Лорды не дремлют (СИ) - Самтенко Мария - Страница 43

А, может, лорд Магарыч знал, что выбирает не того короля, уже тогда?

Дознавательница шагнула к нему – и застыла, заметив улыбку у него на губах:

– И вот, я это к чему. Такие записи очень тяжело сжечь или выкинуть, они становятся слишком личными. Я думаю, этот человек понимал, что хранить дневник опасно, но не смог заставить себя от него избавиться. Рука не поднялась выкинуть.

Дознавательница полистала злополучный дневник: возможно, его хозяин действительно винил себя в гибели девушек на отборе. Догадывался, что такое может случиться – знать бы еще, почему – но не смог убедить, настоять на своем. Вот только в рассказе Магарыча было что-то такое, с чем Кларисса не могла согласиться.

– А я ведь спокойно сжигала все после истории с культистами, – вспомнила она. – Писала, что думаю обо всем этом, и сжигала, специально. Так что это вполне…

– Я не вижу тут ничего недостойного, – возразил лорд. – Тяжело сжечь только тогда, когда чувствуешь себя виноватым, и эти записи словно исповедь. А вы… так, постойте. Вы что, вините себя за историю с культистами?!

Кларисса, конечно, не должна была отвечать – особенно когда спрашивали в таком тоне. Но почему-то невольно задумалась. Может, чувствовала потребность ответить своей откровенность на его?...

Она не хотела это анализировать. Рассказать показалось проще.

– Не то что виню, но… ладно. Просто так раздражает, что все носятся с этой невинностью, будто это главная добродетель у леди, – фыркнула дознавательница. – Знаете, что сделал мой жених после истории с культистами? Начал ухаживать за той девушкой, которую я заменила на ритуале! Специально! Это, конечно, продолжалось недолго – через неделю об этом прознал Крылатый Король... но, знаете, меня все равно это ужасно раздражает. Культистам, им хотя бы для дела девственницу надо было! А остальные, я считаю, на ровном месте выделываются. Ну так пускай и катятся в…

Кларисса махнула рукой. Обычно она легко договаривала про демона и приспешников, но сейчас отчего-то стало непросто. Кажется, горло пересохло от ветра.

Но Магарыч, конечно, понял все по-своему:

– Предъявлять претензии насчет девственности из-за истории с культистами – ненормально, – спокойно сказал он. – Так может делать только гнусный эгоистичный идиот! Когда с одной стороны безопасность невинного человека и угроза прорыва демонов, а с другой всего лишь…

– Вы говорите как мой отец, – тихо сказала Кларисса. – После той истории он все убеждал меня, что, конечно, есть люди, которым важно обладать леди первым, но они находятся в меньшинстве.

Она замолчала, заметив, что лорд опустил взгляд и потянулся к цепочке от кристалла.

– Стать первым? Что это значит, если ты не смог удержать?...

Его губы дрогнули в улыбке, Кларисса сухо усмехнулась в ответ – она понятия не имела, с чего должна беспокоиться о том, что он думает насчет ее отсутствующей невинности, но ничего не могла с собой поделать – и тут Магарыч снова заговорил:

– Мы, кажется, уже это обсуждали, но я повторю еще раз, – лорд отпустил цепочку на шее и взглянул Клариссе в глаза. – Я знаю не так уж и много людей, которые решились бы пережить подобное, чтобы защитить невиновного. История с культистами – это повод восхищаться тобой.

Мягкий тон исчез. Теперь лорд говорил резко и четко, словно оттискивая слова в ночном воздухе. Кларисса не могла шевельнуться, не могла отвести взгляд от пылающих ворохом чувств золотых глаз дракона.

Так близко.

– Спасибо, – хрипло сказала Кларисса.

Опомнившись, лорд Магарыч убрал руку с ее плеча – да когда только успел положить? – и отступил, снова разрывая дистанцию до шага. Бросил на дознавательницу острый, тревожный взгляд.

Она тоже попыталась отодвинуться, наступила на камешек, покачнулась, взмахнула руками, ловя равновесие… и Магарыч схватил ее в охапку, оттаскивая от края.

Там, кажется, были эти зубцы, и она бы все равно не упала с башни, но он среагировал рефлекторно. Вот только вместо того, чтобы отпустить, убедившись, что опасность миновала, почему-то прижал к себе.

Она ощущала, как пальцы лорда Магарыча перебирают ее волосы, вслушивалась в его дыханье. Чем дольше – тем меньше ей хотелось прекратить это.

«Отпустите».

Такое короткое слово! Дознавательница знала, что стоит сказать, и он тут же отпустит. Возможно, даже начнет извиняться. Но нет, она медлила.

Пальцы Магарыча очертили линию ее подбородка, заставили поднять голову.

В золотых глазах дракона была пугающая ясность.

Сейчас – или никогда.

«Отпустите», – мысленно сказала Кларисса, словно пробуя это на вкус, прежде чем сказать вслух.

Ей ведь действительно следовало это сказать, да?

«Отпустите».

А, может, ей стоило попробовать и другое? Ответить на объятия лорда, положить руки ему на плечи?

«Не отпускайте».

«Только не отпускай…».

– Магарыч, срочно!.. На Нэйта напали, он тяжело ранен!

Грайси! Он стоял позади и тяжело дышал – подъем по винтовой лестнице явно дался ему нелегко.

Кларисса почувствовала, что ее отпустили. Она на секунду зажмурилась, чтобы морально подготовиться к достойному ответу на гадкую улыбочку Грайси, которая непременно появится у него на губах – и услышала голос лорда Магарыча:

– Прошу прощения, леди Кларисса. Я обещаю, что ничего подобного больше не повторится.

Часть 4. Глава 35

Лорда Нэйта Драга тяжело ранили прямо в больнице.

Неизвестный тип в маске пробрался в палату через окно и воткнул короткий кинжал в грудь лорда. Неизвестно, чем могло кончиться дело, если бы убийца не увидел, как просыпается от шума спящая в кресле госпожа Лайн. Она спугнула преступника – тот сбежал через окно – и вызвала помощь, но состояние посла было слишком тяжелым.

Примерно таким же, как у главного врача, уже представившего себе разразившийся после этого инцидента международный скандал. В котором фигурирует повторно погибший посол и подозрительные драконы-акробаты, лазающие туда-сюда через окно третьего этажа. Спасибо, что на этот раз обошлось без голых драконов!

Так что в больницу тут же затребовали лорда Магарыча с Аринским кристаллом – помогать с лечением, как в прошлый раз. Леди Клариссу с черным блокнотом тоже никто прогонять не стал, даже приехавшие на дело местные следователи из Центрального сыскного отдела – они старательно делали вид, будто она просто элемент интерьера. Очевидно, высокое руководство дало указания не ссориться с розенгардской делегацией.

Кларисса тоже решила не обострять отношения. Она даже не возмущалась насчет отсутствия охраны, понимая, что сама могла бы настоять в прошлый раз. Не подумала, что злыдни, похитившие Нэйта, будут вот так залезать на третий этаж. Хотя это и можно было предположить – с учетом того, что в прошлый раз бедолагу сбросили на крышу посольской резиденции. Так сказать, почерк прослеживался.

– Молодой, сильный, ловкий. Лица не видела, только подбородок торчал из-под маски! Не очень мужественный, – всхлипывала госпожа Лайн, отвечая на вопросы Клариссы, пока где-то там, за закрытыми дверями палаты, лорд Магарыч вместе с врачами боролся за жизнь раненого. – Откуда он взялся? Я так и не поняла. То ли с крыши спустился, то ли по карнизу прошел.

Ничего ценного госпожа Лайн не сказала, но то, что знала, рассказывала уже по третьему разу.

– И преступник явно не знал, что тут будете вы, – мягко сказала дознавательница, рассеянно прислушиваясь к доносящимся из-за двери звукам.

Надо сказать, в основном она слышала тихие стоны Нэйта и чьи-то резкие команды пополам с ругательствами. Но не Магарыча, его голос она знала.

То, что у них больше не представилось возможности поговорить наедине, не означало, что специалист по замкам не услышал о себе много старого и давно известного. Кларисса была не в духе и заявила, что повод, из-за которого лорд извинялся на башне, нельзя назвать иначе чем идиотским, и если Магарыч намерен и дальше руководствоваться схемой «шаг вперед – два назад», пусть присматривает себе кого-то другого. Например, леди Агату!