Трактирные истории (СИ) - Крылова Катерина - Страница 9

Страна была переименована в Империю Герцогств. В ее главе встал род Нидаль, а его прямыми вассалами — пять герцогов-магов. Расцвет Империи пришелся на правление следующих пяти поколений императоров и герцогов. Сначала они тратили колоссальное количество магии для восстановления того, что пришло в упадок со времени Исхода. В первую очередь, речные и сухопутные пути сообщения между крупными городами Герцогств, городские коммуникации и жизненно важные для страны предприятия. Высокие, как назвал магические рода народ, стали для своей страны героями. Люди понимали, что высокие делают всё, чтобы жизнь простого народа стала лучше и проще. Естественно, многое было потеряно и забыто, на многое просто не хватало магии. Так, для экономии энергии лей магами была изобретена система артефактов, которая поддерживала работу городских водопроводов, канализаций и систем связи. Герцогские печати играли роль постоянной подпитки артефактов. Несмотря на то, что хранились они в сокровищницах герцогских замков, те пару раз в год привозили их в крупные города своих территорий, чтобы подзарядить артефакты. Пользоваться печатями мог любой маг с сильной искрой, поэтому шесть высоких родов решили обезопасить своих потомков. Они привязали печати к своей крови. Теперь пользоваться ими мог только человек, в котором текла кровь либо императорской семьи, либо одного из герцогских родов.

Каждое поколение герцогов заботилось о правильном воспитании наследников. Даже правильном подборе крови, вливающейся в род. Сначала-то они все между собой перероднились, чтобы «не разжижать кровь». Потом, получив по паре умственных и физических уродов в род, переключились на тщательный подбор претендеток и претендентов на место супруги или супруга наследников первой, второй и даже третьей очереди. В городах даже появились специальные учебные заведения для знати, где молодые люди не столько учились, сколько имели возможность познакомиться и присмотреться друг к другу. Естественно, окончательный выбор за своего наследника делал или делала глава рода, смотря исключительно на силу искры или возможность ее возникновения в предполагаемом женихе или невесте. Герцоги как и Император изо всех сил старались сохранить и приумножить магию в крови.

Тем не менее магия герцогов от поколения к поколению постепенно начала иссякать. Даже несмотря на то, что любой наследник, пусть с самой тусклой искрой, мог использовать печать для ее основного назначения — зарядки артефактов, герцоги забили тревогу. Без артефактов моментально выходили из строя все коммуникационные системы городов и производств. Население буквально тонуло в нечистотах. Исправить ситуацию быстро могли бы герцоги-соседи со своей печатью, но до них приходилось отправлять гонцов, потому что система связи так же отказывала. Тогда-то высокие рода обратили внимание на ведьм и ведьмаков…

— Ринка! Ты где, свиввова девка! — голос Тларга вырвал меня из размышлений.

Пришлось попрощаться с псами и идти на кухню.

— Господин императорский маг хочет на всех посмотреть! — ворчливо заявил трактирщик.

— И чего ему на нас смотреть? Иль мужикам в штаны заглянет, что не девка? — хохотнул Мих.

— Может и заглянет, — не поддержал шутку хозяин, — а только выйти придётся.

Интересно и чем это так запугал господин имперский маг неприступного и всегда спокойного перевертыша, подумала я, подхватывая из корзинки Марка и пристраивая у груди. Пусть его перетянет внимание на себя.

Господин императорский сыскной маг сидел за лучшим столом, отделённым от зала шпалерой с вьюшкой и поглощал свой завтрак. С тех пор, как завтраки стали моей обязанностью, гости куда как чаще оставались откушать в таверне, а не бегали по новомодным чайным.

Невысокий, худощавый, с темными, как у всех магов, глазами, длинными ниже плеч русыми волосами, и острым взглядом, мужчина, почти юноша, уставился на подошедшую троицу. От его пристального взгляда даже у ни в чем не повинных кухарей мурашки по спине побежали, а у меня так и вовсе строем прошли. Я немного ущипнула Марка, чтоб он запищал. Прости сынок! И активно начала его укачивать, отчего пищание сменилось откровенным рёвом.

— Простите, господин, голодный он, кормить пора, — промямлила я, опуская взгляд и шмыгнула носом. Играть робость крестьянки перед высоким даже не пришлось, настолько я была испугана.

Маг скривился, жестом отпустил нас восвояси и подозвал Тларга.

Мдааа, а ведь маг не так прост, в смысле, не простых собак собака. Ага, гончих! Просканировать и понять, что там у него за дар, ясен перец, я не могла, иначе б выдала себя с головой, а пока мои способности не активны, хоть как меня проверяй. Девка и девка, да ещё и с новорождённым. А воровка беременна не была, а если и была, то по срокам не подходит, тут же дитю явно пять-шесть месяцев от роду. Да и на момент кражи никакого ребёнка у неё не было, да и быть не могло. Уж в замке полном челяди пузо, лезущее на нос, не заметить нельзя.

Глава 3

Табола дель Наварра

Примерно те же самые мысли крутились и в голове мага, но проверить он был должен. Его дар позволял ему не только наводить иллюзии, но и смотреть сквозь них. Преступника не спас бы и амулет, изменяющий внешность или скрывающий магию. Табола и сам носил такой. Нечего каждому узнавать в нём личного помощника по особым поручениям начальника императорского сыска. Рина даже не догадывалась как метко она охарактеризовала приезжего мага. В город Каралат его отправило чутье гончей, которой он, собственно, и был. Только личной, императорской. Пока основные силы сыска были брошены по следу денег и непомерных трат, он шёл по следу печати. Табола даже не сомневался, что девчонка действовала не одна. Скорее всего, план был продуман заранее до мелочей и готовился не один год. Группа лиц по предварительному сговору… Деньги ладно, поделили и свалили, но зачем им печать?!! Проку от нее никакого кроме как для императорской и высоких семейств, являющихся хранителями. А вот вреда от ее отсутствия очень уж много. Либо… либо это заговор. Императорские песочники сейчас пока осторожно пересыпали всех, кто мог пользоваться печатями нидлундов или хотя бы иметь возможность надавить с её помощью на императора. Версии прорабатывались все, даже самые нереальные: от императорских и герцогских бастардов и иностранных засланцев до воскрешения нидлундов, чтоб им ягхры стрелами пятки утыкали!

В Каралат маг приехал вчера вечером и сразу отправился в «Снежных волков». Постоялый двор имел репутацию спокойного места с сытной кухней и сговорчивыми подавальщицами. Хозяин, немногословный и суровый потомок перевертышей, держал работников строго, но и в обиду не давал. Хотя даже его, знавшего подобные заведения, приятно удивила обстановка и блюда. Комнаты постояльцев были чистыми и обладали простыми, но такими приятными удобствами. Опять же в трактир стекались все городские сплетни. Официальное расследование с поддержкой главы города, Сыска и стражников — это одно, а слухи, которые ходят в народе — совершенно другое. Зачастую пьяные беседы в полумраке трактира оказываются куда полезнее для дела, чем десяток допросов «по форме». А эта воровка уже успела стать кем-то вроде народной героини. Неужели людям настолько плохо в Асоме, что собственного господина, да что там господина, собственные деньги, отданные в уплату налогов, на которые содержатся дороги, стража, очищающая земные и речные пути от разбойников, императорские бесплатные лекарни, приюты да и много что ещё, им не жалко⁈ Рожденный в высокой семье и воспитанный в духе служения Империи маг, о многом и не догадывался, хотя с тем самым народом сталкивался куда чаще иных высоких.

Позавтракав овощными оладьями, «интересно из каких это овощей они», Табола отправился в город. В Каралате несмотря на бурную биографию и географию он был впервые. Город понравился ему с первого взгляда. Вчера, только шагнув на пристань, он машинально оглянулся на корабль, чтобы мысленно попрощаться с приятным путешествием и попутчиками. Табола замер, увидев закат над водами Вильты. Они сияли теплом. Все оттенки красного, розового, оранжевого и золотого играли на волнах, в парусах кораблей и лодок, на досках пристаней…