Свет vs Тьма. Избранная (СИ) - Иванова Ольга Владимировна - Страница 51

Но отца заинтересовало не это.

— Тебе дали в телохранители Темного? — спросил он.

— Никита уже не Темный… Он нейтрал… И…

— Подожди, — отец нахмурился. — Ты хочешь сказать, что этот парень решил стать Светлым?..

— Именно, — я кивнула. — И он принял такое решение благодаря вам… Никита до сих пор помнит о вас… И испытывает к вам безграничное уважение…и благодарность.

Отец поднял на меня изумленные глаза, а я неожиданно продолжила, выпалив на одном дыхании:

— И я рада, что тем человеком, которого так высоко ценит Никита, оказался мой отец…

— Спасибо, — теплая улыбка озарила сидящего рядом со мной мужчины, — ты не представляешь, как приятно мне это слышать от тебя… Ведь я понимаю, что тебе трудно принять меня как отца… Мы никогда не виделись… Ты всю жизнь думала, что я погиб… А теперь вдруг сваливаюсь на твою голову… Ты вообще могла отказаться принимать меня… И я бы понял это… Я хотел сказать, что ты можешь не заставлять себя общаться со мной…

— Нет, нет, это не так! — воскликнула я.

Во мне вдруг что-то сорвалось, и чувства, которые я так долго сдерживала и которые так боялась показать, наконец, стали выплескиваться наружу. Я вдруг поняла, что все мои страхи напрасны и передо мной действительно сидит мой отец. Отец, который не собирается отворачиваться от меня.

— Все не так, — повторила я. — Я тоже очень рада видеть… тебя, папа…

Улыбка отца стала шире, а глаза увлажнились. После этого он притянул меня к себе и заключил в объятия. Я же вцепилась ему в рубашку и все-таки разревелась. Слезы градом катились у меня из глаз, а я при этом испытывала счастье от того, что плачу на груди у своего отца.

— Мне так хочется узнать, как ты жила все эти годы, — говорил он тем временем, ласково поглаживая меня по спине, и от этих прикосновений тяжесть, заполнявшая мое сердце, постепенно уходила, — чем занималась, о чем думала, чего желала… Я хочу знать все о тебе, дочка…

— С одной стороны, для того, чтобы рассказать тебе все, не хватит и недели, — сказала я, наконец отрываясь от его груди и вытирая слезы. — А с другой… Всю мою жизнь до первого августа можно описать несколькими предложениями… Росла без родителей, воспитывалась бабушкой… Ходила в садик, потом в школу… Закончила ее с золотой медалью. Поступила в Университет, на экономический… Его тоже окончила с красным дипломом. Сразу же начала работать в банке, сейчас я ведущий специалист…

— Ты у меня такая умница, — с любовью произнес отец и заправил мне за ухо прядь выбившихся из хвоста волос. — Мама бы тоже гордилась тобой…

— Мама… — я тяжело вздохнула и откинулась на спинку дивана. — Когда ты с ней последний раз виделся?..

— Когда нам выдвинули обвинения в запрещенной любовной связи и взяли под арест, — на удивление спокойно ответил отец. Наверное, за столько лет он уже успел смириться с этой болью. — Ее забрали Темные, а меня Светлые… Больше мы никогда не виделись…

— Папа, а тебе легко далось решение стать Темным?..

— Я даже ни минуты не колебался. Это была моя единственная надежда быть ближе к твоей маме… Только Таня, твоя мама, подумала так же… Глупая, зачем она так сделала?.. — он с печальной улыбкой покачал головой. — Она всегда была такая отчаянная… А потом еще оказалась, что она беременна… Но даже после этого меня и близко к ней не подпустили… И когда ты родилась тоже… Потом же Таня умерла, а тебя забрала ее мать… По правде говоря, я уже и не надеялся, что смогу когда-нибудь увидеться с тобой…

— Что уже говорить обо мне? — я усмехнулась сквозь слезы. — Я вообще думала, что тебя нет в живых…

— Теперь все будет иначе, даже если мы и не сможем часто видеться. Главное, что мы знаем, что есть друг у друга, — отец накрыл своей ладонью мою руку.

Я хотела улыбнуться в ответ, но вместо этого с моих губ сорвалось испуганное:

— Нет…

Я немигающими глазами уставилась на наши сплетенные руки. Папин сигнум неожиданно начал вести себя совершенно так же, как и Никитин: вначале он пришел в движение, а после из него, словно струйки дыма, потянулась Тьма… Она оплетала мое запястье, пытаясь проникнуть внутрь моего сигнума…

— Нет… — повторила я. — Это не может быть… Почему…

— Что это такое? — отец хоть и был озадачен этим странным для него явлением, но испуганным не выглядел.

Тут я вспомнила, что на кухне сидит Власов, и у меня все похолодело внутри. Я вдруг подумала, что отца могут забрать так же, как и Никиту.

— Уходи, — прошептала я. — Уходи, пожалуйста…

Но отец совершенно не хотел меня слушать.

— Аня, что это такое? — он даже повысил голос. — Ты понимаешь, что происходит с нашими сигнумами?..

— Уходи, умоляю тебя, — я, проигнорировав этот вопрос, стала почти насильно тянуть его к выходу.

Но было уже поздно: в дверях комнаты стоял Власов и безотрывно смотрел на наши беснующиеся сигнумы…

Глава 19. Свет внутри Тьмы

— Пожалуйста, только не забирайте его, — я, не отдавая отчет в своих действиях, кинулась к Власову и схватилась его за руку.

Из моих глаз снова хлынули слезы.

— Пожалуйста, не надо, — повторяла я, с мольбой глядя на него. — Не забирайте его как Никиту… Папа ни в чем не виноват… Это я… Я виновата! Умоляю… Валерий Романович… Не забирайте…

— Аня, да что здесь происходит? — отец подошел ко мне и захотел обнять, но я увернулась и закрыла его собой от Власова.

— Я не позволю вам его забрать! — надрывно выкрикнула я. — Лучше меня заберите! Разве теперь не понятно, что дело не в них, а во мне?..

— Аня, успокойтесь, — Власов сделал осторожный шаг в мою сторону. — Я не собираюсь никого забирать…

— Я не верю вам… — покачала головой я, готовясь бороться за отца до последнего. Даже если придется драться. — Не верю…

— Аня, я действительно не собираюсь это делать… — начал уговаривать Власов, успокаивающе подняв обе руки вверх. — Мы не поедем ни в какое Управление, обещаю вам… И я никому не расскажу о том, что видел… Просто дайте мне посмотреть на ваши сигнумы… У меня есть кое-какие мысли на этот счет… Доверьтесь мне…

— Почему я должна доверять вам? — я почти вжалась спиной в своего отца. — Вы следили за мной, потом забрали Никиту и держите его там у себя непонятно зачем… Почему я должна быть уверена, что вы не разлучите меня еще и с папой?..

— Потому что я могу помочь вам… — Власов смотрел мне прямо в глаза. — Аня, неужели вы до сих пор не поняли, что я на вашей стороне?.. Иначе зачем, например, я помог вам встретиться с вашим отцом? Ведь я действую сейчас в обход всем правилам… А Берников? Думаете, выбить для вас свидание с ним было легко?.. Да, я участвовал во всей этой выдуманной истории с вашей избранностью… Да, я один из тех, кому приказано было следить за вами… Но это не значит, что у меня нет своего мнения на этот счет… И теперь… Позвольте мне просто помочь вам все выяснить…

Не знаю, могут ли Светлые адъюторы притворяться и так убедительно лгать, но я неожиданно поверила ему.

— Запомните, — проговорила я, стойко выдерживая его пронзительный взгляд, — если вы причините вред моему отцу, я обещаю… Я клянусь, что найду способ перейти на сторону Тьмы… Даже если мне для этого придется кого-нибудь убить… — и только после этого вытянула вперед свою правую руку.

Власов в ответ на мою угрозу молча кивнул и попросил отца тоже показать свое запястье. Потом он несколько минут внимательно следил за обоими сигнумами, которые по-прежнему вели себя беспокойно.

— Мне все-таки нужно еще кое с кем посоветоваться, — после произнес адъютор. — Но для этого лучше поехать ко мне домой…

— Поехать к вам домой? — я вновь напрягалась и стала подозрительной. — А где гарантии, что вы отвезете нас к вам на квартиру, а не прямиком в Управление?

Власов чуть усмехнулся, а затем спросил:

— Вы умеете водить машину?

Я кивнула, и тогда Светлый достал из кармана брюк автомобильный ключ с брелоком:

— В таком случае, вы сами завезете нас ко мне домой, — и вложил его мне прямо в ладонь. — Так вас устроит?..