Дионисов. За власть и богатство! – I (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 32

— Квартирка! Погнали смотреть, ага? А потом машину Рустаму купим.

Ну, мы и погнали — навстречу новой для нас земле.

Нас погрузили на автобусы — старые, с раздельными дверями под каждую группу сидений. Я до этого видел такие только в фильмах — что в этой, что в прошлой жизни.

Мы сидели рядом с Нанотолием, которого предварительно накормили бананом. Сидел тихо, смотрел в окно с большим любопытством.

И первое, что бросилось нам в глаза при выезде по району порта — толпы угашенных какой-то дрянью матросов, рабочих и рыбаков.

А ещё — команды крепких коротко стриженых молодчиков, шатающихся то ли без дела, то ли пасущих кого-то. Да уж. На самом деле, я уже кое-что понимал.

Город, вернее, все самые интересные его районы, однозначно попилены в лучших традициях первой половины двадцатого века молодёжными бандами и кланами. Конечно, совсем диким западом этот город не был — империя пока вполне успешно контролировала его, да и местный князь не позволял погрузиться в анархию.

Надо бы, кстати, к нему на аудиенцию скататься.

А ещё я заметил значительное число альбиносов со странными, неожиданно изящными для южных краёв лицами. Как какая-то затейливая смесь скандинавов и египтян. Я не сразу понял, кто они такие. А это были аборигены и метисы тех самых данайцев, неконтактных и неисследованных цивилизаций, которые за пару веков соседства всё-таки просочились из глубины континента. Алхимики бронзового века, загадочные океанские «эллины», которые попросту отсутствовали в моём прежнем мире.

Даже как-то не по себе стало от воспоминаний, полученных от реципиента.

В общем, понял я, акклиматизация и укоренение в этих краях явно будет не из простых.

Глава 15

Белый Берег и Дикая Горка

— Как интересно, — усмехнулась Ангелина. — Сколько алкашни. Или это не алкоголь?

— Знать не хочу, что они употребляют, и осуждаю это ещё больше, чем алкоголь, — прокомментировал я.

— Осуждаешь? Алкоголь⁈ Ты же вроде бы не из этих?

Разглагольствовать о моральной стороне вопроса, о том, что сам я отношусь к пьянству — действительно плохо, а традиционный вид заработка своей семьи на выпивохах воспринимаю как выполнение роли «санитаров леса» — я не стал.

— А вот при Болотниковых такого не было, — задумчиво проговорил Рустам. — Сухой закон же…

— Ты серьёзно сейчас⁈ — чуть не взвизгнула Ангелина. — Да они эту штуку только так и поддерживают! Наверняка сами варят и в колонии чужих княжеств поставляют.

— Это ирония была, если что. Поверь, Владимировна, я в курсе.

Мы проехали мимо небольшого парка, над которым возвышалось что-то огромное, белоснежное, невообразимое, и замотанное в леса. Совсем нетипичное для такого небольшого городка.

— Кто-нибудь знает, что это? — спросил я.

— Парфенон, — ответила Ангелина. — Точной истории не помню, кто-то из князей настолько проникся темой древней Греции, мол, полуостров же называется Аттикой, и климат схож. В общем, решил построить копию древнегреческих развалин на холме. Строят до сих пор.

Ехали мало, дома оказались совсем недалеко, в районе, который был чуть почище портового, но всё равно отдавал душком «чёрного города». В общем, это были две ещё недоделанных быстровозводимых трёхэтажных панельки, которые в прошлой жизни я бы назвал «хрущёвками». Хиленький заборчик, ни деревьев, ни благоустройства, кусок дороги с грунтовкой и вот это вот всё. Ладно хоть дождь закончился.

Что ж, как временное убежище сгодиться. Всё равно, бумаги на куда более интересную недвижимость у меня были при себе.

Долина Духов, кажется, так её назвал тот старик-нотариус в порту. Что ж, посмотрим, что за духи тут обитают.

Из автобуса высыпали новосельцы. Штирцы и ватага госпожи Крестовоздвиженской направились в соседний корпус. Кто-то охал, кто-то радовался. Мы же прослушали короткую лекцию местных чиновников — что и где находится, как пользоваться коммунальными услугами и прочим.

— Так, нам сюда, кажется, — сказала Ангелина, сверившись с документами, и повела нас к самому дальнему подъезду.

А там уже стоял грузовик в окружении знакомых мордоворотов, из которого доставали мебель. Пржевальские оказались нашими соседями, чему я немало обрадовался.

Охранники было в очередной раз нахмурились, но Северина жестом указала им расступиться.

— Значит, соседи? — по-прежнему слегка надменно и холодно, но с лёгкой улыбкой спросила она.

— Неужели вы здесь планируете жить? — удивился я.

— Ну, одну квартиру выдали, и скупила весь этаж в этом подъезде. Одна для Капиталины Павловны, — сообщила Северина, кивнув на свою экономку. — Две — подменные для людей из гвардии, и одна как дополнительная служебная для командировочных инженеров. Мы заранее заказали мебель в салоне. Сама я, конечно, планирую жить за городом. А вы?..

— Мы тоже за городом. Честно говоря, планируем туда переехать, как только обустроимся здесь.

Тут подошёл Рустам, который тащил клетку с Нанотолием. И холодная выдержка Северины внезапно дала сбой. Из железной леди она мгновенно превратилась в сюсюкающую старшеклассницу, присела к клетке и уткнулась в неё носом.

— Ой, а это кто такой пушистый у вас! Ой, какой красивый! Хвост какой! Носик! А что это ты у нас покушал, банан покушал? Можно же погладить, да?

— Разумеется, Северина Артуровна. Хотя я не стал бы его выпускать здесь, зверь у нас недавно, и не знаем, что будет.

Зверь, похоже, решил добить. Уткнулся через прутья носом в лицо Северины, протянул лапку, обхватил палец…

И тут Северина отпрянула, как ужаленная. Изменилась в лице, снова став серьёзной и холодной. Охранники тут же метнулись к нам, готовые стереть в порошок и меня, и Нанотолия, но она их остановила.

— Всё нормально. Так. Я просто вспомнила, что это такое. Зверь… хороший. Будьте с ним осторожны, надеюсь, знаете.

Мы с Ангелиной переглянулись, но Ангелина вовремя сориентировалась, чтобы не ударить в грязь лицом

— Знаем. Осторожны. Пойдём уже квартиру смотреть, Александр?

Я кивнул.

— Северина Артуровна, мы к вам вернёмся ещё с вопросом на тему сельского хозяйства. Сейчас лучше поспешить. Говорят, тут часто ломается электричество.

И примерно в этот же момент в корпусах моргнул свет. Поднялись на второй этаж. По дороге Ангелина, конечно, не преминула отпускать колкости, вроде:

— Нормально вышло, но давай только не как в прошлый раз, с актрисою. Разберись сначала, узнай её получше… Хотя, может, лучше и нашу рыжую «монашку»? Вот она вообще — огонь! И тебе же нравятся эти… с проблемами. Как ты тогда сказал — «девушки в беде»? Отличное выражение!

Квартира оказалась… Ну, что сказать. Стены ровные и даже с побелкой. Окна целые. Пара розеток на стенах — маловато, и, кстати, непривычного формата, видимо, в колониях другие стандарты. Порадовал готовый санузел с какой-никакой душевой.

Но ни мебели, ни плиты — ничего. А электричество спустя уже полчаса погасло окончательно, и засуетившиеся под окнами чиновники известили, что «возникли небольшие проблемы с нагрузкой, срок устранения — непонятен».

— Мне здесь не нравится, — сообщила Ангелина. — Где, говоришь, у тебя поместье?

— Какая-то долина Лауры. Сто — сто пятьдесят километров на запад. Предлагаю день перекантоваться, и туда — надеюсь, когда в следующий раз будем в городе, здесь будет потеплее.

И мы принялись решать проблемы по очереди.

В первую очередь мы спросили у соседей и консьержа, где покупать автомобили.

— О-о, у нас отличный салон завода «Варш» в районе Парфенона. Ещё салон марок «Консепсьон» и «Болти» в Белом Береге, это пригород…

— Хм… «Консепсьон», «Болти»… — продегустировала на языке Ангелина. — А есть чего понормальней, чтобы по бездорожью можно было, а?

— И подешевле, — добавил Рустам.

Консьерж поменялся в лице, нахмурился и сказал почти что полушёпотом:

— Вторниковский рынок, район Дикой Горки, тут недалеко, по Светлому Бульвару четыре квартала на юг. Там авторынок. Но… будьте осторожны. Там обретаются не самые высокородные господа.