Убить нельзя научить. Сборник из 3 книг - Сапфир Ясмина - Страница 34

– На понедельник! – гаркнул Вархар. – Завтра – выходной. Суббота как‑никак. Какие уж тут заседания? В субботу у нас традиционные танцевальные вечера.

Он хмыкнул на мой взгляд «Медузы Горгоны» и исчез из виду. Дверь кабинета с грохотом захлопнулась и слегка подребезжала от возмущения. От косяка отвалился кусок размером с грейпфрут и с глухим звуком упал на пол. И как Академия вообще простояла столько лет? При таких студентах, при таком проректоре и при таких‑то преподах?

Ах да, преподы!

Шеренга «каменных троллей» как по команде повернула головы в мою сторону. Наверное, такими взглядами и встречали каннибалы‑папуасы залетных европейцев в своих джунглях.

– Все как сказал проректор, – вздохнула я, сдаваясь на волю аргументов Вархара и с ужасом думая о завтрашнем танцевальном вечере.

Шеренга преподов даже не шевельнулась.

– Вре‑мя‑я! – сложив ладони рупором через весь холл «подсказал» Драгар. Не без труда подавила я желание провалиться в подпол и помыть там, увиливая от бродячего, вопреки законам физики, электричества. Закусила губу и заставила себя взглянуть в глаза страху. В глаза толпе «каменных троллей».

Леплеры традиционно похрюкивали, скандры и мрагулы по‑езенграсовски улыбались, истлы довольно скалились. Таллины застыли соляными столбами, а сальфы опасливо косились то на меня, то на соседей.

Выручила бесценная инструкция Вархара.

– Ага, – с притворной рассеянностью произнесла я. – Простите, размышляла, кого лишить премии. Задумалась. Да‑да, время то же!

Хрюканье стихло. Улыбки мгновенно стерлись с лиц преподов, а сами лица резко вытянулись и погрустнели.

– А‑а‑а? Ольга Искандеровна? Сегодня некоторые вам даже помогали.

Гримаса обиженного в лучших чувствах ребенка на лице орга‑Мастгара производила неизгладимое впечатление. Для пущего эффекта скандр ковырял носком кованого сапога пол. С жалостным скрипом крошились плиты, и каменный песок фонтанировал во все стороны. Да так удачно, что долетал даже до лиц ближайших преподов. Сальфы расчихались, но усиленно притворялись, что не поняли – в чем дело. Истлы терли глаза и демонстрировали клыки. Мрагулы и скандры отплевывались, конечно же, попадая в соседей. Леплеры взирали на смачные подарки на собственной одежде с таким удивлением, словно никак не ожидали такого поворота событий. И стреляли в «виновников торжества» горящими взглядами. Наверное, именно после таких взглядов Лиция регулярно лишалась зубов. Таллины озирались с таким видом, словно не понимали – как их вообще угораздило попасть в этот зверинец.

Мастгар обвел соседей взглядом, исполненным святой невинности и глубочайшего изумления. Сложил брови домиком, руки за спиной. Пожал плечами и продолжил ковырять лаз на нижний этаж.

– Всем работать! – я снова вспомнила рекомендации Вархара и крикнула так, что шеренга синхронно подпрыгнула. Сотрудники развернулись как солдаты на параде – одновременно и в одну сторону – и замаршировали на кафедру.

Но не успели они скрыться в дверях, как по лестнице с веселым гулом поднялся… бурный поток воды.

Да‑да, именно поток воды.

Казалось, река вознамерилась вернуть себе иссохшее русло.

Я ошарашенно попятилась. Преподы отворили кафедральные двери и дружными кивками предлагали метнуться туда.

Ну хоть какое‑то уважение к начальнику! И на том спасибо.

Я кинулась в спасительный дверной проем. Далек рысил справа, Драгар – слева.

– Ну почему на нашем этаже! – ныл Йолис.

– Я потерял вторую шлепку! – хныкал Граммидьер.

Впереди очень грязно и очень громко ругались Мастгар и Суггурд. Сзади тяжело и обреченно вздыхала Метанилла Алигандр – та самая преподша, что предупреждала меня про «мальчикóвый поток».

Не успели мы добежать до середины коридора, поток с грохотом распахнул двери и ворвался в коридор.

«Темза, сэр!» – вспомнился доклад дворецкого из знаменитого английского анекдота про выход реки из берегов.

И… меня подхватил ледяной водоворот. Закрутил, швыряя из стороны в сторону. Я выбросила руки, чтобы отталкиваться от стен. Холод мгновенно сковал тело, мешал активно двигаться. Рядом барахтался Далек, Драгара унесло подальше. Мастгар попытался протянуть мне руку помощи. Но в двери кафедры хлынула еще одна волна, и нас захлестнуло с головой. Я забилась под водой, отчаянно пытаясь задержать воздух и выплыть на поверхность.

Кто бы мог подумать, что на кафедре физики нужен акваланг!

В коридор прибывала волна за волной. Преподы барахтались и ругались на чем свет стоит.

Сальфы выли похлеще Лиции. Скандры и мрагулы соревновались в нецензурных выражениях. Леплеры булькали и бранились. Истлы то ли полоскали горло, то ли рычали, а таллины ворчали со страшным скрипом.

Я расслышала: «Чертовы крипсы!», «Не жалеют энергии, мрази!», «Врешь, не запугаешь!», «Ну что же за день‑то сегодня за такой? Ну почему на нашем этаже?», «Я не хочу умирать в пижаме!», «Мимо вас шлепка не проплывала?», «Шлепка нет, а шлепок организую легко!»

Я с трудом выталкивала себя из холодной пучины, чтобы глотнуть воздуха, и снова тонула. А вода продолжала прибывать. Заливалась в уши, и, казалось, барабанные перепонки вот‑вот лопнут от напора. Мышцы то и дело сводило судорогой.

Когда Мастгар всплыл в очередной раз, послышался звук тупого удара – макушка огра встретилась с потолком. Соловей‑разбойник местного разлива смачно выругался и ушел «на глубину».

Раньше нас хотя бы выручали аудитории. Вода медленно просачивалась под двери, и уровень «моря» в коридоре понижался. Увы! Лекционные, лаборатории, кабинет завкафедры и совещательная заполнились быстрее, чем ожидала.

Далек бултыхался рядом, и стоило мне показаться над водой, натянуто улыбался посиневшими губами. Криво подмигивал и обещал, что все закончится хорошо.

Драгар, захлебываясь и булькая, привычно фонтанировал историями о предыдущих потопах:

– А вот в прошлый раз крипсы затопили общежитие… Ночью… А два года назад вода обрушилась с потолка. Хрясть – и ты в пучине…

К стонам Йолиса «Ну за что‑о?» «Ну почему мы‑ы??» я настолько привыкла, что почти не обращала на них внимания.

– Деревьям на полив вообще грех жаловаться, – утробно гоготал Суггурд.

– Корнями впитывай, всем будет легче! – вторил ему Мастгар.

– Ничего‑о‑о! Мы выплывем чистыми и начистим им рожи! – невпопад гундел Драгар.

Поразительно! Даже в такой ситуации скандры не теряли бодрости духа и варварского чувства юмора.

В один прекрасный момент я вынырнула и обнаружила, что потолок завис у самого лица.

Сердце замерло в груди, и словно окаменело, внутри разлилась безнадежность. Казалось, гибель дышит в затылок, вместе с Суггурдом, который как раз рассекал брасом неподалеку.

Вот мне и конец!

Я вдохнула поглубже, зажмурилась и ушла под воду.

Не сразу разобралась я, что происходит. Вдруг с невиданной силой потянуло назад и вниз, закрутило мощной волной. Голова резко оказалась над водой. Я жадно глотнула воздуха – еще и еще. С трудом расклеила свинцовые веки и обнаружила, что впереди маячит дверь кафедры, а я мчусь к ней на всех парах, словно на санках с ледяной горы.

Да‑а‑а. Что может быть лучше, после того как едва не утонула! Конечно же, протаранить тяжелую бронзовую дверь головой! В бурном потоке у меня были все шансы.

Я попыталась дотянуться до ручки. То же самое планировал сделать и Далек. Драгар плыл баттерфляем в сторону выхода, как спортсмен на олимпиаде.

Но дверь открыли с противоположной стороны. Вода расплескалась по удивительно сухому полу. И… собралась в сотни жидких облаков.

Заходясь кашлем, сотрясаясь от холода, я почти распласталась на каменных плитах, но была подхвачена Вархаром.

Проректор так и не оделся. Или он разделся снова?

Вокруг мельтешили таллины. Трое уже знакомых мне белокорых и еще не меньше двух десятков с корой самых разных цветов – от желтого до черного.