Трактирные истории (СИ) - Крылова Катерина - Страница 10

Город поразил своей многолюдностью и суетливостью. При этом здесь не пахло нечистотами, как в «беспечатных» городах. Так называли городки, где отсутствовала система артефактов, поддерживающая местные коммуникации. А Каралат, несмотря на свой размер и стратегическое значение для герцогства и всей Империи, был именно таким. Даже за пределами порта на улицах города царила оживленность, присущая провинциальным городам лишь во время народных гуляний. Табола даже несколько склянок думал, что так оно и есть, и он забыл о какой-то общеимперской дате. Но быстро в этом разуверился. Улицы и улочки были наполнены деловито спешащими по своим делам людьми и продающими на каждом шагу свою снедь торговками, даже парочку снующих карманников он заметил. Визит к градоправителю и в службы правопорядка он решил отложить до завтра. Его ждала вкусная еда и отдых.

Сейчас же он наслаждался прогулкой по городу. Она, к его сожалению, длилась недолго, потому что «Волки» находились как раз между портовым районом и административным центром города. Градоправителю о своем визите он решил заранее не сообщать. Как, впрочем, и страже. Первыми в его списке были именно они. Казармы находились недалеко от главной площади. Монументальное каменное здание, выстроенное квадратом с большим двором в его середине. Плац был разделен на несколько частей. Где-то муштровали новичков, где-то проходила строевая подготовка, где-то велись тренировки по сплочению «звезд», читай пятёрок, стражей. Табола подошел к дежурным на входе, назвался, сообщил о цели своего визита к капитану.

«В этот раз нечего тратить время присматриваясь и разыгрывая простого посетителя,» — решил Табола. Иногда он этим развлекался в незнакомых городах, прощупывая обстановку и настроение простых стражников к народу. Но именно при таких маневрах вызывал впоследствии неприятие всего состава стражи города, что только мешало в расследованиях.

Капитана каралатской стражи Лудима господин имперский сыскной маг застал на плацу, где тот лично занимался сработкой «звезды». Высокий с виду грузный мужчина показывал стражникам как правильно работать клином с алебардами. Табола для себя отметил легкость, с которой двигается капитан. Плавность движений и сила удара, расколовшего деревянный манекен, говорила о том, что Лудим далеко не штабной служивый.

— Приветствую, капитан, — подошел к нему Табола, когда тот окончил показ приема.

— И я вас, — Лудим тряхнул шевелюрой, цвет которой называют «соль с перцем», кивком приказывая «звезде» продолжать отработку. — Пройдемте, господин маг, в более удобное для разговоров место.

Вычислить в нем мага мог любой житель Империи. Особенность искры — черные глаза, где почти не проглядывался зрачок. Спрятать это было невозможно ни под одной личиной.

Стражник развернулся и последовал к неприметной двери в центральной части здания. Таболе ничего не оставалось как направиться за ним. Действительно, разговаривать на плацу, где тебя может услышать каждый пробегающий мимо стражник, не с руки.

Мужчины молча дошли до кабинета капитана. У окна стоял массивный стол, вдоль стен располагались шкафы с бумагами и книгами и стойки с разными видами оружия. Солнечный свет от окна бил в глаза каждому, кто присаживался на стул посетителя по другую сторону стола, мешая смотреть на хозяина кабинета. Табола молча снял с себя амулет искажающий внешность и представился перевертышу настоящим именем и званием.

«Везет же мне здесь на потомков оборотней,» — промелькнула мысль.

— Простите за недоверие, но покажите ваш жетон, — ответил Лудим.

Табола достал небольшой золотой кругляш с изображением оскаленной песьей морды и скрещенных палашей под ней и продемонстрировал капитану. Тот протянул руку и маг спокойно передал его. Он понимал недоверие капитана, сам бы пять раз проверил, что за маг стоит перед ним. Одаренные, они тоже разные бывают…

Табола проследил как перевертыш чертыхнулся и перекинул жетон обратно. Затем потряс обоженной ладонью и уже более приветливо взглянул на мага. Подделать кругляш можно, но в руках удержать его может только тот, кому император отдал его лично. Остальных он обжигает. Такие жетоны различались по рангу, ранг по металлу. Золотой означал высшее доверие императора и императорской семьи.

— Что ж, рад познакомиться. Воды, взвара, чего-нибудь покрепче? — проявил он гостеприимство. — Или сразу к делу?

— Пожалуй, сразу к делу.

— Что ж, тогда я вас внимательно слушаю. Чем может помочь стража Каралата личному имперскому сыскному магу?

— Неужели не догадываетесь?

— Герцогская воровка, — четко обозначил причину появления мага в городе капитан.

— Она.

— В этом городе ее нет.

— С чего вы взяли?

— Я ведь первый месяц тоже искал ее. Хотя, предполагаю, что действовала она не одна. Даже, если воровка обладает мало мальским даром, вынести такую сумму в золоте и камнях, одной женщине не под силу. Да и сам план по-моему был долгосрочным и продумывался не один месяц, если не год, — начал делиться своими измышлениями капитан. — Примечательно, что Старый герцог пытался хранить хищение в тайне от простонародья, но новость об этом уж слишком быстро просочилась и обросла слухами и сказками. Вижу в этом определенную работу профессионала по сплетням. А это тоже, скорее всего, часть плана…

Лудим на протяжении своей речи внимательно следил за Таболой. К последнему предложению тот начал кивать словам капитана. Его посещали те же самые мысли.

— Что ж, я вижу ваша мысль идет по тому же пути, что и моя. Вы, случайно, сыскарем никогда не были? — резко переменил тему маг.

— Отчего ж не был. Был, — успехнулся капитан. — Если хотите, я поведаю свою биографию, но подозреваю, что она вам без надобности.

— Сейчас мне больше интересно, к каким выводам вы еще пришли, интересуясь этим делом, — улыбнулся Табола.

— Надо же, мои мысли были не интересны начальнику Каралатского Сыска. Кстати, почему вы пришли ко мне, а не к нему?

— С ним я знаком, — просто ответил Табола. Он действительно знал начальника Сыска Каралата еще по первым своим шагам на данной стезе. Знал не с лучшей стороны и искренне недолюбливал этого ленивого борова, гордящегося происхождением и только за счет него добившегося «тепленького местечка» начальника, пусть провинциального, но города. В столице Империи он бы и «звезду» в свое распоряжение не получил, кстати, даже в столице Герцогства Асом ему места не нашлось, не то, что в целый Сыск города. Тем более после одной нехорошей истории…

Барон Чендаре ни в грош не ставил человеческую жизнь, если в жилах данного человека не текла кровь высокого рода. Его расследования всегда приводили не к установлению истины, а к удобному решению вопроса для того или иного представителя знати. Закон и правила ведения следствия для Чендаре были наделены гибкостью и множественностью трактовок. Столичные сыскари сами были не худородны, поэтому влияния захудалого баронства Чендаре после скандала хватило только на то, чтобы замять дело и пристроить амбициозного сына без проблеска искры в провинциальный сыск.

— Тогда продолжаю, — понимающе усмехнулся Лудим. — Вам ведь не интересны золото и камни, исчезнувшие из сокровищницы. Вы ищете печать.

Капитан дождался кивка от Таболы.

— Насколько я знаю, магический фон печати должен был обнаружить ее в первые же несколько часов. Тем не менее уже несколько месяцев никто не может ее почуять. В магии я не силен, лишь изучал ее историю и теорию, чтобы вовремя понимать с чем столкнулся. Поэтому скажите, если я ошибаюсь. Печать — это идеальная зарядка для систем артефактов в герцогствах. Магу, связанному с ней кровью, либо магу императорской семьи, она помогает аккумулировать свои магические силы и сохранять их в потомстве. То есть, фактически такая печать в любых других руках, лишь бесполезный кусок железа. Или камня? — Лудим вопросительно поднял брови, но не дождавшись ответа продолжил. — Собственно, вывода я сделал два. Первый, печать у кого-то из бастардов герцогов Асомских. Заметьте, бастарда, наделенного хоть каплей силы. А, значит, будет претендент на кресло главы рода герцогства, либо банальный шантаж на денежки. Скорее, первое, что немаловероятно, учитывая крайнюю непопулярность среди народа что Старого герцога, что его сына. Второй, печать у кого-то из императорской семьи. Учитывая, что бастардов они не плодят, зато в принципе плодовиты, не кривитесь на правду, только наследников первой очереди шесть штук. Сдается мне, кто-то полезет на трон. Кто-то из своих. Заметьте, что из девушки молва сделала народную героиню. Представляете, слышал тут на базаре, что «герцогская воровка» раздаст деньги на паперти и восстановит справедливость для всех невинно угнетенных! Этих невинно угнетенных по городам, селам и, особенно, по тюрьмам пруд пруди. Большинство, кстати, совершенно не невинны. Но молва…