Оборотень с границы (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 7

— Ну ладно тебе, — примирительно ответил я. — Так получилось… Тем более, с толком, ментальщики не такое уж частое явление, как ты рассказывал.

— Так получилось, — передразнил меня мой собеседник. — Тебе просто очень и очень повезло. Мы действительно охотились за этим бароном несколько лет, но он постоянно уходил от нас. Мало того, что Альберт сам способен взять под контроль целую толпу, так еще и владеет искусством создавать артефакты. Вот только что он здесь делал и как ты оказался рядом с ним, я не понял.

Я вздохнул и кратко пересказал последние события.

— Да уж, — покрутил головой Эдуард. — И на старуху бывает проруха. Видимо, молодежь погудеть захотела, а нарвалась на тебя. И старый черт не поверил, что существуют люди, невосприимчивые к ментальному воздействию. Тем более такой силы. Хорошо, что ты его серебром связал, а не обычным скотчем спеленал. Иначе толпа разорвала тебя на кусочки, ты бы даже мяукнуть не успел.

— Я не мяукаю, — хмуро ответил я, выкидывая окурок в урну, и доставая новую сигарету. — Может быть мне и повезло. Не знаю, насколько он сильный колдун, но выводить из себя он умеет профессионально. Что мне надо было делать, сидеть и смотреть, как девочка перед ним на коленях ползает?

— Ну, конечно, ты же защитник всех обиженных и угнетенных, — саркастически скривился Эдик. — А ко мне работать пойти не захотел. Или передумал?

— Не передумал, — отрицательно покачал я головой без тени улыбки. — Хватит с меня военной жизни. Меня и здесь неплохо кормят.

— Правильно говорить «кормили», — назидательно произнес приятель. — Думаешь, тебя не уволят? Разгромил ресторан, перепугал гостей.

— Нет, конечно, — сигаретный дым был горьким, но мне хотелось курить еще и еще. — Все равно надо как-то объяснять происшествие. Скажете, что задержали террористов и мне грамоту дадите за содействие правоохранительным органам. Первый раз что ли? Наоборот, ресторану реклама, директору урок, у меня работа.

— Какой такой урок директору? — удивился Эдик.

— Что друзья у меня влиятельные, — показал я ему язык. — И увольнять меня опасно.

— Дурак ты, — беззлобно махнул рукой полковник. — Давно пора понять, что одиночки в этом мире не выживают. Даже у Винни-Пуха был друг, пускай и свинья.

— У меня тоже есть, — не остался я в долгу. — Только не свинья, а осел, очень занудливый и вечно жалующийся на судьбу. Это ты!

— Знаешь, что с такими, как ты, в средние века делали? — спросил у меня Эдик. — Их на кострах сжигали, и жить становилось проще. Намного проще.

Он повернулся и пошел к припаркованным у обочины автомобилям.

— Позвони мне вечером, — кинул он через плечо.

— Я занят, — крикнул я в ответ.

— Ах да, — он даже остановился. — Андрей Александрович собрался в кафе-мороженое. Я только одного не понимаю, зачем ты хочешь девчонке жизнь испортить?

И не дожидаясь ответа, направился к автомобилю.

— Эдик! — гаркнул я во все горло ему в спину. — Таких, как я, не сжигали!

Мой приятель, уже взявшийся за ручку автомобиля, недоуменно повернулся ко мне.

— Таких, как я, больше нет! Понял?

Эдик покрутил пальцем у виска и сел в тонированную иномарку. Заблестели проблесковые маячки и кавакальда из машин и микроавтобуса спецназовцев, рассекая поток, вывернула на встречную полосу.

Я проводил взглядом удалявшуюся машину с Эдиком и закурил. К черту все эти заботы, у меня впереди намечается свидание с очаровательной девушкой и знакомство с ее безусловно милой дочкой. Какие-то маги-ментальщики, желтые банданы, директор…

Нет, тут я переборщил, с директором надо пообщаться.

В очередной раз глубоко затянувшись, я почувствовал вибрацию мобильника в нагрудном кармане. Вообще-то большого желания разговаривать с кем-либо я не испытывал, хотелось просто отдохнуть, но сейчас со вздохом пришлось констатировать, что ответить придется. На экране высветилось имя «Мирон».

С этим достаточно забавным персонажем я познакомился почти пять лет назад. Мирон, помимо редкого имени, обладал крепко сбитой фигурой, не показными, а спрятанными под приличный слой жирка мышцами и несколько раз перебитым в боксерских поединках носом. В одежде он был неприхотлив и консервативен, а надев однажды джинсы, кроссовки и толстовку, Мирон решил, что это достаточно удобно и больше привычному стилю не изменял. Кроме того, Мирон любил курить крепкие сигареты и разговаривать короткими четкими фразами, которые периодически вообще состояли из одного-двух слов: «Че?», «Не понял», «Заметано, братишка».

Ну так вот, наше знакомство началось с того, что мы столкнулись лоб в лоб на одном грязном и очень малолюдном пустыре. Мирон тогда искал за денежку пропавшего человека, а я торопился выдернуть из рук упыря девушку, похищенную им за час до этого из квартиры моих друзей. Тварь маскировалась под сумасшедшего маньяка и надо признать, что маскировала тела своих жертв под ритуальные убийства с приличной фантазией. Но я успел взять след и поэтому шел к месту кормежки достаточно целенаправленно, боясь опоздать.

И именно в этот момент наткнулся на Мирона. Моя персона на него серьезного впечатления поначалу не произвела, наоборот, вызвала негатив и всякие подозрения. Впрочем, любая живая душа на этом заброшенном пустыре вызовет такие эмоции, нормальные люди в подобных местах не гуляют. Ну вот, я торопился, он нервничал, результатом чего стало короткое взаимное мордобитие. Как потом рассказал Мирон, в процессе оного обмена любезностями он меня зауважал первый раз, потому что «мало кто не падал» после его коронного «крюка» с левой.

Мы выяснили, что оказались в одном месте, собственно, по одному и тому же поводу, и решили временно отложить выяснение отношений. Упыря уделали знатно, девочку, слава богу, проведшую все это приключение без сознания, спасти успели почти нетронутую, а вот Мирона мне пришлось водкой отпаивать в ближайшем баре. Оказывается, он до этого ни во что такое потустороннее не верил и вид выдвигающихся клыков его почему-то очень даже впечатлил. Как, впрочем, и процесс сжигания твари. Но надо отдать должное, волю чувствам он дал потом, когда дело оказалось сделано, а там, на пустыре, он и крутить упыря помогал, и от закапывания праха не отказался.

Так мы и стали напарниками. Бизнес не бизнес, но в определенных кругах люди знают, что к нам можно обратиться, если от дела попахивает чем-то нехорошим и немного мистическим. На золотые унитазы заработать не получалось, но периодические заказы вполне позволяли радоваться жизни, не думая о дне зарплаты. Конечно, объявлений в газеты мы не давали, и время от времени наступали периоды полного штиля, но мы верили и знали, что работа найдет нас сама.

Сейчас был именно такой же период, и надо признать, что за последние месяцы сводить дебет с кредитом становилось все тяжелее.

— Слушаю тебя, Мирон! — поднес я к уху телефонный аппарат.

— Привет, братишка, — мой компаньон, как всегда, говорил немного возбужденным голосом, из-за чего периодически терял окончания слов. — Тема нарисовалась, и, судя по всему, по нашему профилю.

Слова «по нашему профилю» означали, что на повестке дня стоит не банальный вопрос, а что-то, связанное с какой-то потусторонней дребеденью. Хотя, я периодически задумывался, что правильнее будет изменить кодовое словосочетание. Все-таки я был к мистике гораздо ближе Мирона.

— А конкретнее? — спросил я, прикидывая, тяжело ли будет отпроситься с работы.

— У одного чудика любовница появилась. Партнеры говорят, что он после этого с катушек съехал, жену с ребенком из дома выгнал, от дел отошел, хочет на подругу свою долю переписать, — скороговоркой протараторил исходные данные собеседник.

— Ты же знаешь, я с женщинами не воюю, — отозвался я, понимая, что Мирон это знает, а значит есть что-то еще.

— Парнишка, по словам компаньона, за пару месяцев постарел лет на пятнадцать, причем сам этого осознавать не хочет. Очень похоже на тот случай в прошлом году, помнишь, когда мне еще ребро сломали.