Сердце правящего дракона (СИ) - Гордова Валентина - Страница 24

– Как прошла встреча с аль-Хаенгом? – я не могла не спросить.

Парень медленно повернул голову, скользнул по мне растерянным взглядом, осознал смысл прозвучавшего только через несколько секунд.

– Лучше, чем можно было ожидать, – дал он своеобразную характеристику.

– Договорились о чём-нибудь? – нужно же было узнать, что оба они думают о случившихся переговорах.

– Да, – спокойно подтвердил Эрик, – благодаря данным аль-Хаенга, нам удалось предотвратить покушение на лорда Беймора. Помнишь его?

Радостно кивнула, облегчённо выдыхая и улыбаясь. Лорд Беймор – замечательный политик и прекрасный человек, со мной он всегда был добр и приветлив, а однажды, когда мне было лет восемь, я грохнулась с лошади и этот солидный, суровый на вид мужчина сидел перед рыдающей мной и с серьёзным видом сосредоточенно дул на содранные коленки.

Эрик медленно кивнул в ответ и вновь отвернулся к окну.

Его явно что-то терзало, и я просто не могла не спросить:

– Что случилось?

Принц промолчал. Ответа не было долго, я уже решила, что не услышу его вовсе, но несколько тягостных минут спустя боевик всё же негромко заговорил:

– Леди Эакайн подошла ко мне вчера.

Я недоверчиво хмыкнула.

Леди Эакайн при дворе знал каждый, и мнения об этой женщине… были разными. Она по праву носила титул неофициальной красавицы империи – просто официальный передавался по наследству в роду Алин и забрать его было нельзя, но любой бы согласился, что Аилетта Эакайн в сотню раз краше Джин Алин.

Леди Эакайн – любовница императора. Бедняжка не была фавориткой, исключительно любовницей, и потому не имела никакого влияния при дворе, не смела вмешиваться в дела Аластара Вескера и была вынуждена терпеть пренебрежительное отношение многих придворных.

Мне всегда было откровенно жаль эту женщину, фактически лишённую каких-либо прав и вынужденную всегда быть рядом с императором по первому его зову. А вот Эрик её откровенно недолюбливал, чего и не скрывал никогда.

– И что сказала? – я выбралась из постели, сунула ноги в тапки и пошлёпала в ванную, не став закрывать дверь и потому хорошо услышав странно задумчивые слова принца:

– Что Эвен Хелинс даст разгадку к тайне, найденной мной в Элексане.

А в Элексане Эрик нашёл тайник с дневником храмовников Тьмы!

Я пошатнулась, споткнулась, не делая и шага, едва не упала прямо здесь же и вылетела обратно в комнату, даже воду включить не успев. Застыв у открытой двери в ванную, потрясённо уставилась на принца распахнутыми глазами.

Эрик мой испуганный шок встретил всё той же отрешённой задумчивостью.

– Он… знает?! – просипела, с трудом выдавив слова из сжавшегося горла.

– Понятия не имею, – боевик медленно покачал головой. Пальцы шевельнулись вновь, и только сейчас я заметила между них серебряную монету.

Грани… если о тайнике и его обнаружении известно любовнице императора, то появляется логичный вопрос: откуда она об этом узнала?! Ответ, к сожалению, напрашивался тоже: от императора. От кого ещё? Леди Эакайн по сути ни с кем больше и не общается, да и абсолютной осведомлённостью в любых вопросах у нас один только правитель славился.

Завеса, это конец… это просто конец!

Но вот я стояла, умирала от удушающей паники и краем сознания вдруг отметила, что сам Эрик выглядит малость удивлённым и крайне озадаченным, но ничуть не огорчённым, не испуганным и не сдавшимся.

Хотела спросить, что ему известно ещё, но прокрутила в голове сказанные им слова и поняла:

– Эвен Хелинс – языковед.

Маг резко вскинул голову, обжёг меня внимательным взглядом. В глубине его серых глаз верно трескался лёд и прорывалась настороженная надежда, которой до этого он не чувствовал вообще.

– Его Кели нашла, – принялась быстро объяснять я, чувствуя, как подстёгивает возбуждение от возможности избежать поражение и добиться какого-то положительного результата. – Год назад он переводил для нас айшаэрские летописи, мы тогда пытались найти способ противодействовать кланам Тьмы.

– Помню, – подавшись вперёд, коротко кивнул парень, прося вернуться к важной части.

Дрожа всем телом, я подбежала к столу, рухнула на стул напротив боевика, вцепилась ладонями в край столешницы, уставилась на принца и продолжила срывающимся голосом:

– У господина Хелинса специализация по древним языкам, свою надёжность он уже доказал, если к кому и идти за помощью с переводом, то к нему!

На раздумья у Эрика ушло не больше десяти шагов.

– Собирайся, – велел он, приняв решение.

Радостно кивнув, подскочила и унеслась в ванную.

– Координаты верные? – прокричал кронпринц, едва грани моего портала угасли и мы оказались посреди дикого поля под натиском ледяного ветра, по пояс утонув в потемневшей пожухлой траве.

Тёмно-серое небо над головой хмурилось всё сильнее прямо на глазах, дикий ветер гнал облака прочь, тревожно кричали вороны в еловом лесу слева, а справа, шагов за пятьсот от нас, приютился небольшой деревянный домик синего цвета. Деревянный забор в некоторых местах чуть покосился, на одной из полысевших яблонь алели поздние яблоки, на скамейке у стены безмятежно спал рыжий кот, из каменной трубы шёл дым.

– Нам туда! – крикнула я, указывая на единственный в округе дом.

И первой поспешила укрыться за его стенами от недружелюбного ветра.

Эрик нагнал в считанные мгновения, укутал мои плечи своим плащом, сохранившим тепло его тела, взял за руку, сжал пальцы сильнее, когда попыталась забрать ладонь, и потащил за собой куда быстрее.

Через три минуты мы вошли в скрипучую деревянную калитку, заставив кота на скамейке приоткрыть один глаз и лениво взглянуть на гостей. Ещё через тридцать секунд топтались на деревянном пороге.

От стука Эрика бедный дом весь задрожал, но мрачный парень проигнорировал и мой укоризненный взгляд, и воцарившуюся внутри тревожную тишину.

– Господин Хелинс, – грозно и громко позвал боевик, стуча вновь, – это принц Вескер, нам нужна ваша помощь.

Тишина, а я досадливо закусила губы, не привыкнув к такой прямолинейности. Я решаю вопросы совсем иначе, куда мягче и вежливее, да и имя своё скрываю максимально.

За дверью послышался пугливый шорох, а затем мы услышали подрагивающий от страха женский голос:

– Отца нет дома. Пожалуйста, уходите!

Эрик скрипнул зубами, но я торопливо воскликнула:

– Верина, это Ари! Мы встречались год назад, твой отец помогал нам с Кели переводить летописи Айшаэры. Пожалуйста, открой.

Некоторое время дочь господина Хелинса не шевелилась и не издавала ни звука, явно ужасно досадуя на нас за то, что пришли, но затем раздался щелчок замка, скрежет отодвигаемого засова, и крепкая деревянная дверь отъехала от наших носов.

Из глубины дома хлынуло тепло от топящейся печи и аромат свежего хлеба и сладких запечённых яблок.

На пороге оказалась девушка. Лет восемнадцати или около того, миниатюрная, худенькая, с двумя длинными толстыми косами тёмно-русого цвета, тёплыми каштановыми глазами, упрямо вздёрнутым кончиком носа и огрубевшей от физической работы кожей рук. На ней было простое, но чистое тёмно-зелёное платье, не доходящее до земли, поверх него светло-серый передник, на ногах вместо домашних туфель тёплые вязаные носки.

Нас тут не ждали, и внезапный визит девушку заметно смутил и испугал.

– Привет, – я улыбнулась, не показывая зубов и точно зная, что улыбка у меня добрая и светлая.

– Зд-дравствуйте, – дрогнувшим голосом поздоровалась хозяйка дома, вцепившись в ручку двери мёртвой хваткой, – ваше высочество…

– Ари, – напомнила я, продолжая улыбаться. – А это Эрик. Можно, мы войдём?

Дурной тон решать вопросы на пороге – в этих краях это все знают, поэтому Верина утвердительно кивнула, тут же поджала губы, но всё же отступила в сторону, приглашая в дом.

Я шагнула первой, наклонилась и принялась снимать ботинки.