Сердце правящего дракона (СИ) - Гордова Валентина - Страница 23

В последней деревне оказалось получше, мёртвых там было всего двое, а вот живых и нуждающихся в помощи – целых одиннадцать, там что мы быстро всех организовали и перевели в Хайрассу.

Не трогая основной портал, сделанный для тех, кто мог идти сам, я прыгнула с едва живым драконом в пустыню, обратно, затем снова туда с первым трупом, обратно, опять на границу…

И вот там, на том конце портальной печати, меня вдруг поймали и бережно сжали. Я даже понять не успела, что произошло, а тело тут же устало расслабилось, обмякнув в знакомых до дрожи мужских руках, голова упала на крепкое плечо, а с приоткрытых сухих губ слетел слабый короткий стон.

– Держу, душа моя, – прозвучал над головой самый лучший из всех существующих голосов.

Я хотела ответить, но многочисленные порталы, переходы, носилки и заклинания вымотали основательно. С вечера у меня не случилось даже короткой передышки.

– Сейчас я, – пообещала бессильно.

– Не спеши, я рядом, – тихо и по-мужски твёрдо заверил Нэрен.

Такие простые слова, но у меня слёзы на глаза навернулись.

Он был несокрушимой крепостью, непоколебимым оплотом безопасности и спокойствия, укрывающим от всех невзгод внешнего мира. И мне было так хорошо рядом с ним, как ни с кем и никогда до этого. Какая-то часть глубоко внутри меня тоненько шептала о том, что нужно быть осторожнее и сдержаннее, чтобы ни о чём не пожалеть в будущем, но мне хотелось не слушать её, а прыгнуть в омут с головой, отдаться этим чувствам без остатка, раствориться и пропитаться ими… Мне так хотелось любить.

Мелко дрожа не столько от усталости, сколько от эмоций, я мягко отстранилась, не высвобождаясь из полюбившихся, ставших родными рук. Положив ладони на твёрдую грудь Нэрена, заглянула в его сурово-спокойное лицо, окунулась в омут таких невозможно красивых глаз сине-зелёного цвета с бесконечным золотым сиянием.

И улыбнулась, ощущая сады внутри, и тепло, и солнце, и весь мир, сияющий и живущий.

И когда Нэрен улыбнулся в ответ так, что осветилось его лицо и загорелись нежностью глаза, я ощутила себя самой счастливой и нужной, и…

– Люблю твою улыбку, – тихо-тихо, только для меня произнёс смотрящий и не способный насмотреться дракон, – и твои глаза, сверкающие от слёз счастья, как сейчас, и тебя, моё небо, люблю больше жизни.

Сердце сжалось, дыхание перехватило, слёзы, соскользнув с ресниц, побежали по щекам.

– Удивлена? – мягко, с нежной доброй насмешкой спросил Нэрен.

– Нет, – я растроганно шмыгнула носом, продолжая безмолвно плакать. – Ты уже говорил это – сотней других слов и действий.

Наверно, первым признанием стали пионы и баклава, оставленные им для меня в беседке на берегу моря. Или тот не случившийся поцелуй в Этлейке. Или тот факт, что тогда Нэрен переживал за меня сильнее, чем за самого себя… Не знаю точно.

Потом была его помощь с переправкой наших раненых и наш поцелуй… самый первый и такой удивительный. «Я страдал всю жизнь до встречи с тобой. Я появился в Зандаре сильнейшим драконом, заведомо приговорённым на смерть за то, что собирался сделать, а вернулся с давно похороненным желанием жить и по праву быть счастливым…»

И даже тот факт, что он украл меня и запер в своём доме, был своеобразным признанием… А потом он показал, что мои чувства для него важнее его собственных и отпустил, позволил самой решать и выбирать, но обезопасил максимально.

«Не представляешь, как я тебе рад», – когда вернулась.

«Предпочитаю иной способ опьянеть – тебя».

Его честность, открытость, откровенность и нежелание скрываться даже в мелочах. Он был передо мной настоящим и искренним – весь и полностью.

И мне не нужно было слышать от него «я люблю тебя», чтобы знать это.

– Представляешь, – произнёс он так, чтобы услышала только я, – я тут встретил лучшую женщину во всех мирах.

– Представляю, – мои губы растянулись в счастливой улыбке, – потому что я повстречала лучшего из мужчин.

Нэрен просиял, склонился и оставил живительный поцелуй на моих губах.

К сожалению, на этом с радостным пришлось покончить.

Я вздохнула, не скрывая горечи и разочарования, и сказала:

– Нужно возвращаться, меня ждут.

– Спасибо, – поблагодарил вмиг становящийся серьёзным дракон.

И посмотрел так, что никаких других слов не понадобилось, чтобы понять, что правящий дракон Хайрассы благодарил за возвращение своих… живых и мёртвых.

– Мне жаль, что мы не начали проверять сразу, – я зажмурилась, тяжело опустила голову, понимая, что тогда количество неживых было бы значительно меньше.

Нэрен поймал пальцами подбородок, мягко потянул наверх, заставил заглянуть в его внимательные глаза, помолчал некоторое время и вкрадчиво спросил:

– Тебе трёх бессонных суток расходования сил было мало?

Я вздохнула, не желая отвечать на это вот вообще ничего.

Красивые глаза мужчины грозно сощурились и мне твёрдо сказали:

– Твоей вины в случившемся нет. Ты и так сделала больше, чем было тебе по силам.

Вздохнула повторно и открыла рот, но:

– Марш спать, – приказал правящий дракон не терпящим возражений тоном. – Чтобы через три минуты была в своей постели.

Я набрала воздух в грудь, но мне не позволили ничего сказать и теперь, мрачно пригрозив:

– Иначе через пять окажешься в моей, и мирно заснём мы далеко не сразу.

Я покраснела вся и полностью в единый миг, вздрогнула, моргнула, растерянно кивнула, развернулась и поспешила отойти и создать печать.

– Ари, – позвал Нэрен.

Остановилась, обернулась, вопросительно и жутко смущенно посмотрела на него.

Дракон хотел что-то сказать, но передумал и вместо этого подошёл в два широких шага, навис сверху, поймал широкими ладонями моё лицо, наклонился и поцеловал.

– Иди спать, – попросил тихо, продолжая обнимать и поглаживать большими пальцами мои щёки.

– Как прошла встреча с Эриком? – прошептала в ответ.

– Хорошо, – ещё один быстрый поцелуй, – очень хорошо, моё небо. Он рассказал об операции на Эйбхир, я – о покушении на лорда Беймора, что готовит Северный союз. Если полученная информация принесёт пользу нам обоим, мы продолжим переговоры на более высоком уровне. Ты умница, жизнь моя. Ты самая большая молодец.

Улыбнулась. Хоть и глупость говорил, никакая я не самая большая, но всё равно очень приятно.

– Спать, – сил моих уже не было совсем, но я всё равно привстала на носочках, пошатнулась, поцеловала нежные губы и выскользнула из его рук.

Печать создалась только с третьего раза. Уходя в портал, я обернулась, улыбнулась и помахала на прощание так и оставшемуся стоять на том же месте, не сводящему с меня пристального взгляда Нэрену.

Он приподнял уголок губ в слабой улыбке, а вот махать не стал. Суровый.

Утро началось с ощущения чужого присутствия в комнате.

– Спи, – раньше, чем я успела задохнуться паникой, хмуро велел Эрик, – сейчас только шесть утра.

Да, самое то, чтобы спать, тем более я вчера потратилась энергетически, но с недавних пор присутствие кронпринца, тем более такое внезапное ранним утром, сильно меня напрягало.

Открыв глаза и мигом проснувшись, посмотрела на него через всю комнату.

Эрик сидел, откинувшись на спинку стула и широко расставив ноги, но даже в такой расслабленной позе оставаясь напряжённым. Его правая рука лежала на столешнице, задумчиво крутя что-то маленькое между пальцев, а тяжёлый отрешённый взгляд был направлен в окно, но что-то мне подсказывало, что видел боевик совсем не столицу за территорией академии.

На нём была чёрная ученическая форма и длинный плащ, который Эрик не снял, значит, собирался скоро уходить.

И вот вопрос: куда он собрался и что заставило его перед этим зайти ко мне?

Я села на постели, потянувшись всём телом. Проживание за пределами дворца освободило меня как минимум от необходимости спать в колючих кружевных ночнушках. Два комплекта мягких пижам из маек и штанов были одним из первых, что я купила, получив разрешение жить в академии.