Кленовые тайны (СИ) - Берестова Елизавета - Страница 32

— Я с семи лет в Академии магии, — откликнулась чародейка, — а в Кредо чародея, которое дают все артацы, практикующие магию, в принцип возводятся аскеза и нестяжательство. Поэтому полированной мебели в общежитии не наблюдалось, и о пагубном воздействии влаги на неё я не подозревала до сего дня. Но вы, несомненно, правы. Человек многие действия делает, не задумываясь, так, как привык производить их каждый день. Получается, убийца был хорошо знаком госпоже Саюси, настолько хорошо, что она выпивала в его или её компании.

— Её? — сдвинул брови Вил.

— Именно. Обратите внимание на крепкое телосложение жертвы и её рост, что составляет около пяти с половиной сяку, а, может и поболее. Чтобы убить её, к примеру удушением, потребуется сила, превосходящая жертву. Ведь она станет сопротивляться. Удар ножом — тоже не гарантирует полного успеха, да и попасть туда, куда нужно, не столь просто. Яд — самый надёжный способ убить того, кто сильнее тебя физически. Вот я и подумал о женщине.

— Женщина, пьющая бренди?

— Но ведь сама Саюси пила. Почему бы убийце не подыграть ей и не составить компанию. А потом она или он маскирует своё присутствие, моет стакан и ставит его на место в буфет. Ставит, не задумываясь, так, как привык, как делал и делает это действие много раз подряд.

— Да, мы имеем на руках ещё одно убийство, — чародейка огляделась вокруг, — магию мы применять не можем, да и преступление совершить при помощи магии на территории Кленового института просто невозможно. Попечительский совет не пожалел средств на защитные чары. Следовательно, основные исследования я оставлю до коррехидории. Какой мотив мог толкнуть убийцу на преступление?

Она заглянула в платяной шкаф, где также царил образцовый порядок. Удивительным оказалось и то, что все вещи были новые, словно хозяйка взяла за правило немедленно избавляться от любой поношенной или старой одежды. В уголке полки с нижним бельём (дорогим, кружевным, отменного качества) притулилась коробочка с краской для волос. На передней стороне красовалась картинка с симпатичной девушкой, сжимающей в руках волосы по обеим сторонам лица. И волосы эти почему-то были двух цветов: чёрного и солнечно-жёлтого.

— Занятно, — чародейка показала Вилу краску, — зачем госпоже Саюси покупать отнюдь не дешёвую краску, если она сама носила волосы с естественной сединой и не красила их. А о том, что краска для волос — продукт не из дешёвых, я знаю не понаслышке, сама ещё недавно чернила волосы. Но вот такое чудо вижу впервые.

Вил взял в руки коробочку и удивлённо посмотрел на девушку с двухцветными волосами.

— Неужели находятся чудаки, которые творят со своей внешностью такое?

— Нет, — улыбнулась чародейка, — просто эта краска двойного действия. Если используешь ингредиент из синего флакона, то волосы окрасятся в тёмные тона, а, если из коричневого — осветлятся. Удобно.

— Может, госпожа Саюси покупала краску, которая запрещена, и перепродавала студентом с наценкой?

— Убийство за краску для волос? Смешно!

— Смешно или нет, но в этом деле всё время всплывают крашеные волосы. Осмотрите тут всё хорошенько, пока я пойду отзвонюсь Меллоуну, чтобы приехал за трупом.

Глава 7

ЯБЛОКО С ЧЕРВЯКОМ

Рика принялась за осмотр комнаты. Меллоуну веры нет никакой, того и гляди, что-нибудь упустит. Повторный осмотр шкафа ничего нового не дал, госпожа Саюси себя баловала, старалась покупать только качественные и дорогие вещи. Буфет тоже не содержал ничего особенного, всё как у всех. В любом доме найдётся те же самые запасы, что и здесь. Внизу в металлической коробке из-под марципанов обнаружился запас денег. Не особо большой, но вполне солидный. Видимо хозяйка комнаты откладывала кое-что «пра чёрный день». Снова скрипнула входная дверь. Скрипнула едва-едва, будто кто-то пытался открыть её с максимальной осторожностью.

Чародейка повернула голову, выглянула из-за приоткрытой створки нижней части буфета и увидела, как в комнату вошёл знакомый студент. Профессиональная память чародейки мгновенно выдала ответ: это тот самый красавчик со светло-каштановыми, отдающими в рыжину волосами, с которым они разговаривали по поводу Юты Кензи в трапезной. Заметив Рику, он смущённо остановился и принялся извиняться.

— Я, собственно, к госпоже Саюси, — проговорил он, — но, видимо, не вовремя.

— Боюсь, госпожа Саюси никому более ничем помочь не сможет, — усмехнулась Рика, кивая на тело.

— Да, да, — проговорил студент, и в голове чародейки всплыла фамилия Савара, —

Какой ужас. Несчастный случай?

— Почему вы так решили? — спросила Рика, подумав, что не столь часто встретишь человека, с таким хладнокровным самообладанием взирающего на труп.

— Не знаю, — пожал он плечами, — если б кровь была, то подумал бы о попытке ограбления или мести, а тут — одни рвотные массы, и цвет лица странный. При инсульте тоже рвота случается, но вот синеватая кожа… тут впору об инфаркте речь вести, да пена из носу не вписывается, — Савара покачал головой, потом поглядел на чародейку бархатными карими глазами, — в прошлом году бабуля моя от удара скончалась, можно сказать, прямо у меня на руках. Вот оттуда и знаю, — несколько извиняющимся тоном закончил он.

— Вы хорошо были знакомы с покойной?

— Нет, не более, чем с кем-либо из остальных сотрудников Кленового института. Может, с госпожой Саюси чутка поболее, она ж студентов постоянно пасла. Комнаты наши с инспекцией посещала, распекала, когда надо было. Но ведь без этого никак. Некоторые ленивцы, не в обиду покойнику будет сказано, дай им волю, под потолок грязью зарастут, да и без дисциплины — никуда. Любое обучение — суть постоянное преодоление себя.

— Вы ведь не иначе, как Юту Кензи под ленивцем в виду имели? Однако ж в его комнате царят чистота и порядок, придраться не к чему.

— Так эти самые чистоту и порядок я же и наводил. За скромное вознаграждение, разумеется. Мы с ним в одной комнате первые два курса жили, потом его некий недуг одолел, и меня отселили. Да, вам наверняка известно, не секрет, да и вы в комнате Кензи были, видели, небось, какое гнёздышко ему мамуля устроила, — парень огляделся вокруг, и от его взгляда не укрылись вещественные доказательства, которые Рика успела положить в специальные бумажные пакеты, — а здесь вас просто вызвали, потому что порядок такой?

— Да, таков уж порядок, — подтвердила чародейка.

Ей этот сдержанный молодой парень был даже симпатичен своей спокойной рассудительностью и знаниями по медицине. Может, он из семьи врачей? Она спросила об этом, похвалив за наблюдательность.

— В точку, госпожа чародейка, — улыбнулся тот в ответ сияющей, добросердечной улыбкой человека, которому нечего скрывать, — батя мой практику солидную имеет, у него кабинет прямо дома. Поневоле всякого понахватаешься. Может, покойницу хотя бы простынёй накрыть? А то не хорошо как-то…

Чародейка кивнула и вытащила из шкафа свежую простыню.

— Идите, идите, — раздался в коридоре недовольный голос полковника Окку, — я прекрасно видел, что вы подслушивали под дверью, а когда увидели меня, попытались улизнуть, сделав вид, будто выходите вон.

— Я и не думал подслушивать, — дверь распахнулась, и Вил чуть ли не втолкнул внутрь щуплого председателя клуба детективов, — просто ожидал удобного момента, — он сдул упавшую на глаза пшеничную прядь, — люди разговаривали, а мешать или влезать в чужой разговор невежливо!

— Зато очень вежливо подслушивать, — заметил Вил, — извольте, получите добровольного соглядатая, который крутился возле двери в надежде услышать, в каком направлении движется расследование.

— Какое ещё расследование? — ноющим тоном воззвал Марк Курису, — я к госпоже Саюси по делу пришёл, вот, — в доказательство он вытащил из внутреннего кармана форменного пиджака с птицей на рукаве сложенный вчетверо листок бумаги, — вчера она мне поручила список курильщиков составить, — он переводил взгляд с коррехидора на чародейку, — чесслово! Сю… госпожа Саюси наказала список сегодня с утра ей принести. Да вся группа подтвердить может, как она со мной разговаривала! Так что я ничего не подслушивал и не подглядывал, а по делу зашёл.