Ермак. Война: Война. Интервенция. Революция - Валериев Игорь - Страница 109

Мощные пушки кораблей не позволили воспротивиться высадке на берег королевских фузилеров из полка лондонского Сити, но в городе для них устроили настоящую бойню, что привело к тому, что броненосец и два крейсера открыли огонь по городу.

Двенадцати– и десятидюймовые снаряды стирали в порошок дома, но и из их развалин по оккупантам вёлся огонь. Силы оказались неравными, и через два дня город пал, но остались те, кто решил бороться до конца. Таким был Роберт Кейн, уроженец города Цинциннати штата Огайо.

Пройдя обучение у Ирландца и Горца, Роберт потом сам был долгое время инструктором в Ирландии. В конце концов, судьба его закинула в Голуэй, который он защищал два дня, а после разгрома восставших, отсидевшись пару дней в пустующей квартире какого-то чиновника из порта, приступил к тому, чему его усиленно обучали – к отстрелу британских солдат.

Прошла всего неделя, и о нём уже говорили в городе как о Голуэйском снайпере, который британцев бьёт влёт, как бекасов. За эту неделю англичане захватили все важные города западного побережья, где ИРА также перешла к партизанской войне, а вот на восточном побережье нападений пока не было. Это объяснялось в первую очередь тем, что в европейских газетах стоял страшный шум по поводу признания Ирландской республики.

Во Франции, президент которой молчал, начали формироваться отряды добровольцев в ИРА. В Марсель, ставший их базой, начали стекаться множество авантюристов и революционеров из Италии и Германии. Потянулись в город-порт и большие группы басков из Испании, которые считали себя потомками кельтов. Лидеры II Интернационала призвали поддержать борьбу ирландского народа. На лондонских верфях, в доках и на шахтах прошли стачки английского пролетариата в поддержку ирландцев.

Николай II подлил масла в огонь, сделав заявление через прессу о том, что если Российская империя имеет различные договоры и взаимоотношения с республиканской Францией, то он не видит ничего страшного в том, чтобы иметь международные отношения и с Ирландской республикой.

Вильгельм II не отстал от своего друга Ники и через германские газеты озвучил похожее мнение. Австро-Венгрия многозначительно молчала, но в её прессе промелькнули статьи о том, что для решения вопроса с ирландцами можно создать и Англо-Ирландское королевство. Итальянское королевство безмолвствовало, но поток добровольцев из него был самым большим. А на Балканах спорили о том, сколько новое государство продержится.

Пока официально Ирландскую республику никто не признал, но заявления двух монархов заставили Георга V и правительство Британии отказаться на время от решительного захвата Дублина.

Кейн осторожно приподнял голову и посмотрел в проделанную им дыру метрах в двух от слухового окна. Этот дом был выбран Робертом неслучайно. Во-первых, мимо него проходил маршрут движения английского патруля, а во-вторых, у него здесь было предусмотрено три варианта отхода, два – по люкам, ведущим из подъездов на чердак, еще один – по пожарной лестнице.

Еще подготовлена веревка с узлами, длины и крепости достаточной, чтобы привязать ее и спуститься по ней во двор. Это четвертый вариант отхода. Как учил Ирландец, прежде чем сесть в засаду, придумайте минимум три, а лучше пять вариантов отхода. Тогда есть большая вероятность остаться живым и свободным после акции.

«Четыре варианта отхода – более чем достаточно в такой ситуации, тем более что преследования стоит ожидать, только если все пойдет не так, как надо», – подумал Кейн и осторожно подтянул к себе карабин.

В конце улицы появляется патруль. Раньше они ходили по трое, но в последние три дня количество патрульных увеличили вдвое. Теперь они медленно идут посередине улицы, ощетинившись винтовками. Двое замыкающих и вовсе всю дорогу пятятся, прикрывают тыл – здесь полюбили стрелять в спину.

Двигается патруль мелкими шагами, стволы их винтовок отслеживают безмолвные окна. Научились. Завидев патруль, немногочисленные прохожие останавливаются. Уже все знают, что британцы готовы в любой момент открыть огонь – на движение на крыше, по подозрительному человеку, да просто так, чтобы заглушить рвущийся наружу ужас. Британские солдаты не чувствуют себя в этом городе в безопасности. Им в Ирландии вообще нигде нельзя чувствовать себя в безопасности.

Кейн прицелился, скосив взгляд, отметил для себя, где лежат две запасные обоймы, потом вдохнул-выдохнул несколько раз, успокаиваясь.

«Всё, дальше пропускать нельзя, могут выйти из зоны обстрела», – подумал он, задержал дыхание и потянул спуск.

Выстрел. Перезарядка. Выстрел. Перезарядка, и так ещё три раза. Потом быстро, но без лишней спешки вставить новую пачку. Дослать патрон, прицелиться и выстрелить. Всё! Трое лежат с пробитыми головами, четвёртый дергается на земле. Пуля попала в шею – не жилец. А двое орут благим матом, держась за пробитые бёдра.

Как учил Ирландец, раненые отвлекут на себя внимание помощи, что поможет уйти из засады. К тому же они заражают паникой остальных солдат. Лучше быть убитым, чем раненым, а потом никому не нужным инвалидом.

«Сорок три убитых и одиннадцать раненых. И это только начало», – подумал Кейн, поднявшись и на корточках отойдя в глубину чердака.

Карабин и пачку с патронами – в тубус. Щеткой отряхнуть костюм. Её также в тубус. Люк, подъезд и двор – темный, сырой, из окон почти ничего не видно, особенно если знаешь, как идти. А если кто и увидит, то сможет дать описание: обычный чиновник, роста выше среднего, усы и густая борода, очки, ничем не примечательная одежда. Да и не любят здесь откровенничать. Из описания выпадает тубус, но это лучше, чем идти с карабином в руках. Двор, за ним еще двор. Шум остался позади.

«Кстати, усы и бороду надо сбрить или для начала бороду. Квартиру тоже сменить, как и район», – подумал Роберт, пересекая ещё один проходной двор.

Глава 13. Цусима

Первого ноября 1903 года помимо восстания ИРА произошло ещё одно событие, которое всколыхнуло мир куда больше, чем объявление об образовании Ирландской республики. За многие тысячи километров от Изумрудного острова в Цусимском проливе произошло ещё одно сражение между русским и японским флотами.

Неугомонный Степан Осипович, как только привёл в более или менее боеспособное состояние броненосцы «Ретвизан», «Севастополь» и «Пересвет», вывел всю Порт-Артурскую эскадру в море. Его целью была морская база Сасебо, где, по разведданным, в этот момент находились все броненосцы Японии: «Ясима», «Асахи», «Микаса», а также британские корабли под японским флагом: броненосцы «Альбион», «Голиаф», «Оушен» и броненосный крейсер «Кинг Альфред».

Чтобы усилить свои силы, адмирал Макаров отдал приказ прийти в Цусимский пролив на точку рандеву Владивостокской эскадре, состоящей из двух броненосных крейсеров и трёх бронепалубных. По плану Степана Осиповича, полученный перевес позволит русскому флоту поставить жирную точку в противостоянии с японским.

Для этого отряд крейсеров контр-адмирала Иессена, кроме «Рюрика», который теперь и десяти узлов не мог дать, должен был пройтись по восточному побережью Кореи, топя все японские суда и суда с контрабандой, и первого ноября выйти к острову Камидзима архипелага Цусима.

Этот отряд планировалось использовать как приманку для адмирала Кабаяма, который теперь возглавлял флот Японии. По данным мидовской разведки, восстановление японских броненосцев заканчивалось, а микадо требовал от своего флота прекратить безобразия, который творил Владивостокский отряд. Из-за такой ситуации Макаров рассчитывал на то, что адмирал виконт Кабаяма Сукенори не удержится и выведет против пяти русских крейсеров шесть своих броненосцев и броненосный крейсер.

Если такое произойдёт, то задача Карла Петровича будет привести за собой японскую эскадру к точке рандеву в Цусимском проливе. Если же Кабаяма не решится на выход в море, то тогда наши эскадры просто встретятся и после этого произведут совместную атаку на Сасебо.