Серебряная роза - Фэйзер Джейн - Страница 56

Минут десять спустя дверь в каморку неслышно открылась, и в щель просунулась голова. Человек прислушался к царившей в каморке мертвой тишине, потом убрал голову и тихо прикрыл за собой дверь.

— Он готов, — прошептал человек троим другим, которые ждали его у двойных дверей конюшни. — Кобыла в пятом стойле.

Крадучись в темноте, воры проскользнули в конюшню, отсчитывая стойла; их глаза постепенно привыкали к темноте, которую слегка рассеивал лишь свет звезд, проникавший сквозь высокое полукруглое окно над дверью, которую они закрыли за собой.

В пятом стойле и вправду стояла кобыла. Руки воров скользнули по ее животу, чтобы удостовериться, что кобыла и в самом деле жеребая. Когда на голову ей скользнула уздечка, кобыла от удивления негромко заржала, но мешок с овсом заглушил ее ржание.

Затем воры вывели кобылу из конюшни и повели по лугу вниз к реке. Рядом с мостками была пришвартована небольшая баржа. Когда люди с кобылой приблизились, из тени деревьев выступил человек.

— Дайте взглянуть.

Голос его был хриплым от напряжения. Человек провел руками до животу кобылы и довольно хмыкнул.

— Та самая, все в порядке. Следите, чтобы с нее не упала попона, я не хочу, чтобы она замерзла здесь, на реке.

Сделав шаг назад, человек жестом показал, что кобылу можно грузить на баржу.

Кобыла доверчиво двинулась вперед. Ей еще не представилось случая узнать, что далеко не всем человеческим существам можно доверять. Руки, которые до этого касались ее, делали это очень осторожно; голоса, которые она до этого слышала, были мягкими и заботливыми. Да и чего ей было бояться графа Равенспира, который сам провел ее в поводу на баржу и привязал уздечку к поручням. Кобыла была слишком большой ценностью, и с ней обращались с величайшей осторожностью.

Глава 16

Дженни стояла у калитки, пытаясь услышать звук подъезжающей двуколки Эдгара. Еще не рассвело, и руки ее, державшие корзинку, мерзли даже в перчатках. Она услышала, как у нее за спиной открылась дверь домика.

— Эдгар опаздывает, — сказала она матери, обернувшись. — На него это не похоже.

Повернувшись, Дженни сделала несколько шагов по дорожке, ведущей к домику.

— Не надо тебе стоять на таком холоде, мама.

Она ласково подтолкнула Сару в тепло комнаты, зашла сама и закрыла за собой дверь.

— Заварю-ка я пока чаю.

Сара кивнула. Нахмурясь, как и дочь, она подошла к маленькому окошку. Эдгар всегда был надежным человеком. И если он говорил, что приедет в семь часов, этому можно было верить.

— Надеюсь, с ним ничего не случилось, — словно отвечая на мысли Сары, сказала Дженни, ставя на стол закипевший котелок с водой. — Только бы он не перевернулся по дороге на своей двуколке.

Девушка залила кипятком листья малины в чайнике, и по комнате поплыл приятный аромат.

Сара поставила на стол кружки и отрезала несколько ломтей хлеба. Намазав хлеб толстым слоем масла, она положила поверх масла мед и протянула один ломоть Дженни.

— Пожалуй, я тоже позавтракаю, — согласилась та, наливая себе в кружку чай и откусывая хлеб. — Может быть, мне стоит дойти до проселка и попросить кого-нибудь подвезти меня в замок. Или кто-нибудь из проезжих расскажет, почему Эдгар запаздывает.

Но Дженни уже понимала, что с Эдгаром что-то случилось, и не возражала, когда Сара набросила на плечи накидку, чтобы проводить дочь в предрассветных сумерках до проселка, связывающего деревеньку и замок.

Довольно скоро возле стоявших на проселке женщин остановилась телега.

— Доброе утро, миссис Сара, мисс Джейн, — приветствовал их возница, приподняв шапку. — Не замерзли вы в такой холод? Может, я могу вас подвезти?

— Мы ждали Эдгара из замка, Жиль, — ответила Дженни, узнав голос возницы. — Он должен был заехать за мной в семь часов, но почему-то задерживается. Леди Ариэль вчера сильно простудилась, и я хотела взглянуть, как она сегодня себя чувствует.

— Понятно, мисс Дженни, я вас подброшу, — сказал возница, спрыгивая с телеги, чтобы помочь девушке. — Леди Ариэль серьезно приболела? А ваша мама тоже поедет?

И он вопросительно посмотрел на Сару, которая решительно покачала головой и отступила на обочину. Сегодня у нее не было никакой необходимости снова вступать под своды замка Равенспир.

— У Ариэль была лихорадка, — ответила Дженни, уловив движение матери и поняв, что в замок она поедет одна. — Понимаете, у нее всегда были слабые легкие, и каждый раз, когда она простуживалась, с ней приходилось повозиться.

— Ну да, — рассудительно сказал возница, махая рукой Саре и снова садясь на свое место. — Нам никак нельзя позволить леди Ариэль разболеться. Что тогда будет со всеми нами?

И он опытной рукой развернул телегу на узком проселке, собираясь двинуться в ту сторону, откуда только что приехал.

— Хотя скоро мы все равно потеряем ее. Когда она переедет в Хоуксмур.

Дженни пробормотала что-то, что могло быть истолковано как согласие с его словами. Даже если Ариэль и не переедет в Хоуксмур, она не собирается оставаться в Равенслире.

Девушка погрузилась в размышления о планах своей подруги, на время позабыв свою тревогу об Эдгаре, и очнулась только, когда возница притормозил у сводчатого входа в огород позади замка Равенспир.

— Приехали, мисс Дженни. Проводить вас?

— Нет, спасибо вам, Жиль, я найду дорогу сама. Возница спрыгнул на землю, чтобы помочь девушке спуститься с телеги.

— На кухне всегда много народу, они и проводят вас. Дженни улыбнулась Жилю и направилась к замку. Она уверенно прошла по узкой тропинке между грядками огорода и подошла к двери на кухню.

— О, мисс Дженни! Вы пришли, чтобы навестить леди Ариэль, как я понимаю, — донесся до слепой приветливый голос Гертруды.

— Эдгар должен был заехать за мной в семь часов, но так и не появился, — Дженни позволила усадить себя в кресло у длинного кухонного стола. — Меня подвез Жиль.

— Ну и дела! — нахмурилась Гертруда. — Да и я что-то не видела сегодня утром Эдгара. Он обычно приходит сюда около шести позавтракать.

Кухарка обвела взглядом суетившийся на кухне народ.

— Эй, мистер Тимсон! Вы не видели сегодня Эдгара?

Тимсон покачал головой.

— Да вроде бы нет, миссис Гертруда.

Оглядевшись вокруг, он поймал за руку одного из поварят.

— Слушай, парень, сгоняй-ка в конюшню и взгляни, есть ли там мистер Эдгар.

Мальчонка бросился бежать сломя голову, а Гертруда присела рядом с Дженни, успокаивающе говоря:

— Ну а как чувствует себя ваша мама? Дорис сказала мне, что она тоже была здесь вчера, чтобы проведать леди Ариэль.

— Все в порядке, благодарю вас, — ответила Дженни, стараясь изгнать из памяти странное поведение матери накануне. После возвращения из замка Сара чувствовала и вела себя вполне нормально, так что не было смысла снова возвращаться к этому.

— О, миссис Гертруда, мистер Тимсон, быстрее идите сюда! — вбежал в кухню поваренок; глаза его округлились от возбуждения и страха. — Мистер Эдгар — он умер! Лежит совершенно холодный!

— Что?!

Тимсон был у двери еще до того, как Дженни и Гертруда успели подняться на ноги. Он схватил поваренка за ухо.

— Если это одна из твоих дурацких шуток, я тебе уши оборву!

— Да нет, мистер Тимсон, Клянусь Богом, нет! — бубнил паренек, не поспевая за слугой.

Гертруда, не церемонясь, взяла Дженни за руку и поспешила с ней за остальными.

Эдгар лежал на своей лежанке рядом с теперь уже остывшей жаровней. Глаза его были закрыты, лицо бледно как мел. Он не дышал, не заметно было ни малейшего признака жизни.

Тимсон замер рядом с лежанкой, беспомощно глядя на неподвижную фигуру. Гертруда приблизилась к нему вместе с девушкой, потом отступила на шаг, чтобы та могла осмотреть конюха. Дженни нагнулась, быстро расстегнула куртку Эдгара и просунула руку под фуфайку домашней вязки. Потом приложила ухо к груди Эдгара, притронулась пальцами к его рту.