"Сломанная подкова" Таверна у трёх дорог (СИ) - Скор Элен - Страница 13

- Ну, что ж, показывай наши владения, - вздохнула я, подхватывая саквояж и продираясь сквозь заросли вслед за котом.

Мейдж гордо задрав хвост шествовал впереди. Он привёл меня к старому рассохшемуся крыльцу. Вблизи всё выглядело ещё хуже. Может, внутри не столь печально?

Вот только на толстой и довольно добротной двери висел огромный амбарный замок. Я подёргала его, в надежде, что он сам откроется, но чуда не случилось.

- Ключ под крыльцом, - подсказал кот, нырнув сквозь прореху в досках.

Скоро он вернулся, таща за собой большой кованый ключ. Взяв его в руки, я залюбовалась покрывавшим его узором.

- Красиво!

- Хозяин сам ковал!

- Он что же, кузнецом был? – удивилась я.

- Ещё каким! К нему со всей округи съезжались. Правда, это давно было, - кот погрустнел, - когда хозяин помоложе был. А как постарел и глазами слаб стал, всё жалел, что нет у него ученика, чтобы дело ему своё передать. Потому тебе всё и оставил.

Я вставила ключ в замочную скважину, он легко провернулся, замок щёлкнул, открываясь. Толкнув дверь, я вошла внутрь дома. Тут царил полумрак, но всё же можно было рассмотреть большую, очень захламлённую комнату со старой мебелью и камином.

Поставив саквояж на то, что когда-то было диваном, я пошла осматриваться. Дом был добротным и явно знавал лучшие времена. Чувствовалось, что хозяева были если не богачами, то довольно обеспеченными людьми. Жалко, что всё это пришло в упадок.

По словам кота, дядюшка последние годы пользовался только кухней и соседней с ней комнатой, которую оборудовал под свою спальню. В остальные комнаты он не заходил по несколько месяцев. А на второй этаж так и вовсе не поднимался, больные колени давно не слушались старика, и лестница стала для него непреодолимым препятствием.

Помня про дыры в крыше, я даже боялась представить, что там творилось. Но всё не так уж и плохо! Нам есть где ночевать. На кухне я нашла много разной посуды, радуясь, что никто на неё не позарился, пока дом стоял без хозяина. Кладовка была забита ящиками, деревянными бочками, корзинами и пустыми мешками. Мейдж показал мне дверь в подвал, но я решила осмотреть его позже.

Ещё одна дверь из кухни выходила прямо на задний двор. Отодвинув массивный засов я вышла на улицу. Видимо дядюшка до последнего пытался поддерживать тут подобие хоть какого-то порядка. Под старой раскидистой яблоней стояло плетёное кресло, а чуть дальше было разбито несколько грядок, сейчас уже изрядно поросших вездесущими сорняками.

Надворные постройки, сараи, вдоль покосившегося забора ряд плодовых деревьев. Я заметила на ветвях завязь будущих слив и груш.

Пройдя чуть дальше, уткнулась в каменную стену. Мейдж пояснил, что это и есть кузница. Казалось, время обошло её стороной. Стены из плотно подогнанных друг другу камней взирали на всё с молчаливым спокойствием. Часть кузницы была во дворе, а часть выходила за забор.

Отодвинув болтающуюся на одном гвозде дощечку, я выбралась наружу. С этой стороны можно было оценить размеры кузни, и они были совсем не маленькие! А над самой дверью, покачиваясь на цепях, висела большая, сломанная подкова.

Ещё я заметила, что дверь кузни выходит на другую дорогу, ту, что поуже. Получалось, что усадьба стоит как раз в этаком треугольнике между дорог.

Вернувшись во двор сквозь дыру в заборе, я направилась к дому. Нужно поесть и привести в порядок хотя бы одну комнату, где мы могли бы спать.

На обед мы доели оставшиеся в корзинке припасы, а за водой я сходила к колодцу, при этом заметив проезжающую мимо карету. Значит, этот тракт довольно оживлённый. Про рабочий посёлок я уже знаю, может, тут неподалёку есть ещё деревни или городок какой? Это я не от праздного любопытства, нам нужно где-то покупать себе еду.

Мейдж подтвердил: есть и деревня и городок и даже ещё одна усадьба, совсем недалеко. Именно там проживал хозяин своры собак, что гоняли его по огородам. А ещё он часто ходил в горы, охотиться на фазанов и перепёлок, поэтому на его кухне всегда было чем поживиться.

Я приободрилась, оказывается тут не такая уж и глушь, как я сначала думала. А раз есть деревня и город, значит можно найти работу. Могу пойти, например, кухаркой. Готовить я умею, целый завод кормила!

На этой оптимистичной ноте, я занялась уборкой, выбрав для себя ту комнату, где до этого жил дядюшка. Кровать там добротная, есть шкаф и письменный стол, опять же – кухня рядом. А ещё, это единственная комната, где не были заколочены ставни.

Первым делом нашла длинную палку, обмотала один её конец тряпкой, благо этого добра тут было полно, и принялась смахивать затянувшую углы паутину. Обмела стены и потолок от пыли, сняла вусмерть замызганные шторы, вымыла окно, пока только изнутри, после чего принялась за полы. Теперь комната приобрела более-менее жилой вид.

Уже потеряла счёт, сколько раз ходила к колодцу и обратно. Мимо дома проезжали кареты, телеги и просто всадники, никто из них даже не обращал на меня внимания.

Я не доставала волшебную палочку с того самого дня, когда пыталась превратить медные монеты в серебряные. Немного волнуясь, а вдруг лимит волшебства закончился, взмахнула ею над кроватью, облегчённо выдохнув, когда над постелью взметнулось целое облако волшебной пыльцы. Палочка не подвела!

С её помощью я обновила постельные принадлежности, старенькую, потёртую мебель и тканевые обои на стенах. Решила сильно не усердствовать, давая палочке отдых.

Впрочем, отдых нужен был и нам с Мейджем, кот помогал по мере своих сил, и теперь его самого нужно чистить от вездесущей пыли и свисающей с ушей паутины.

Закончив со с своей комнатой, я всё же рискнула подняться на второй этаж. Как оказалось, всё не так плохо, пыль, паутина – куда уж без этого, но закрытые ставнями окна уберегла стёкла, и в комнатах царил относительный порядок. Если бы не жёлтые разводы на потолке и осыпавшаяся побелка, я бы даже не вспомнила о дырявой крыше.

В конце коридора нашла ведущую на чердак лестницу, вот тут всё было намного хуже. Крыша прохудилась сразу в нескольких местах, старые стропила сгнили, часть из них свисала вниз, чуть ли не до самого пола. По углам чердака высились кучи нанесённых сюда ветром прошлогодних листьев, а в одном месте росла молоденькая, трогательно тонкая берёзка.

Руки прямо чесались привести тут всё в порядок, но я дала себе обещание не перегружать волшебную палочку. После того случая, я очень боялась, что она может внезапно сломаться. Для себя я это обозначила, как время на перезарядку.

Оставив чердак на завтра, я спустилась вниз. Последний раз сходила к колодцу, умылась прохладной водой и переоделась в чистое платье.

Поужинали мы остатками наших дорожных припасов. У меня просто не было сил что-то готовить, да и по правде говоря - не из чего. К тому же сначала нужно привести кухню в порядок и разобраться в работе большой кухонной печи. Кот сказал, что дрова можно взять в одном из сараев, а вместо спичек нужно использовать огниво.

К такому подвигу я пока была не готова, да и за окном стремительно темнело, скоро передвигаться по дому можно будет только на ощупь. Хорошо, что я вовремя вспомнила про огарок свечи.

Впрочем, долго засиживаться я не планировала – устала жутко, поэтому попив водички и переодевшись в ночную сорочку, нырнула под одеяло. Кот лёг в ногах, он долго ворочался и вздыхал, потом тихонько соскользнул с кровати и вышел из комнаты, ловко приоткрыв дверь когтями.

- Дверь за собой закрой, - сонно пробормотала ему вдогонку.

Дверь тихонько скрипнула и снова настала тишина. Лишь ветви растущего под окном дерева тихо шуршали от запутавшегося в них ночного ветерка.

Утром я ещё некоторое время нежилась в постели, радуясь, что подо мной мягкая кровать, а не продавленное сиденье дилижанса. Сейчас бы ещё чашечку чая и вот оно – полное счастье!

Вот только чтобы эту чашечку приготовить требовалось сначала встать, принести из сарая дрова, разобраться с огнивом и растопить печь. Хорошо ещё, что я воды с вечера принесла.