Люди Великой реки (том 2) - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 84

— Верно.

— Тела бывают разные. — наставительно сказал он. — Иные надо бы на куски изрубить и в выгребную яму выбросить, поскольку души ими управляли мерзкие, а я караю лишь души злодеев, помещая в тела людей достойных. Что не так?

— А тверской агент, что взят был в охрану?

— Я так и думал. — вздохнул собеседник. — Не разобрался я тогда. Он кем пришел к нам? Дезертиром, сбежавшим от кары за зверства на войне. Вот я его и покарал. Это уже потом вышло, узнали что ошиблись. Был бы просто отставным егерем — до сих пор бы у меня служил. И знаете, почему так вышло? Потому что ваши наниматели изначально меня в злодеях числят, вот и подослали мне другого злодея. А я злодеев не люблю. И главный мой грех — я не занимаю сторону в конфликте. Никакую. Ни ту, ни эту.

— Чудовища. Чудовища, которые стали появляться то тут, то там. Я даже охотился на одно.

— Не знаю. — покачал головой он. — Но я этим интересовался, для этого и в Великореченск приехал. Их кто-то делает, но кто и зачем — не знаю. Буду искать.

— А вам зачем? — спросил я.

— У меня свои причины. — уклончиво ответил он.

— А лич?

— Лич. — снова вздохнул он. — Лич, лич… Всех волнует лич. Верно, есть такой лич. И я у него в учениках. И что?

— Лич нам враг.

— Верно, Ашмаи вам враг. — кивнул Пантелей. — А я — нет. Кстати, все вот это… — он обвел рукой стены вокруг себя. — … не мое. Лича. И гнездо вампиров у портала служило ему. Если бы было по-другому. То я бы давно из них таких вот остолопов с топорами наделал.

Он показал рукой на закрытые двери у нас за спиной, подразумевая "вампиро-големов", с которыми мы сцепились недавно.

— Друг моего врага — мой враг. — сказал я.

— А муж сестры моей жены — мне свояк. Вы не женились еще? — сбил меня с решительных мыслей Пантелей.

Летавший у светильника светлячок вдруг прекратил нарезать круги и с тонким хрустальным звоном опустился ему на ладонь. Колдун начал его подкидывать, как мячик. Светлячок плавно взлетал и опускался обратно. Настя подошла к Пантелею и обняла его за пояс. Он улыбнулся ей, и готов поклясться, что с настоящей любовью. Машу аж перекосило.

— И все же, про лича. Что он хочет? — спросил я.

— Спросите у него. — ответил Пантелей. — если когда-нибудь до него доберетесь. Он вам не друг, в этом я уверен. И у него есть к тому причины. А я вам не угроза. Не друг, но и не враг. Будете поблизости — заходите в гости.

Светлячок завис у него перед лицом, зазвенев чуть громче.

— Поблизости — это где? — спросил я.

— Ну, где я живу. — улыбнулся он. — Вот как там будете — так и милости просим.

Неожиданно светлячок развернулся в сверкающее золотым светом кольцо, вытянувшееся от пола до потолка между нами и Пантелеем с Настей. Близнецы-телохранители, не поднимая, правда, оружия, молча подошли к колдуну и встали по бокам.

— Мы откланяемся, да, Настенька? — посмотрел он на сестру Маши.

— Машка, мы ушли. Пока. — просто, словно прощаясь после дружеского чаепития, сказала Настя.

— Куда… как? — удивилась Маша. — Просто ушли — и все?

— А как? — в свою очередь удивилась ее сестра. — Ты что, на меня теперь напасть собираешься? Не с кем драться оказалось, так хоть на мне оторвешься?

— Нет… но…

— Что? — спросила та. — Ладно, тебя люблю, всем привет, зайдите в кладовочку и ни в чем себе не отказывайте.

Лари неожиданно сорвалась с места и обошла портал сбоку. Пантелей посмотрел на нее, затем на тифлинга из своей свиты.

— Иган, ты ведь остаешься?

— Разумеется. — кивнул тот. — Уход равносилен потере чести воина.

— Вы удовлетворены? — спросил колдун у демонессы.

— Вполне. — кивнула наша Лари, сделав шаг назад.

Что у них тут вообще происходит? Мало того, что колдун озадачил меня по самое не могу, так еще и наша Лари… Кстати, а что делать с колдуном? Нападать? Как? А Настя? А как поступит Маша, если я сейчас начну заваруху? А как бы я поступил на ее месте?

Пулеметная очередь этих вопросов, прозвучавшая у меня в голове, заставила меня растеряться вконец. И что делать прикажете? Я не знаю! Люди, добрый совет, пожалуйста! И прямо сейчас!

Я оглянулся на гномов и увидел у них на лицах точно такое же выражение, какое должно было быть и у меня. Обескураженность полная и окончательная. У гномов своя кровь вообще святое, никогда родич против родича не шел, тем более сестра против сестры, вот и не знаю, что теперь делать. Никто не знает, короче. Кроме Лари, которая знает, что делать ей, и дела у нее свои, от наших отличные, как я понимаю.

— Прекрасно. Во всем разобрались. — вдруг подвел итог беседе Пантелей. — Вынужден откланяться, дела. Не забывайте про кладовку и помните о том, что за вами по-прежнему гонятся. Взять вас с собой, к сожалению, не могу. До свидания.

И не давая ничего никому сказать, решительно шагнул мне навстречу, в кольцо. И исчез, словно растворился. А за ним растворились близнецы, а кольцо снова собралось в светлячок, который вдруг перелетел к тифлингу и слился с браслетом у него на руке — он как раз поднял руку навстречу.

— Лари. — негромко сказал я, но в наступившей полной тишине мой голос прозвучал как глас вечности. — Что нам делать теперь?

— Не вмешиваться. — ответила она. — Мое путешествие закончено. Так или иначе.

Я не стал спорить, а просто сделал шаг назад. Маша, которая так и стояла с потерянным видом, подошла ко мне, всхлипнула и прижалась. Молча. Гномы тоже отошли к стене.

Тифлинг по имени Иган сделал шаг вперед. Так же бесшумно, как и Лари. Я прислушался. Пантелей прав, погоня ведь не унялась. За собой мы путь закрыли, а вот как насчет противоположной стороны? Со стороны Башни сеньора к нам сейчас не ломятся?

Лари тоже шагнула, отставляя к колонне винтовку. Латиг развернулся по каменному полу. Навстречу ему выкатился второй. Так, поединок. Не знаю, что у тифлингов за дела, какие-то внутренние разборки, но мы должны будем ждать, пока они закончат. Сильные бойцы могут заниматься этим долго. А эти двое — сильные, они от природы такие.

— Иган, изменник ордена, готов ли ты к поединку? — послышался голос Лари.

— Лари, палач ордена, предавшаяся узурпатору, готова ли ты попытаться убить меня?