Я подарю тебе свое разбитое сердце (СИ) - Мур Полин - Страница 8

— Что ж, мне тоже уже пора, — я поднялась с места. — Было приятно познакомиться, Стефан.

Парень поднялся следом, бросая на барную стойку несколько долларов за наши напитки, которые мы заказали уже после ухода друзей. Золотоглазый накинул на голову капюшон, а после перевел взгляд на меня.

— Я провожу тебя.

— Не нужно. Я в состоянии дойти сама, — улыбнулась и зашагала к выходу.

Уже на улице, когда я переходила через дорогу, парень догнал меня и, слегка схватив за руку, развернул лицом к себе, а после мы поменялись местами. В тот же миг мимо нас с грохотом пронеслась машина, колеса которой подняли в воздух целое море брызг из лужи. Вода обрушилась на нас, но парень не шевельнулся, продолжая укрывать меня своим телом.

— Ты в порядке? — тихо спросил он.

Парень аккуратно отодвинул слегка влажные пряди моих волос за ухо, и это простое движение наполнило воздух нежностью. В моем сердце что-то екнуло, и мне это совсем не нравилось.

— Да, — я отступила назад. — Спасибо…

— Не за что, — хмыкнул тот. — Не хочу навязываться, но мне будет спокойней, если я тебя провожу. Уже темно и небезопасно.

— Не хочу показаться грубиянкой, но мне не нужна охрана, — я улыбнулась. — Со мной все будет хорошо, Стефан, я вызвала такси, а тебе следует поскорее сменить одежду, а то можешь простыть. Доброй ночи.

Развернулась на своих сапожках, направляясь в сторону парковки. Подсознательно я чувствовала его взгляд на себе. Такой проницательный… Его просто невозможно не почувствовать.

— Доброй, Мили, — услышала я.

Перед тем как сесть в машину, я обернулась. Парень стоял на другой стороне дороги, прислонившись плечом к фонарю. На протяжении вечера каждый раз, когда я слышала его голос, во мне закрадывались странные чувства, которые до сих пор были мне незнакомы. Это было что-то большее, чем просто интерес (не симпатия!). Его присутствие вызывало мурашки по коже, и стоило мне поймать на себе его взгляд, я чувствовала, как мое сердце делает скачок.

Ужасное ощущение, когда стремишься жить настоящим, но прошлое, которое разрушило тебя и твое доверие, не дает покоя.

Той ночью, лежа в постели, я думала о его глазах. О его золотых глазах.

Глава третья. Адам

Пятнадцать лет назад. Милисенте семь лет.

— Астрид, ты готова? — в комнату, в которой я живу уже неделю, зашла моя мама.

— Да, мамочка! — я еще раз коснулась своими маленькими ручками до вельветовой юбки, которую подруга мамы сшила для нас на заказ.

— Боже, ты хотя бы раз можешь привести себя в порядок без моей помощи?

Женщина оглядела меня с ног до головы. Презрительно фыркнула, а затем направилась к моему шкафу.

— Надень это платье, — она протянула мне розовую вещицу из приятного материала, на которой нарисованы вишенки. — У тебя две минуты.

С этими словами мама вышла из комнаты, оставив меня одну. Я быстренько стянула с себя юбочку и белую рубашку, а вместо них надела платье. Завязала пояс, поправила воротничок, надела бежевые туфельки и спустилась вниз, где родители уже ждали меня.

— Тебе нужно научиться быть пунктуальной, Астрид, — отец посмотрел на часы. — Некрасиво заставлять людей ждать, тем более таких важных как Родриго Феррар.

Имя человека мне ничего не дало. Я стояла на нижних ступеньках лестницы и смотрела в пол, чувствуя, как вина проникает в мое маленькое сердце. Слезы подступили к глазам, но я смогла подавить их. Знала, что папа не любит, когда девочки плачут.

— Астрид, предупреждаю, если хотя бы что-нибудь разобьется, ты будешь сидеть в чулане до конца каникул, поняла? — отец взял меня за руку.

— Да, папочка…

— И не смей разговаривать с мальчишкой, — добавила мама.

— Да, мамочка…

Родители одобрительно выдохнули, и мы вместе покинули дом моего дядюшки. Дядя Альфред живет в Италии вместе со своей женой уже десять лет. Сейчас мы находимся в Тоскана. Здесь очень красиво. А мужчина, к которому мы сейчас идем в гости, имеет большой участок, на котором он выращивает виноград, а потом делает из него вино. Виноградники здесь есть почти у каждого человека. Дядя Альфред говорит, что в этом особенность городка.

Мальчишка, с которым мне запретили разговаривать, внук дяди Феррар. Несколько раз я видела, как он со своими друзьями задирает девочек из других домов. Знаю, что его зовут Адам, и мое впечатление о нем не самое лучшее. Он хулиган, а это плохие люди.

— Бенджамин! — дядя Феррар пожал руку моему папе.

— Прости, что немного задержались, — папа взглянул на меня, а я поджала губы. — Непредвиденные обстоятельства.

— Да Бог с этим опозданием! Дайте мне посмотреть на эту красавицу! — мужчина присел на корточки, и теперь мы оказались одного роста. — Ты Милисента, да? Я Родриго, держи конфету.

Я попятилась при виде сладости. Посмотрела на маму, которую осторожно мотнула головой.

— Называй ее Астрид. Почему-то имя Милисента она ненавидит, — произнес папа, поглядывая на меня.

Я перевела взгляд на дядю Феррара, а затем улыбнулась.

— Спасибо, дядя Феррар, мне нельзя сладкое, у меня аллергия.

Ложь. У меня нет аллергии. Мне просто нельзя есть подобную пищу, потому что от этого я стану толстой и никому не нужной. По крайней мере, так говорит мама, а она же не может врать.

— Ох, вот как… — мужчина немного расстроился. — Тогда иди на задний двор, там Адам, можете с ним поиграть. На мальчиков у тебя же нет аллергии?

— Нет, дядя Феррар, — ответила я, начиная комкать в руках подол платья, зная, что дома за это мои руки высекут линейкой.

Мужчина погладил меня по голове, и я на трясущихся ножках пошла во внутренний двор, в котором прежде ни разу не была. Я специально не стала оборачиваться, чтобы посмотреть на родителей, потому что знала — они недовольны, ведь они хотели, чтобы в течение вечера я была у них под носом.

Пройдя через большую дверь в другом конце дома, я вышла на улицу. Это был не просто внутренний дворик. Это бесконечное виноградное поле, поблизости от которого находится конюшня. Я никогда не видела лошадей вживую, поэтому мой детский интерес переборол все мое понимание, что дома меня накажут. Я огляделась по сторонам. Адама не было видно. Спокойно выдохнула и побежала к конюшне. Семь огромных лошадей поприветствовали меня громкими фырканьями. В середине стояла красивое длинногривое животное. По сравнению с ней я была букашкой, мешающейся под ногами. Мои ноги сами повели меня к ней. Я обошла ее справа, слева, спереди, а затем мне захотелось посмотреть на ее красивый хвост. Кончики пальцев коснулись жесткой шерсти, и когда я была готова повернуть голову, чтобы рассмотреть хвост, меня кто-то схватил и резко оттащил назад.

— Что ты делаешь?! Тебе не говорили, что нельзя подходить к лошади сзади? — мальчик осмотрел меня с ног до головы, а когда поднял взгляд, я поняла, что передо мной стоит Адам. — Язык проглотила?

Мне запретили с ним разговаривать, поэтому я не буду этого делать. Он плохой. Лучше я сейчас просто пойду посижу на лавочке или пособираю цветочки, чтобы сделать маме венок.

Сделала несколько шагов вперед, обошла мальчика, и когда проходила мимо лошади, я услышала ее громкий рев. То, что произошло дальше, я запомнила на всю жизнь. Лошадь встала на дыбы, начиная размахивать передними ногами. Я замерла, мое сердце забилось чаще. Мне хотелось верить, что эта лошадь не может причинить мне вред, но будучи маленькой девочкой я не могла понять, как я должна реагировать.

Лошадь сделала шаг вперед, и в этот момент ее копыто, казалось, сотрясало землю. Я почувствовала, как в моей груди заколебалось что-то странное. Внезапно лошадь опустилась вниз и, дотянувшись до меня, слегка ударила по руке, которой я прикрыла голову.

— Изи!

Я слышала голос Адама, который пытался вразумить лошадь, но из-за паники, которая засела в моей голове, не могла разобрать его слова. Только через несколько минут, когда лошадь успокоилась, я убрала руки от головы. Мой локоть был разодран, кровь хлестала в разные стороны, пока по моим щекам текли слезы.