Конвой для ведьмы (СИ) - Хабарова Леока - Страница 38

Отец Айли плотно сжал тонкие губы. Раздул ноздри, но всё ж таки сдался.

— Ладно, — сказал он. — Но только на час, не больше: гости заждались.

И, склонившись к Кайдену, грозно прошипел в самое ухо:

— И чтобы без глупостей, парень. Мои ребята с тебя глаз не спустят, можешь не сомневаться. Я усилил охрану и патрули, так что шансов на побег никаких. Уяснил?

Кай не стал утруждаться с ответом и, переборов головокружение и слабость, позволил Вейлинну себя увести.

Сказитель — сухощавый носатый человечек неопределённого возраста в рыжекудром парике — обладал удивительным даром. Голос его — глубокий и звучный — завораживал, гремел раскатами грома, падал до еле различимого шёпота, звенел и стелился шёлком, рисуя перед слушателями небывалые картины дальних странствий, тайн и рискованных приключений. Рядом со сказителем на помосте стояла тощая девчушка лет тринадцати. В её арсенале имелась флейта, небольшая арфа, колокольчики и трещотка. По сигналу мастера худышка вооружалась определённым инструментом и создавала нужный фон.

Что и говорить, выступления столичной парочки вызывали фурор у благодарной публики, но Кайден, погружённый в невесёлые раздумья, слушал краем уха. Вейлинн же сидел, подавшись вперёд и приоткрыв рот, как все остальные.

Давным-давно…

Так начинались почти все истории. Сначала знаменитый сказитель поведал о юноше, которого похитили феи. Он вырос в мире Туманов и стал великим воином, однако без памяти влюбился в дочь заклятого врага и погиб, пытаясь спасти любимую.

Следующая сказка оказалась не такой трагичной. Многие, кто несколько минут назад оплакивал судьбу несчастного воина, теперь хохотали, потешаясь над похождениями оборотня-неудачника. Бедолага как-то провёл ночь с красавицей, а наутро обнаружил, что она — страшная старая ведьма, и дал дёру. Ведьма, разумеется, не оставила стервеца безнаказанным: оборотень утратил способность становиться могучим волком, и превращался то в ежа, то в куницу, то в выхухоль или полевую мышь. Один раз обернулся гусём и чуть не угодил на рождественский стол…

После сказитель порадовал зрителей-мальчишек. О подвигах ловкого мореплавателя, успевшего за время своих похождений сразить морское чудовище, одолеть пиратов, соблазнить русалку и украсть несметные сокровища, пацаны слушали, затаив дыхание. Чего уж там, даже Кай вырвался ненадолго из паутины мрачных мыслей. А уловив начало новой истории, замер, не в силах шевельнуться…

ГЛАВА 49. Сказка — ложь?

— Давным-давно, на заре мрачных времён, когда рыцари носили кованые латы, на площадях пылали костры, а по городам бродила Чёрная Смерть, жил в своём замке молодой князь. Душа его была чернее ночи, и столько он сотворил злодеяний, что даже пресвитеры отказывались причащать его. Прочили грешнику, что после смерти его ждут вечные муки в самой глубокой яме преисподней, где за каждое преступление воздастся ему стократно…

Девчушка тревожно затрещала трещоткой. Зрители заметно напряглись, а сказитель, выдержав паузу, продолжил:

— Шли годы. Князь становился старше, и вместе с возрастом к нему пришёл страх. Страх смерти и бесконечных страданий. Он начал искать способ обрести бессмертие, и повстречал чернокнижника, который поведал ему великую тайну. Тайну о том, что можно забрать непрожитые годы собственного ребёнка и продлить себе жизнь.

Кто-то из слушательниц ахнул.

— Но вот беда, никто из женщин не мог зачать от князя, и великий грешник снова пошёл на поклон к колдуну. "Найди девицу, — сказал ему чародей, — что появилась на свет в день, когда разгневанные сидхи похитили солнце с небес. Только такая сможет подарить тебе наследника".

— Он говорит о солнечном затмении, — шепнул Вейлинн, и Кай кивнул.

— Долго искал князь подходящую супругу и, наконец, нашёл. У бедной сиротки не имелось ни отца, ни матери, ни имени, ни земель, ни приданого. Родственники рады были избавиться от такой обузы, и в день своей пятнадцатой весны несчастная пошла под венец с чудовищем в обличье человека. Жених не стал дожидаться завершения свадебных гуляний и овладел юной супружницей прямо посреди пира…

"Мой муж был плохим человеком… Он получил меня пятнадцатилетней девственницей и жестоко изнасиловал на глазах пьяных гостей…"…

Кайден сжал кулаки и сглотнул. Совпадение?

— Несчастная не могла понести от гнилого семени, и князь жестоко наказывал её за это. Бил, истязал, морил голодом. Наконец, Господь смилостивился над юной сиротой — она забеременела, но на свою беду родила девочку.

"Очаровательная маленькая крошка…" — вспомнил Кай, чувствуя, как по спине струится холодный липкий пот. Что происходит? Вейлинн обманула его и выдала старинную сказку за собственную судьбу? Или…

— Князь забрал девочку и повелел отнести младенца в тёмный лес на потеху диким зверям и злым духам. От горя его молодая супруга повредилась в уме. Она пыталась сбежать снова, и снова, и снова. И тогда князь запер несчастную в самой высокой башне и навещал лишь для того, чтобы наполнить её лоно своим семенем. Так продолжалось шесть долгих лет, но княгиня так и не сумела родить здорового ребёнка. В гневе князь повелел замуровать неугодную жену…

— Что же случилось потом? — Кай вздрогнул. Кто-то из собравшихся очень точно озвучил его собственную мысль.

— Пока каменщики закладывали вход, девушка вылезла в окно. Она была беременна очередным ребёнком. Злодей этого не знал. Как не знал и того, что именно это дитя могло сделать его бессмертным. Доведённая до отчаяния молодая княгиня крикнула тёмному небу, что готова на всё, лишь бы отомстить чудовищу, и шагнула вниз, на скалы. Но сила её ненависти оказалась столь велика, что разбудила самого могущественного демона Преисподней — Белиала, повелителя грехов.

Слушатели, как по команде, осенили себя крестом. А кто-то даже трижды плюнул через левое плечо.

— Страшную цену заплатила княгиня демону — отдала свою безгрешную душу и нерождённое дитя, а взамен получила колдовскую силу. Она восстала из мёртвых и тёмной безлунной ночью вернулась к благоверному. Всякий, кто пытался остановить её, сгнивал заживо от одного лишь взгляда.

— Что же случилось с князем? — нетерпеливо выпалил Вейлинн, и сидевшие рядом гости сердито зашикали на него.

— Своему мужу княгиня подарила то, о чём он грезил — бессмертие. Но мечта обернулась проклятьем: ведьма поместила в его чрево гомункула, который терзал князя изнутри, как терзает молодуху дитя в родовых схватках, а потом обрушила замок, заперев супруга в катакомбах на веки вечные. Так и бродит он там до сих пор. Бродит и воет от страшной непереносимой боли!

Зрители заохали, заахали, захлопали в ладоши — жутковатая история явно пришлась гостям по душе, но…

Кай так и не узнал главного.

— А как же княгиня? — вопросил он, перекрывая восторженные возгласы.

— Она стала ведьмой, — мрачно отозвался сказитель. — И обречена вечно служить демону, которому продала душу.

Она. Стала. Ведьмой…

— Постойте! — Кай в два прыжка оказался на помосте и ухватил сказителя за худые плечи. — Откуда вы знаете эту историю?

— Это моя профессиональная тайна, — заявил артист и поджал губы.

Кайден, игнорируя поднявшийся шум, как следует тряханул артиста.

— Кто тебе поведал эту сказку? — прорычал Кай. — Отвечай, или, клянусь, я сверну твою тощую шею!

Гул нарастал, и к ним уже летели стражи, но Кай продолжал стискивать жертву в стальных объятиях.

— Отвечай же, гадина столичная!

— Я купил её у старухи на ярмарке за три медяка! — пропищал сказитель как раз в тот момент, когда на Кайдена накинулись сзади.

Кай вырвался и снова сгрёб артиста за шиворот.

— Что за ярмарка?

— Не знаю! Не помню! А-а-ай!

Кай сомкнул железные пальцы на горле ни в чём не повинного бедолаги.

— Стойте! Стойте! — девчушка, выступавшая вместе со сказителем, подлетела и повисла у Кайдена на локте. — Пустите отца! Он и вправду не помнит! То было давно, прошлой весной, в деревеньке близ Эльса!