душа очистилась. Ты сама все поймешь, если дашь мне шанс доказать тебе это.

У меня внутри разлилось тепло и иррациональное чувство надежды, которое когда-то цеплялось за ту же самую мысль. Он действительно продолжал видеть во мне женщину, которую так сильно любил, и какая-то часть моей души помнила это глубокое чувство.

– Как только я найду и открою источник, ты вернешь Николаю его тело, – потребовала я. – Позволишь Эстере и Дариану уйти вместе с ним, Алексеем, Лупой и Селией. Они – их семья. – На этот раз я шагнула ближе к нему. – Я требую от тебя гарантий, что ты не причинишь вреда ни им, ни моей дочери.

– Я не сделаю ничего, что ранит тебя. Никогда больше не сделаю. – Выражение его лица было открытым и честным. – Можешь просить у меня что угодно. – Он понизил голос, в котором безошибочно послышалось облегчение, когда я позволила ему взять меня за руку. – Теперь все будет хорошо.

В душе возникло какое-то тянущее чувство, и всплыло еще одно воспоминание.

Нексор обнял меня и закружил. Он выглядел намного моложе, чем в момент своей смерти. Я засмеялась и обвила руками его шею. На голове у меня красовался венок из маргариток, и мы стояли на лугу. На заднем плане я увидела горы и Карайман. Замок был не таким огромным, как сейчас, и его стены сияли кремово-белым цветом. Затем Нексор опустил меня на землю. Поцеловал меня в лоб и опустился передо мной на колено. Я слегка покачнулась, но мужчина крепко держал меня за руки.

– Эстера, – торжественно произнес он. – Ты знаешь, как сильно я тебя люблю.

Я улыбнулась ему.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала я. – Больше жизни.

Грудь пронзил укол боли, но я удержалась на ногах. Нельзя допустить, чтобы он об этом узнал. Я не хотела, чтобы он беспокоился обо мне лишний раз. С ним мне хотелось быть беззаботной. Титул королевы и так тяжелым грузом давил на мои плечи.

– Окажешь ли ты мне честь, взяв меня в мужья? Позволишь ли разделить с тобой бремя правления? Я не из благородной семьи, и я колдун, – поспешно добавил Нексор, словно в попытке предупредить мои возражения, – но я обещаю тебе, что буду достоин твоей любви, буду поддерживать тебя и оберегать до последнего вздоха. Ты больше никогда не будешь одинока.

Его лунные глаза сияли.

Воспоминание казалось таким реальным, и даже спустя тысячу лет я почувствовала безграничное счастье, которое затопило меня, когда я кивнула.

– Ты мой лучший друг, мой возлюбленный, моя вторая половина, – произнесла я. – Путь, который мне предопределен, не будет легким. – Нексор нахмурился. – Но я не хочу проходить его ни с кем другим. Что бы ни случилось, какую бы судьбу ни уготовила нам Великая Богиня, я хочу, чтобы ты шел рядом со мной.

Я опустилась перед ним на колени. Теперь в его глазах полыхало серебряное пламя. Он смахнул слезу с моей щеки, а затем поцеловал. Сначала нежно, а потом все более и более страстно. Мое сердце быстро и гулко билось в груди, когда он уложил меня на траву и прошептал прямо мне в губы:

– Я люблю тебя. На веки вечные.

Меня охватила дрожь, и воспоминание исчезло.

Нексор понимающе улыбнулся, глядя на меня сверху вниз, словно видел то же, что и я.

Неужели теперь в памяти всплывут воспоминания обо всех моих жизнях? О жизнях, в которых он снова и снова пытался меня вернуть? Существовала веская причина, по которой душам нельзя вспоминать о прошлом, и я не знала, как смогу это выдержать. Мой взгляд метнулся к Кайле, которая незаметно кивнула, а затем переместился на Магнуса, чье лицо выражало стойкость и решимость. Элени прикусила нижнюю губу. Ярон стоял рядом с ней со склоненной головой. Ему мне помочь не удалось. Еще один человек, которого я потеряла. Брианна торжествующе ухмыльнулась.

– Один источник, – сказала я. – Я найду один источник. Мы откроем его и извлечем столько магии, сколько он будет готов отдать. Затем снова его запечатаем.

На лице Нексора отразилось такое облегчение, что это почти вызвало у меня улыбку. Он был черным магом и колдуном, которого все боялись, но сейчас выглядел как человек, у которого только что исполнилось самое заветное желание.

– Что ж, я рада, что мы пришли к соглашению, – вмешалась Селеста. – Деталями займемся в ближайшие несколько дней. А пока… у меня есть условие. – Ее белые глазные яблоки оживленно вращались в глазницах. – Пока Нексор не получит обратно свое тело, никто не узнает об этом соглашении. Если кто-то нарушит приказ, то кто-то другой из вашей славной компании поплатится за это жизнью. Я хочу избежать любых беспорядков. И ты не вернешься к повстанцам, – обратилась она непосредственно к Лупе.

– Как будто я оставлю свою сестру и племянницу одних в твоих грязных лапах. Не волнуйся, я остаюсь.

– Не провоцируй меня, девочка, – прорычала королева. – Твоя жизнь висит на волоске.

И она перережет его, если я не сделаю так, как она просит.

– А ты, – повернулась ведьма к Алексею, – будешь верно и покорно поддерживать своего брата. Пока мы с тобой, – она повернулась к Магнусу, – продолжим вести переговоры во благо виккан. Никто в Ардяле не должен подумать, что мне безразлична судьба других народов.

Магнус мрачно уставился на королеву, однако кивнул. Она без церемоний в одно мгновение сделала нас всех заложниками.

– После открытия источник будет находиться под защитой палатина, верховной жрицы и королевы. Как того требует закон.

Мне придется на этом настаивать, потому что я ни от кого не потребую лишить себя жизни ради защиты источника и не стану никого убивать из-за него. Я не питала иллюзий относительно того, что мы сможем снова спрятать его на следующую тысячу лет.

– Конечно. – Селеста усмехнулась. – Как удачно, что Николай – палатин. Мы будем вместе присматривать за источником, а когда виккане выберут нового верховного жреца или жрицу, мы, конечно же, включим их в свои ряды. Я уже сделала предложение насчет того, кто подойдет для этой должности.

Меня качнуло в сторону, как только я догадалась о смысле, скрывавшемся за этими словами. Она хотела заполучить Николая, сделать его своим рабом. Хватит ли сил у его души и тела защититься от нее, когда Нексор закончит с ним? Насколько же мрачное будущее ожидало нас, если ее планы воплотятся в жизнь.

Королева не стала дожидаться моего ответа и перевела взгляд на Дариана.

– А теперь поговорим о тебе, мой мальчик. Это дом Эстеры. Тебя терпят, потому что ты доказал, что способен ее защитить. Продолжай быть таким же преданным ей – и сможешь остаться. В противном случае от тебя не будет никакой пользы. Эстера должна быть готова к задаче, в которой ей нельзя проявлять ни малейшей слабости. Прежде всего она не должна ни на кого полагаться. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Недвусмысленная угроза в его адрес и в то же время в адрес Эстеры, чтобы она не слишком его защищала. Я хотела положить руку на худенькое плечо мальчика, но Эстера нахмурилась и плотнее натянула вокруг него щит. Пока она не подпустит меня добровольно, я не стану ее принуждать. Битва за доверие собственного ребенка будет самой тяжелой из всех, что я когда-либо вела. Дариан не глупец и все понимал. Вежливо, но отнюдь не покорно он склонил голову и ничего не сказал в ответ. Какие же они оба храбрые. И, должно быть, им уже довелось пережить ужасные вещи, раз их так мало волновала угроза королевы.