Любовь и оргазм - Лоуэн Александр - Страница 121

Правда тела возникает из осознания стремлений и состояния тела. Эта фраза имеет смысл только в терминах осознания. Знать правду тела – значит сознавать его движения, импульсы и сопротивление, то есть чувствовать, что в нем происходит. Если человек не чувствует напряжения, жесткости или тревожности своего тела, он отрицает правду. На бессознательном уровне отрицание проявляется как отсутствие перцепции телесного состояния. Обычно это сопровождается экспрессией противоположного состояния или чувства. Одни пациенты маскируют садистское чувство принужденной улыбкой, в результаты чего не сознают истинного положения вещей. Другие – свою ненависть, выраженную на физическом уровне холодным, тяжелым взглядом и стиснутыми зубами, скрывают под преувеличенной вежливостью и соблюдением формальностей. Правду тела можно скрыть с помощью рационализации и интеллектуализации. Пациент может рационализировать свою неспособность выразить злость, говоря, что такая реакция неприемлема. Правда в этом случае может состоять в том, что человек не способен мобилизовать или поддержать чувство злости из-за хронического напряжения мышц плечевого по яса. Оргазм – это ощущение тела, которое выражает любовь к сексуальному партнеру.

Оргастическая импотенция указывает на то, что человек боится любви на уровне сексуальной зрелости. Много ли существует людей, сознающих правду своего тела?

Чувство, что сердце «открыто» для любви, – это правда тела. Такой взгляд может не соответствовать научному объяснению соотношения сердца и любви. Но ведь наука не интересуется чувствами, ее привлекают только механизмы. Когда люди говорят о любви, не испытывая этого чувства, они говорят об образе, а не о чувстве. Человеку трудно бывает сказать: «Я люблю тебя», если у него нет этого особого чувствования. Иной раз люди используют слова, не принимая телесного ощущения, которое те обозначают, а ведь это то же самое, что говорить о половом желании, не имея сильного сексуального влечения. То, что подразумевается в этом случае, является желанием сексуального контакта, который возбуждает и дает ощущение, что они живы. Подобный отрыв слов любви и сексуального чувства характерен для сенсуалистов, о чем мы уже говорили в главе 10. Выражение «Я тебя люблю» часто значит «Я нуждаюсь в тебе», и, в большинстве своем, это желание любви, а не декларация телесного влечения.

Мысль о том, что сердце – пристанище любви, очень уместна в рамках оргастической потенции. Грудная клетка любого невротика всегда напряжена. Кроме того, его диафрагма напряжена, живот втянут, а плечи неподатливы. Сердце буквально заковано в мышечный панцирь, который хоть и защищает его, но в то же время изолирует от чувств генитальной области. Это «вооружение» объясняет, почему сексуальные ощущения ограничены половыми органами и не охватывают все тело в полноценной оргастической реакции.

Другое физическое условие, которое препятствует оргастической потенции, бывает выражено плоским, втянутым животом и жесткими, поджатыми ягодицами. У мужчин плоский живот является признаком мужественности. Идеал мужской позы можно увидеть в Вест Пойнте: живот – внутрь, грудь – наружу, плечи – в стороны. Но если эта поза и пригодна для солдат, то она совершенно неприемлема для секса. Такое положение тела означает: контроль, собранность, целеустремленность и готовность подчиниться и выполнить команду. Она подчеркивает ценности «Эго», но сдерживает отступление в бессознательное и в чувства, которые необходимы для оргастической разрядки. Она низводит тело до инструмента воли, а это уменьшает оргастическую потенцию. Подтянутый живот не позволяет чувствам пройти в таз. Он отсекает половые органы от остального тела и превращает его в инструмент. Сжатые ягодицы еще больше ограничивают сексуальные ощущения. Они придают тазовым толчкам садистское качество, делая движения тяжелыми и направленными. Пенис трансформируется в оружие. Эта поза может требовать мужественности, только отрицая женскую сторону мужской природы. Мягкое «полное тело», с точки зрения сексуальности, воспринимается «Эго» как аспект женственности.

Трудно понять, почему женщина часто склоняется к мужскому стандарту привлекательности, а не к своему собственному. Недавняя торговая реклама смешно и драматично иллюстрирует новые ценности. В ней показана молодая женщина, одетая в слаксы, плоскогрудая и лишенная бедер и живота. Один мальчик в этой рекламе спрашивает другого: «Это твой младший братишка?» Новая ценность, мальчишеский облик – это бессознательное отрицание женской сексуальности. Нам сообщают о том, насколько мужские представления проникли в женское сознание. Мы можем только заключить, что поверхностное впечатление об исчезновении двойного стандарта возникло вследствие его замещения мужским стандартом.

В то время как уменьшение влияния двойного стандарта не вызывает сожаления, последние изменения, происходящие в современном обществе, сопровождаются разрушением морали, ценностей любви и физического тела. Плохое физическое состояние многих мужчин нашей культуры стало объектом изучения президентского комитета. Но все призывы, программы и проекты беспомощны, поскольку не могут устранить хаотичность ситуации. Отсеченный силой своего рационального ума от мистических уз, которые связывают его с природой и жизнью, современный мужчина отвергает идеалы и взгляды, установленные его отцом, а среди них и двойной стандарт сексуального поведения. Как отдельный индивидуум, он может видеть только самого себя и действовать согласно кодексу поведения, который придает его жизни смысл. В правде своего тела и в собственных сексуальных чувствах мужчина должен руководствоваться моральными и этическими принципами, которые могут до полнить его существо и удовлетворить его природу.

Райх в «Функции оргазма» предложил выстраивать мораль, исходя из концепции половой саморегуляции. Эта концепция возникла на основе его исследований, которые показали, что, когда у пациентов развивается способность к полной сексуальной отдаче себя, радикально меняется вся их личность. Исчезает принужденный подход к работе и сексу. Легкомысленное половое поведение становится ненужным, причем не потому, что это диктуется моралью, а потому, что оно не приносит того удовлетворения, которого хочет пациент. «Половой характер», как Райх назвал индивидуума, обладающего такой способностью, сочетает секс с любовью, а любовь с сексом: «Как будто моральные понятия исчезли, а их место заняли более или менее прочные защиты против антисоциальности, которые не отличаются от естественных потребностей, но при этом основываются на понятии, что жизнь – это наслаждение». Половой характер не гедонистичен, как может показаться, а рационален. У него есть сила выбора: когда и как искать удовлетворения своих желаний. Это рациональный выбор, потому что в нем нет внутреннего конфликта, связанного с подавленным влечением. К примеру, мужчина с половой структурой характера не будет соблазнять девушку. Соблазнение будет противоречить тому, что он чувствует. Он будет искать партнершу, которая спонтанно откликнется ему. Секс для человека с половым характером имеет особый смысл, это радостное переживание, дающее наслаждение. Для невротика «сущность полового акта является демонстрацией его потенции».