Black Sabbath. Симптом Вселенной - Уолл Мик - Страница 49

— И на этом все, — вздыхает Дэйна. — Больше я ничего не слышал, за исключением того, что Оззи собирался обратно в Великобританию…

И тут в нашей истории появляется человек, чье музыкальное и поэтическое дарование стало «инь» для «ян» Рэнди, когда дело дошло до сочинения песен, которые, пусть они этого тогда и не знали, возродили разрушенную карьеру Оззи: Боб Дэйсли. Сейчас ему 63 года[30]; родившийся в Австралии басист впервые сделал себе имя в Великобритании в начале семидесятых, играя с изобретательными блюз-рокерами Chicken Shack, а затем собрал Widowmaker с бывшим гитаристом Mott The Hoople Ариэлем Бендером — еще одна группа, которая подписалась на Jet Records, но ничего толком не добилась. Затем он играл на бас-гитаре в Rainbow, а после того, как в 1979 году ушел от них Дэвид Арден, брат Шэрон, который тогда был управляющим лондонским офисом Jet, предложил ему поработать с Оззи.

— Они хотели, чтобы группа оставалась по большей части британской, — вспоминал Дэйсли у себя дома в Сиднее. Так что поиски гитариста начались сначала. — Но в Англии никто не хотел иметь с ним дела. А потом Оззи рассказал мне об этом гитаристе из Лос-Анджелеса, который работал учителем. Я представил себя парня с трубкой, в тапочках и кардигане. Но Оззи сказал, что он отличный гитарист, и я сказал: ну, давай его привезем. Дэвид Арден сначала упирался, но в конце концов сказал, цитирую дословно: «Вопреки здравому смыслу я согласен привезти этого неизвестного парня из Лос-Анджелеса».

Никто не знал, с какой же неохотой Рэнди Роадс совершал этот прыжок в неизвестность. Кэти Роадс вспоминает:

— Мама уговорила его поехать. Он преподавал в маминой школе и очень любил учить детей. Но мама сказала: наверное, это твой шанс по-настоящему прославиться. Она знала, что он талантлив, и думала, что после этого его наконец-то заметят. Но он не хотел ехать. Мама сказала: «Ты поедешь». — «У меня нет куртки». — «Мы купим тебе куртку».

Приехав в Лондон в сентябре 1979 года, Рэнди каждый день звонил домой и присылал открытки и письма, жалуясь, как он «тоскует по дому».

— На самом деле никто из нас никогда не уезжал далеко от дома, — вспоминает Кэти. — А тут он вдруг оказался в большом мире, да еще и в компании Оззи Осборна, полной противоположности Рэнди, для него наверняка это было очень тяжело.

Когда Боб наконец-то встретился с неизвестным парнем в лондонском офисе Jet, я спросил у Оззи: «Он что, гей?», потому что у него были идеальные ногти, аккуратно причесанные волосы, хорошо подобранная одежда, все такое. Но очень быстро стало ясно, что он все-таки не гей.

Рэнди и Боб стали музыкальными партнерами, которые возродили разрушенную карьеру Оззи и изменили весь американский рок восьмидесятых.

— Оззи был вообще не в себе, целый день курил травку и пил. Я пытался привести его в чувство, и он стал меня называть Сидом Серьезным [31]. У Рэнди были аккорды, мы превращали их в песни. Потом мы играли музыку, Оззи начинал петь и придумывал вокальные мелодии. Я забирал пленку с вокальной мелодией и сочинял тексты, которые подходили под его фразировку.

По словам Дэйсли, они считали, что работают не над сольным альбомом Оззи, а над дебютной пластинкой группы под названием Blizzard Of Ozz. По крайней мере, именно так сказали бывшему барабанщику Uriah Heep Ли Керслейку, когда он присоединился к коллективу в декабре 1979 года. Именно это хотел услышать и Рэнди Роадс — и впечатление лишь подкрепилось, когда он спросил Оззи, нельзя ли ему записать 50-секундный гитарный инструментал, названный Dee, в честь матери, и Оззи ответил: «Это и твой альбом тоже». Или, как Рэнди сказал в интервью того времени, «музыка Оззи — наша общая. Много раз бывало так, что он придумает мелодию, а я сыграю подходящий рифф. Он что-нибудь напевает, а я говорю: „Эй, у меня есть аккордовая последовательность, которая тут подойдет!“ Бывало и так, что я сижу, занимаюсь, а он говорит: „Мне нравится этот момент, запомни“. Конечно же, запомнить я это не смогу. Так что мы сразу садимся и начинаем работать над песней». Идея, что это будет совершенно новая группа, продержалась лишь в течение работы над первым альбомом. Все стало очевидно после того, как начали продавать первую гастрольную атрибутику — на которой большими буквами было написано OZZY OSBOURNE. Название Blizzard Of Ozz использовали для первого альбома Оззи, но запустили его как сольный проект, что бы об этом ни думали остальные музыканты «группы».

Альбом был записан на «Ридж-Фарм», студии-резиденции в Суррее, под руководством продюсера-новичка Макса Нормана, и результатом стал девятитрековый шедевр хеви-метала, до сих пор остающийся одной из лучших работ Оззи. Собственно, четыре песни — энергичный первый трек I Don’t Know, воодушевляющий гимн Carzy Train, ода недавно скончавшемуся вокалисту AC/DC Бону Скотту Suicide Solution и по-настоящему пугающая Mr Crowley — стали краеугольными камнями концертных шоу Оззи на тридцать лет вперед. Альбом вышел в Великобритании в сентябре 1980 года и сразу же попал в Топ-10 хит-парада, и этот успех все-таки помог Рэнди преодолеть неуверенность, которую он все еще чувствовал, отправляясь на первые британские гастроли с Оззи. «До знакомства с Оззи я очень неуверенно чувствовал себя на сцене, — размышлял Рэнди. — Если мои усилители плохо работали или звук был плохой, это всерьез сказывалось на моей игре. Работа с Оззи придала мне самоуверенности. Он заставлял меня пробовать и делать такое, до чего я один не дошел бы никогда». Тем не менее, учитывая, что у них был всего один альбом материала, концерты каждый вечер заканчивались тремя классическими вещами Sabbath: Iron Man, Children Of The Grave и Paranoid. Рэнди их просто ненавидел.

— Он не мог понять, почему им все еще приходится играть песни Black Sabbath, — говорит Келли Роадс.

Он надеялся, что к тому времени, как группа запишет второй альбом, опираться на прошлое Оззи станет уже необязательно. Рэнди подумал, что причина именно в этом, когда Шэрон Арден, которая недавно вернулась и снова занялась повседневными делами, связанными с карьерой Оззи, решила срочно отправить их на «Ридж-Фарм» и записать второй альбом, прежде чем начать первые гастроли по США.

Роадс был неправ.

Первое, что сделал Рэнди Роадс, получив первый чек на большую сумму, — купил «очень, очень дорогую» акустическую гитару, которую сделали на заказ в Испании, чтобы заниматься классической гитарой. Она обошлась ему в 5000 долларов — немалые деньги для 1981 года. Но это была его единственная экстравагантная трата. Рэнди так говорил о новообретенном успехе: «Я еще до конца всего не осознал. Во мне все еще остается мое прошлое, и я пытаюсь повзрослеть и понять все это, но не могу сказать, что твердо стою на ногах. Я даже не знаю, кто я такой и что я такое. Говорят, что успех бьет в голову и делает тебя эгоистом. Глупость полнейшая. На самом деле он пугает и присмиряет тебя».

Когда команда в начале 1981-го отправилась в студию, у них было лишь несколько готовых песен, в отличие от первого визита на «Ридж-Фарм» год назад. Некоторые из них получились из фрагментов композиций старых групп Боба: басовый рифф из песни Black Sally, сочиненной Бобом для Mecca, лег в основу Little Dolls. Другой басовый рифф из еще одной группы Боба, Kahvas Jute, задействовали на You Can’t Kill Rock And Roll. Рэнди вспомнил свое глэмовое прошлое с Quiet Riot и сочинил неряшливый рифф для Flying High Again. Он был перфекционистом и не привык работать с музыкой наспех, лишь бы успеть к сроку сдачи, обозначенному лейблом, так что остался недоволен вторым альбомом Оззи. «От некоторых песен меня просто в дрожь бросает, — позже признавался Роадс. — Нас очень торопили в студии, потому что надо было ехать на гастроли в Америку».

Тем не менее и в альбоме Diary Of A Madman, названном в честь одной из самых вдохновенных песен Рэнди, были отличные моменты. В частности, эпический и по-настоящему пугающий заглавный трек. Рэнди особенно обрадовался, когда Шэрон позже решила ставить его атмосферное вступление вместо Carmina Burana в качестве предконцертной фонограммы на шоу Оззи. Куда меньше ему понравился скандал в американской прессе, разразившийся после того, как появилась новость, что Оззи откусил головы двум живым голубям на собрании лейбла в Лос-Анджелесе. Никто на CBS — дистрибьюторе Jet в Америке — не относился к сольной карьере Оззи серьезно, рассказала мне Шэрон. Так что она решила, что Оззи сделает «широкий жест» — приедет на ежегодное собрание и пообщается с корпоративными шишками. Кроме того, планировалось, что он произнесет небольшую речь с комплиментами в адрес сотрудников компании перед американским релизом Blizzard Of Ozz. Под конец речи Оззи должен был эффектно выпустить трех белых голубей прямо к собравшимся руководителям и рядовым работникам CBS. Но возникла проблема: Оззи прямо в машине, направляясь на собрание, уговорил целую бутылку бренди.