Баллада о нефритовой кости. Книга 1 - Юэ Цан - Страница 24

Князь Чи в задумчивости молчал.

Ши Ин. Уже в двадцать пять лет он стал Верховным жрецом храма Цзюи, его магическая сила была столь велика, что он не имел себе равных во всей Облачной пустоши, а уровень духовного совершенствования уступал лишь уровню Ведающего Судьбами из Белой Пагоды! И магический барьер, установленный таким человеком, был разрушен его дочерью? Что же получается: она прогрессирует слишком быстро, или он до сих пор недооценивал свою А-Янь?

Князь некоторое время что-то обдумывал и вдруг предложил:

– А-Янь, не хочешь ли ты поехать в столицу, чтобы развеяться?

– Правда? – глаза Чжу Янь заблестели. – Поехать в столицу Империи? Ты не шутишь?

Князь Чи кивнул:

– В марте, когда задует восточный ветер весеннего равноденствия, я собираюсь отправиться в столицу Целань, чтобы нанести визит императору. Хочешь, поедем вместе?

– Хочу, хочу, хочу! – Лицо Чжу Янь сияло от радости. Неизвестно откуда взяв силы, она резко приподнялась и села на кровати. – Чтобы добраться до столицы, нужно ведь проехать Лиственный город? Великолепно! Я несколько лет не была в Лиственном городе. Хочу погулять по Восточному и Западному рынку и поесть уличную еду с лодки на Зеркальном озере! Отец, это так здорово!

Она обняла князя Чи за шею и звонко поцеловала его, зарывшись в густую растительность на лице отца.

– Помни об уважении к старшим! – Князь Чи светился довольством, но старался сохранить лицо.

– Я такая голодная! – радостно воскликнула Чжу Янь, крутя головой. – А еда есть? Я хочу куропатку, тушенную с грибами мацутакэ!

Выйдя из комнаты, князь Чи столкнулся с женой, как раз стоявшей в коридоре за дверью. Муж и жена молча посмотрели друг другу в глаза и плечом к плечу пошли по длинной крытой галерее княжеской резиденции. Вокруг не было ни души, и мать Чжу Янь тихо спросила:

– Ты все-таки решил?

Князь Чи кивнул:

– Я возьму ее с собой в императорский дворец.

Его жена закашлялась.

– Ты… ты ведь не хотел впутывать ее?

– Да, я хотел лишь, чтобы А-Янь нашла в Западной пустоши хорошего мужа и прожила в спокойствии и благополучии всю жизнь, держась подальше от водоворота дворцовых интриг, – князь Чи покачал головой. – Но теперь я вижу, что А-Янь может оказаться куда могущественнее, чем мы представляли. Едва ли ей подойдет такая заурядная жизнь…

Сказав это, он вздохнул:

– Ты свидетель, я пытался! Уже нельзя просто взять и, как в прошлый раз, заставить ее выйти замуж. Лучше уж вывести ее посмотреть мир, набраться опыта. Может быть, там она найдет лучшую судьбу.

Его жена кашлянула и с улыбкой сказала:

– Не ожидала, что такой упрямый человек, как ты, однажды поймет это…

– Это ради клана Чи, – князь развернулся и угрюмо посмотрел в небо на летящего в лунном свете орла-салана. – Из шести удельных княжеств только клан Чи постепенно приходит в упадок. А сейчас, когда император болен и пришло время уступить трон, мы должны хотя бы постараться что-то предпринять.

– Это дело касается князя Бай и князя Цин[20]. Какое отношение оно имеет к нам? – выдохнула его жена. – Вот только, говорят, старший сын семьи Бай еще не женат. Кто знает, может быть, они с А-Янь…

Князь Чи расхохотался:

– Женщины! Только одно на уме!

– Это событие – самое главное в жизни А-Янь! Как можно относиться к нему невнимательно? Все прошлые императрицы Кунсана выбирались из клана Бай. Нашей А-Янь не повезло с этим. Но у нее хватит достоинств, чтобы стать женой князя Бай, – матушка Чжу Янь была очень серьезна. – В этот раз возьми ее с собой в Лиственный город. По дороге вы можете встретить достойных молодых людей из шести удельных княжеств. Не стоит медлить.

Князь Чи понизил голос:

– В этот раз я уже условился встретиться с князем Бай.

– Разузнай у него все, что сможешь. Говорят, его старший сын Бай Фэнлинь – наместник Лиственного города, и его внешность и способности заставляют людей сгорать от зависти. Но что еще лучше – он не женат. – Когда первая женщина удельного княжества Чи говорила о возможном замужестве своей дочери, глаза ее загорались, как у всяких родителей, даже из самого низкого сословия. Она подтолкнула мужа в бок и сказала: – Лично обо всем разузнай!

– Как я могу о таком спрашивать? Ты хочешь, чтобы я предложил им свою дочь? – Князь Чи неловко кашлянул несколько раз. – К тому же многие из шести главных семей делали старшему сыну князя Бай подобные предложения, но он никогда ничего не обещал. Думаю, он хочет чего-то большего. Наверняка чтобы замужество принесло ему наибольшую пользу. Наша семья вряд ли будет ему так уж полезна…

– Эй, почему ты недооцениваешь свой клан? – возмутилась его жена. – А-Янь с детства была удачлива. Так что, возможно, Ведающий Судьбами был прав?

Князь Чи переменился в лице и после долгого молчания прошептал:

– Значит, ты всегда помнила слова, что сказал тогда Ведающий Судьбами?

– Конечно, я помню! Как можно забыть такие важные слова? Пятнадцать лет назад Ведающий Судьбами сказал, что нашу А-Янь в будущем станут почитать больше, чем императрицу! – Мать княжны слово в слово повторила то давнее пророчество, ее глаза заблестели. – Я чувствую, что ее судьба будет не хуже, чем у Сюэ Ин!

– Пророчества Ведающего Судьбами тоже могут быть неточными, – князь Чи прокашлялся и тихо сказал: – В свое время по одному его слову Ши Ина, который был еще младенцем, отправили на гору Цзюи. Но у меня всегда были сомнения.

– Сомнения в чем? – удивилась его жена.

– Я сомневаюсь, что он… – князь Чи замолчал, задумавшись о чем-то, а затем покачал головой. – Не стоит этого говорить.

После паузы он продолжил:

– Фактически в прошлом году в императорском дворце Ведающий Судьбами открыто заявил, что катастрофа, которая погубит Кунсан, уже близко: не пройдет и сотни лет, как страна падет. Император в тот день пришел в ярость!

– Вот уж действительно нечестивый рот! – мать Чжу Янь была ошеломлена.

За последние двести лет правящая династия, названная династией Сверкающей мечты, достигла своего рассвета. На морях и на суше, во всем подлунном мире царят мир и покой. Даже Бин И не стремится увидеть море[21]. «Народ погибнет, а страна падет» – эти слова, словно раскат грома, привели всех в смятение и страх. Если бы император с детства не считал Ведающего Судьбами наставником и другом и не знал, что, перебрав с алкоголем, тот может болтать всякую чушь, он бы давно обезглавил его в порыве гнева.

– Поэтому, пусть это и слова Ведающий Судьбами, некоторые из них стоит пропускать мимо ушей, – князь Чи нерадостно улыбнулся и покачал головой. – Будь это тысячу раз правда, не следует нам самим лезть на рожон.

– Тоже верно, – его жена тихонько засмеялась. – Если сила предвидения Ведающего Судьбами настоящая, то почему он не предугадал, что упадет пьяным с вершины Белой Пагоды Целань? Не пришлось бы хромать.

Князь расхохотался во весь голос.

– Говорю тебе, раз ты все равно увидишься с князем Бай, почему бы не попробовать? – жена толкнула мужа и пристально посмотрела ему в глаза. – Ради А-Янь, ради ее судьбы можно на время забыть про гордость. Обещай, что попытаешься!

– Хорошо, хорошо, – правитель Чи грустно улыбнулся. – Когда встречусь с князем Бай, там видно будет.

Муж и жена сидели во внутреннем дворе княжеского дворца и неспешно беседовали под луной.

– Те служанки, что сопровождали А-Янь, что ты с ними сделал? – после короткого молчания тихо спросила мать княжны. – Во дворце нет и следа их пребывания, неужели ты…

– Не спрашивай, – голос князя посуровел. – Они слишком много знают.

Его жена прижала ладонь ко рту и прошептала:

– Что нам сказать, если А-Янь снова спросит о них?

– К счастью, у этой девчонки куриная память, и она вечно витает в облаках. К тому же я собираюсь взять ее с собой в столицу в следующем месяце, – князь Чи поднял голову и посмотрел далеко-далеко за горизонт, на Белую Пагоду, что стремилась вершиной к небу. – Вернется ли она когда-нибудь в этот дворец?