Оборотень с границы (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 6

— Вы? — не поверил наш директор. — А по какому праву? И что происходит? И кто вы такие?

— Полковник Седых, — Эдик сунул под нос Вячеславу Геннадьевичу удостоверение, а другой рукой махнул державшим меня спецназовцам. — Отпустите этого бездельника.

— Полковник, — из директора как будто выпустили воздух. — Но у нас тут обычный бытовой конфликт. А тут вы…

И Вячеслав Геннадьевич, недоверчиво покрутив головой, еще раз вчитался в развернутое перед ним служебное удостоверение.

Ну да, внешность Эдика совсем не выдавала в нем целого полковника всесильной спецслужбы. Особенно, если ориентироваться на персонажей популярных телесериалов, которые заполонили телеэкраны в последние годы. Невысокого роста, максимум мне по плечо, с узкими плечами и неторопливыми движениями, он казался значительно старше своих лет. И только удивительно светлый взгляд серых глаз вместе с открытой улыбкой заставлял подумать, что не такой уж этот человек и старый, просто в его жизни было много сложных и грустных ситуаций.

Эдик был классическим примером человека, который всего в этой жизни добился сам, причём исключительно честным трудом и незаурядными мозгами. Как он стал лейтенантом всесильного когда-то КГБ, мой приятель предпочитал не рассказывать, но мне кажется, что не все в этой истории было гладко. Даже в том мире, где официальная наука не признает потустороннего, спецслужбы не могли пройти мимо мальчика с Даром. Родившийся в глухой сибирской тайге Эдик мог видеть потусторонние сущности и разговаривать с ними. Крупно сомневаюсь, что такую находку могли оставить в покое не попытавшись изучить и разобрать на молекулы в каком-нибудь закрытом НИИ, но подробностей мне никто не рассказывал, да и вряд ли расскажет.

Я знаю только, что полковник Седых давным-давно служит в столице, занимается очень широким диапазоном вопросов и абсолютно не интересуется вопросами власти в стране и вывеской на своей работе, на его памяти она поменялась уже раз пять.

— Эдик, тут должен быть его помощник, — негромко сказал я, разминая плечи, вывернутые излишне ретивыми спецами.

— Знаю, — кивнул Эдик и внимательно вгляделся в лицо Альберта. — А говорил, что мой подарок абсолютно бесполезен. Вот твой друг, наверное, так не думает. Да, господин барон?

— Чтоб ты сдох вместе со своей шавкой! — выплюнул еще недавно уверенный в себе господин. — Вам повезло! И ничего больше!

— Повезло, — согласился с ним Эдик, — но и вы постарели. Вас скрутил обычный человек, охранник ресторана, где вы себя повели не совсем вежливо.

— Кто человек? Он? — Альберт вдруг резко рванулся в мою сторону, причем с такой силой, что удерживающие его бойцы проехались пару метров на пятках по плитке. — Не смешите меня!

Я внутренне напрягся, но никак не отреагировавший на дергание задержанного Эдик только рассмеялся.

— Представьте себе, Альберт! А вы что же подумали? Что мы на вас тут засаду устраивали? Много чести! Вы же как неуловимый Джо, никому особо не нужны. Бегали от нас десять лет, ну и еще побегали бы. Наоборот удобно, благодаря вам гораздо проще умственно отсталых в стране вычислять.

— Ты-ы-ы… — начал было солнцепоклонник, но незаметный со стороны удар одного из спецназовцев по почке прервал его возглас на вздохе.

— Я-я, — все также с улыбкой, только теперь какой-то искусственной, ответил Эдик и скомандовал бойцам. — В машину его и на набережную. Чтобы через два часа был готов к допросу.

В отличие от прошлых времен, нынешние спецслужбы не цеплялись за символы, поэтому достаточно быстро согласились освободить исторический центр города в обмен на комфортабельные офисные здания в разных концах столицы. Кабинет Эдика, например, располагался в неприметном здании на набережной реки буквально в пятнадцати минутах ходьбы от нашего ресторана. Правда, когда однажды я, будучи в не совсем адекватном состоянии, попытался поорать под окнами что-то из серии «Эдик, выходи гулять!», то очень быстро оказался под дулами автоматов неизвестно откуда появившихся мальчиков в бронежилетах. Гулять тогда мы так и не пошли, наоборот, полночи просидели в кабинете Эдика, попивая крепкий чай и обсуждая соревнования по керлингу.

— Так вы знакомы? — не удержался я от вопроса, не обращая внимания на нашего директора, который делал мне загадочные знаки руками.

— Знакомы, — рассеянно ответил Эдик, сканируя взглядом людей в ресторане. — Капитан, опросите полицейских, запишите их данные, кто и когда вызвал, а потом отпускайте. Нам они неинтересны. Андрей, чего стоишь как столб, помогай!

— В чем? — удивился я. — Твоими людьми покомандовать?

— Помощника вычислить помоги, — зло прошипел Эдик. — Кто это может быть?

— Ой, да чего его искать? — ухмыльнулся я, а потом ткнул пальцем в толпу и заорал. — Вот он, хватай его!

Мой расчет сработал безукоризненно, у одного из парней вполне заурядной внешности не выдержали нервы, и он бросился наутек, особо не разбирая дороги. Далеко убежать ему не позволил приклад автомата, врезавшийся в живот. Пока юноша пытался поймать ртом хоть малую толику воздуха, его уже сноровисто скрутили и подтащили к Эдику.

— У него артефакт должен быть, — негромко прокомментировал я. — Он тут под контроль половину ресторана взять умудрился.

— Да? — удивился мой приятель, но все-таки принялся лично обыскивать задержанного молодого человека. А я отвлекся на зазвонивший мобильник.

— Андрей, — звонок, конечно, сейчас был абсолютно не вовремя, но голос в динамике заставил мое сердце биться быстрее. — Ты сейчас занят?

— Я? — вытирая рукавом рубашки кровь, невесть откуда взявшуюся на щеке. — Нет, конечно, абсолютно свободен.

— Классно, — было слышно, что Светка улыбается. — Мне сказали, что ты отдыхаешь, когда я уходила. Поэтому я не стала тебя тревожить и вот решила позвонить. Я хотела большое спасибо сказать еще раз за ночные приключения. Ты на моей памяти первый охранник, который вступился за официантку. Спасибо тебе!

— Да ладно, чего уж там, — смутился я. Мне, конечно, и без ее слов было известно, что многие официанток даже за людей не считают, так, обслуга низшего сорта, но и я ничего героического не сделал. Наоборот, нарушил все мыслимые и немыслимые инструкции. Но доброе слово, еще и от красивой девушки… Как приятно…

— Андрей, ты здесь? — вернул меня на землю голос Светки в динамике.

— Ой, извини, задумался, — спохватился я и, пока из меня не улетучились последние остатки решимости, пошел в атаку. — Свет, а ты вечером занята? Может, кофе попьем?

— Я пока не знаю, — замялась девушка. — Мне не с кем дочку оставить, вряд ли я так быстро решу этот вопрос.

— Так не беда, — продолжал я наступление. — Бери ее с собой, сходим в «Пингвин», мороженого поедим.

В трубке повисла пауза. Я слышал дыхание девушки, и если слышал правильно, то она пребывала в небольшом шоке. Подождем.

— Ты серьезно предложил? — как будто стесняясь, задала вопрос Света.

— Абсолютно! — уверенно подтвердил я. — Диктуй адрес, я буду… ммм… в семь! Пойдет?

— Ну да, — теперь голос Светки абсолютно точно был растерянным.

— Тогда до встречи, — завершил я вызов и поймал насмешливый взгляд Эдика. — Что?

— Андрей хороший мальчик, он любит маленьких детей и всегда ведет себя как джентльмен, — ехидным тоном сказал представитель могущественной спецслужбы. — Андрея вечером погладят по головке?

— Товарищ полковник, у вас по делу есть что-то? — в тон ему ответил я. — Или мой орден мне потом по почте пришлют?

— Ага, Святого Ебукентия, — кивнул Эдик. — С закруткой на спине, чтобы все видели, какой ты у нас герой.

И заметив внезапно увеличившиеся в размерах уши нашего директора, предложил:

— Отойдем?

Мы прошли через зал и вышли на улицу, синхронно достали пачки сигарет и закурили.

— Ну и? — укоризненно спросил Эдик. От игривости в его голосе не осталось и следа. — Тебе жить надоело или покуражиться захотелось? Этот барон недоделанный незнамо сколько времени куролесит по миру, ищет людей с экстрасенсорными способностями, создает целые секты. Одна радость, что ему не мирового господства хочется, а просто красивой жизни. Вся его фантазия направлена на изобретение очередного способа добывания денег. Ему хвост хорошо прижали за границей, вообще слух прошел, что упокоили, но нет. Всплыл у нас, и все было нормально, пока он с одним отморозком не столкнулся.