Боярская стража (СИ) - Котов Алексей - Страница 70

— Скобелев — защищенный город, — заметно напряженным голосом ответила Белоглазова. — Он построен с нуля в чистом поле с тем расчетом, что любой прорыв, даже самый сильный, уничтожается максимум за пару часов, как и случилось в последний раз. Сейчас же… что-то пошло не так. Сильно не так, — глухо добавила Белоглазова, опустив взгляд. — Никто и никогда не видел такого. Если плеть не будет уничтожена, то…

— То есть вариант, что будут уничтожены защитники, а нашу крепость вскроют как консервную банку?

— Да.

— И не впадая в излишний оптимизм можно предположить совсем не иллюзорную вероятность того, мы сейчас проживаем последние часы?

— Получается, так.

— Да, не думал я, что придется проводить их вот так, в тихой грусти…

— Не факт, что это наши последние часы.

— А если да?

— Тогда это печально, — вздохнула Белоглазова. Арина при этих словах вздрогнула и даже глухо всхлипнула, передернув плечами. Похоже, вейла начала осознавать перспективы, пропуская их через себя. И ей это сильно не нравилось.

Обстановка и атмосфера в квартире стала еще более тягостной. Подумав немного, я внимательно посмотрел сначала на Белоглазову — чуть покраснела, отвела взгляд; потом на Арину — чуть покраснела, отвела взгляд.

Поднялся, дошел до своей комнаты, вернулся с пузатой бутылкой. Тот самый крымский «винный нектар вишневый, сладкий афр.», с которым ко мне Маргарет приходила. В бутылке оставалось чуть больше половины рубиновой жидкости.

— Сударыни. Вы знаете, что к каждой из вас я испытываю симпатию, и что с обеими, так вышло, нас связывают проведенные вместе приятные минуты.

Сказанное стало сюрпризом для Арины — брови ее взметнулись, но прикусив нижнюю губу, вейла промолчала.

— Конечно, в обычной ситуации я бы никогда подобное не предложил, но сами понимаете, возможность того, что мы живем последние часы… Делать кому-то одной из вас предложение скрасить их вдвоем я не готов, потому что это будет — в рамках сложившийся ситуации, неприятно для другой. Поэтому… Кровати здесь большие, втроем поместимся.

Арина опустила взгляд, закусив губу уже до белизны. Белоглазова смотрела прямо на меня серо-стальными глазами с каменным лицом, а потом вдруг резко встала, так что аж стул упал. Поднимать его она не стала, двинулась прочь. Да, похоже даже перед лицом вечности мое предложение отклика не нашло. Ну, я хотя бы попытался никого не обидеть.

Правда, есть вариант что обидел обеих. Арина тоже сейчас может… Нет, не может: вейла подняла взгляд, посмотрела на меня прямо. Чуть пожала плечами с легкой гримаской — мол ты видел, серая боярыня сама отказалась. А серая боярыня уже вернулась: Белоглазова ходила на кухню и вернулась с тремя пузатыми винными бокалами на тонких ножках.

— Мы же не будем из обычных стаканов пить, — не глядя ни на кого, негромко произнесла Белоглазова, аккуратно поставив бокалы на столешницу. — Влад, поухаживаешь за дамами?

Глава 26

Проснулся я от ощущения чужого взгляда. Щурясь от болезненно яркого дневного света, увидел стоящего в проеме двери барона Фредерика Аминова. Моргнул пару раз, присмотрелся, фокусируя взгляд. Лицо у барона вытянулось, челюсть держалась на максимально низкой отсечке. Если бы могла, упала бы до самого пола, полагаю.

Приходя в себя, я зевнул, аж слезы брызнули. Отметил рассыпавшиеся по подушке светлые локоны слева. И темные справа. Аккуратно вытащив руку из-под спящей Арины, показал барону раскрытую пятерню.

— Пять минут, барон, — произнес я громким шепотом.

Закрыл рот Аминов так, что аж зубы лязгнули — надо же, специально захочешь не сделаешь. Дверь спальной комнаты закрылась, и мы остались… На мысли о том, как сказать «наедине» применительно к троим, стройный ход размышлений у меня застопорился. Мы остались втроем — вот, просто же.

Ладно, пора вставать — очень аккуратно, стараясь не разбудить, переложил голову Варвары со своего плеча на подушку. Вчера коллегиально решили, что можно называть ее Барби, но вот интересно — будет ли еще сегодня еще в силе договоренность?

Мягко соскочил с кровати и чуть не грохнулся — нога поехала на валяющейся рядом пустой бутылке. Которая громко, аж лицо у меня перекосило, покатилась по полу, остановившись только ударившись в стену.

Посмотрел на девушек. Не проснулись. Да, неплохо мы вчера… погуляли.

Варвара лежит на спине, раскинув руки и разметав волосы по подушкам; Арина после удара бутылки в стену заворочалась, перевернулась на другой бок и подтянула колени к груди. Накрыл обеих простыней, двинулся по комнате, стараясь среди раскиданных вещей найти свои. Оделся, вышел в гостиную. Аминов меня ждал с каменным лицом.

— Барон, не смотрите так, — сдержав зевок, произнес я. — Оказавшись заблокированными, мы с боярынями Белоглазовой и Цветаевой решили во имя науки провести эксперимент, который… ч-черт!

Подходя ближе, я не заметил еще одну пустую бутылку и пнул ее, сильно ударившись мизинцем. Больно — бутылка тяжелая, пузатая; шампанское, сразу после крымского нектара открыли. Сразу несколько открывали, с брызгами, вот поэтому платье Арины — на которое попало, здесь осталось. И не только платье, отметил я детали туалета, на которые Аминов демонстративно старался не смотреть.

— В общем, мы успешно провели эксперимент, открывая новые разделы владения силой…

«Причем неоднократно провели, неоднократно успешно»

— Боярыни Белоглазова и Цветаева после огромного выплеска энергии сейчас утомлены, поэтому я буду вам благодарен, если вы дадите нам пару часов прийти в себя.

Не отвечая вслух, Аминов резко кивнул. Похоже боится открывать рот, чтобы челюсть снова не упала. Он собрался развернуться к двери, но я остановил его вопросом.

— Да, барон! То, что вы здесь… смею полагать, опасность прорыва тварей купирована?

Еще один резкий кивок без слов.

— Прекрасно, просто прекрасно. Оставьте у дверей квартиры несколько бойцов, чтобы нас довезли до Академии, когда боярыни придут в себя.

— Свободное перемещение по городу пока запрещено. Я прибыл сюда для того, чтобы удостовериться, что с вами все в порядке.

— Боярыне Белоглазовой тоже перемещения запрещены?

— Нет.

— Ну вот и оставьте у дверей квартиры несколько бойцов конвоя, чтобы довезли ее до Академии, когда она придет в себя.

Аминов вновь кивнул и чеканя шаг покинул квартиру, отправившись по наверняка важным делам. Я же сварил кофе, быстро накидал на поднос легкий завтрак и отправился обратно в комнату. Поставил поднос на столик, приоткрыл плотные шторы, выглянул на улицу.

Город изменился. Как будто нефтяной дождь прошел, а после осадки местами воспламенились — над улицами поднимаются десятки столбов черного дыма. Напрягся было, но почти сразу увидел один из источников дыма поблизости: красные бояре с факультета Игнис сжигали тела тварей.

Зачистка города уже закончилась, началась очистка. Я тоже принялся убираться в комнате, собирая одежду и раскладывая ее на разные кресла, пытаясь вспомнить где чье. Девушки еще не просыпались, только то и дело ворочались. Да, вчера эксперименты прямо яркие были, утомились.

Все во имя науки.

Наконец на кровати началось движение. Проснулись, пробуждаясь, девушки одновременно. И увидев меня, друг друга, сложенные вещи, так же одновременно вспомнили, что произошло. Арина смотрела на меня огромными глазами, Варвара что-то пробормотала неслышно и закрыла ладонями лицо.

— Яичница, мюсли, кофе, — показал я на прикроватный столик. — Сахар, сливки по вкусу.

Не двинулась с места ни одна. Арина, как и Варвара, потупилась, пряча лицо.

— Слушайте, сударыни. Мы вроде как выжили, так что не переживать, а радоваться надо. Можно конечно сейчас быстро одеться и вести себя так, что как будто ничего не было, но сработает это если только мы сами себе память сотрем. Поэтому хотя бы здесь, за закрытой дверью, давайте не делать вид, что произошло что-то ужасное? Не знаю как вам, а мне понравилось.