Оберег воплощения (СИ) - Григорова Юлия - Страница 14

— Артур? Я тебя не ждал, — недовольно буркнул хозяин кабинета. Он нервно постукивал пальцами по столешнице.

Совсем забыв о его присутствии, я поспешила отвести взгляд от наглеца у стены и присела в полагавшемся реверансе.

— Я прошу прощения, но любой вопрос в отношении моей дочери решается только в моём присутствии, — спокойным тоном заметил отец и встал справа. Мне пришлось немного сдвинуться вбок: Из-за такого расположения наглец из столовой оказался в каких-то трёх шагах. Когда я это осознала, то направила всё самообладание на то, чтобы смотреть на одного лорда Феринели, подавляя стремление проследить, не приближается ли незнакомец своей бесшумной походкой.

— Твоей дочери? — хозяин кабинета перестал барабанить пальцами. Он нахмурил брови, а его лоб покрылся глубокими и длинными морщинами. Они заметно состарили его ещё лет на десять. Лорду Феринели было далеко за шестьдесят. Его лысеющая макушка потела от летней жары. А лицо, покрытое осунувшейся и посеревшей от старости кожей, напоминало сморщенный картофель. — Мне не доложили, что вопрос о ней, — искренне удивился он и перевёл взгляд на ближайшего гостя.

Мужчина с короткими чёрными волосами и пронзительными серыми глазами из всех присутствующих в кабинете людей выбрал целью своего внимания меня. На его миловидном лице промелькнула тень надежды на ответ, но я с наиграно скучающим видом стала рассматривать корешки книг в тех шкафах, что стояли со стороны отца. Ещё чего. Не буду помогать им плести заговоры против меня.

Губы незнакомца дрогнули, но в улыбке так и не растянулись. Казалось, он понял намёк. Краем глаза я уловила и то, с каким презрением меня рассматривала девушка возле него. Скрестив руки на груди, она вернулась в кресло, положив ногу на ногу.

— Думаю, в ином случае меня бы здесь не было, — нарушил тишину отец и развёл руки в стороны. — Так в чём дело?

— Тогда позвольте вам представить: мой первый помощник, лорд Артур Арроганс. Если сюда была приглашена нужная вам девушка, то это его дочь, леди… — хозяин кабинета запнулся, пытаясь вспомнить моё имя. — Помогай, Артур, я не помню, — сдался он почти сразу.

— Сперва я бы хотел узнать причину аудиенции и почему моя дочь была приглашена сюда одна, — папа продолжал настаивать на своём. Он внимательно изучал тех людей, что сейчас располагались перед ним.

— Рад знакомству, лорд Арроганс. Меня зовут Трей Вайзенкайнд, и если вы хоть немного знакомы с…

— Ищейка церкви? — сразу спросил отец. Его брови заметно дёрнулись, но он сразу взял себя в руки и не продемонстрировал удивления. Как он понял, кто перед ним по одному имени? — Из Гричера?

— Из Митла, — подала голос девушка в кресле, не обернувшись на нас.

— Далековато вас занесло. Так в чём ваш вопрос?

Я выглядела здесь лишней. Диалог между отцом и этими людьми почти ни о чём мне не говорил. Про то, кто такие ищейки, я знала очень мало, а названия городов видела только на карте и никогда не была ни в одном из них. Да я вообще нигде не была, кроме родной усадьбы и Гебирда. Хотелось дёрнуть отца за рукав и попросить позволения уйти.

— Вообще, мы приехали по вопросу доноса на одну из придворных дам, но в отношении той леди всё оказалось до банального очевидно и просто, — спокойно заговорил мужчина, представившийся Треем. Он стоял вполоборота так, чтобы спина оказалась обращена к книжному шкафу, а в случае необходимости он мог бы посмотреть на любого человека в комнате.

— Могли не ехать, — недовольно буркнул приглушённый голос из-за моей спины.

Как я не подпрыгнула на месте, осталось для меня загадкой. Зато встрепенулся отец. Обернувшись, он нахмурился и окинул наглеца обычным суровым взглядом.

— Если бы мы не приехали, то никогда бы не встретили вашу дочь, лорд Арроганс, а знакомство с ней для нас настоящая удача, — голос Трея не дрогнул. Он продолжал говорить с той же уверенностью и лёгкостью.

Мне ни капли не понравились услышанные слова.

— Насколько я понял, вы с ней не знакомы, — оборвал отец, выставив руку ладонью в сторону Трея и призывая к молчанию. — Моя дочь не имеет к церкви никакого отношения, — каждое слово папа произносил настолько аккуратно, словно опасался, что его казнят, скажи он что-то не то.

— Артур, я бы на твоём месте выслушал их, — буркнул лорд Феринели.

— Да, Артур, я бы тоже прислушался к нам. Насколько мне известно, власть церкви и ищеек не ограничена одним Митлом и распространяется на все города или я что-то упустил? — снова заговорил человек у нас за спиной.

Он захлопнул книгу и слишком громко вернул её на полку. В этот раз его шаги раздавались на весь кабинет до тех пор, пока мужчина не подошёл к пустому креслу и не опёрся локтем о спинку, поставив вторую руку на пояс.

Проследив за взглядом отца, я протянула руку, чтобы попытаться успокоить его, ведь он собирался ответить наглецу что-то резкое.

— Прошу простить моего брата, он весьма груб со всеми, — мило улыбнулся Трей. Он даже не посмотрел в сторону человека, о котором шла речь. — Но боюсь, что он прав. Я вынужден напомнить, что церковь не получает отказа на свои запросы. Сейчас вопрос стоит о том, что играет для нас первостепенную важность. Вариант, что мы отступим, даже не рассматривается.

— Выражайтесь прямо, — отчеканил отец и, помолчав секунду, добавил, — ищейка.

— Ваша дочь — воплощение божества, и мы вынуждены забрать её в Митл. — Эти слова Трея повисли в воздухе. Они продолжали звучать у меня в ушах, пытаясь донести смысл только что прозвучавшей фразы.

Вокруг воцарилась тишина. Хотелось нахмуриться и переспросить, но, судя по окаменевшему выражению на лице отца, он, в отличие от меня, прекрасно понял значение услышанного. Это был какой-то бред. Я же никто, что за ерунду нёс этот тип?

На фоне наглеца и молчаливой девушки, мужчина с чёрными волосами выглядел вполне вменяемым и не вызывал отторжения одним видом. До этого момента он даже вёл себя вполне приемлемо и учтиво, но сейчас явно ляпнул что-то не то.

— Воплощение божества? — первым ожил папа. Опустив руку, он прожигал взглядом Трея, а я заметила, как ладони отца заметно подрагивали. — Этого не может быть. Мы бы знали. Она не ребёнок, ей почти восемнадцать.

О воплощениях божества я знала ещё меньше, чем об ищейках церкви, и предпочла продолжать играть роль мебели с целью слиться с интерьером и не быть замеченной людьми в комнате. Вот только внимательные глаза наглеца неотрывно следили именно за мной, словно я могла сорваться с места и убежать отсюда.

— Близкие люди не всегда осознают, что на них оказывают влияние способности воплощения, — прямо пояснил Трей. — Боюсь, что мой брат испытал воздействие вашей дочери на себе, и у нас нет никаких сомнений в этом.

Вот теперь отец не выдержал и удивлённо посмотрел на меня. Его густые брови приподнялись, а глаза расширились. Отступив на шаг назад, я покачала головой.

— Я ничего не делала.

— Ну да, только заставила меня признать ошибку, которой не было, — фыркнул тип от кресла.

Казалось, что в этот момент все люди в комнате смотрели именно на меня, из-за чего весь воздух в её стенах кончился. Каждый вдох стал непозволительной роскошью, но я постаралась взять себя в руки и сжала ладони, прихватив часть платья.

Происходящее выглядело нереальным и всё сильнее наталкивало на мысль, что это могло быть неудачной шуткой или розыгрышем от Элизы и Эльзы Феринели. Потому сюда сразу и не позвали отца. Сейчас же пути назад не было, и вся троица незнакомцев играли свои роли, а хозяин кабинета подыгрывал им для достоверности.

— О какой ошибке речь? — продолжил задавать уточняющие вопросы папа.

Засунув руку в карман, наглец извлёк оберег. При виде всё той же веточки облепихи я облизнула пересохшие губы и посмотрела на мужчину уже со злостью, собираясь высказать ему всё, что хотела по этому поводу. Если он заикнётся о помолвке…

— Я нашёл оберег вашей дочери, принёс его ей. Она меня отвергла, хотя все мы… — он запнулся и сразу поправил себя, обведя Трея и девушку рукой, — Ну, мы… Знаем, что он и правда принадлежит ей, а значит, она наглая врунья. Я собирался настоять на своих правах, но она приказала признать ошибку, что я и сделал, хотя даже не думал об этом. Я, если что, на причитающееся мне уже не претендую. Ну, если только по обоюдному согласию…