Синдром МакЛендона - Фреза Роберт А. - Страница 43

— Не бойся. Я не собираюсь превратиться в кучку пепла. Давай встретимся полседьмого у входа в церковь.

— Полседьмого… — Я подумал и прибавил: — Вот уж не думал, что ты католичка.

Я услышал, как она посмеивается.

— Вообще-то по жизни я была лютеранкой, но теперь обратилась в новую веру. Недавно. Я тебе потом расскажу.

— Пока.

Проверив, подает ли Клайд признаки жизни, я засел за бумаги «Шпигата» и провел весь день в расчетах и прожектах. Потом чего-то перекусил и встретил Пайпер и Катарину точь-в-точь вовремя. Месса прошла очень мило. Служила женщина-священник, и проповедь у нее вышла очень зажигательная. Она с гневом обрушивалась на грешников, которыми, видимо, Мир Шайлера просто кишмя кишел.

После окончания службы Катарина вновь ухитрилась покинуть нас с непростительной поспешностью, оставив меня с Пайпер стоять на крыльце церкви.

Пайпер смущенно смотрела на меня.

— Кен, Катарина думает, что кто-нибудь все еще может попытаться напасть на тебя, поэтому она попросила проводить тебя.

— Спасибо, Бим. — Мы не торопясь двинулись по улице, и я спросил: — Как ты думаешь, насколько силен у Катарины этот религиозный задвиг?

— Не думаю, что это действительно задвиг, Кен. Катарина об этом особо не распространялась, но одно она сказала точно — став вампиром, начинаешь иначе смотреть на многие вещи. Также необходимо помнить, что Католическая Церковь — очень разносторонняя организация. Насколько я знаю, Катарина еще не решила, что будет делать, когда ее уволят с флота. Поговорив с ней на эту тему, я поняла, что некоторые религиозные ордены предоставляют вампирам вполне подходящую атмосферу, а некоторые малоизвестные ордены имеют гораздо больше опыта общения с вампирами, чем показывают. Я встревожился.

— Погоди, ты намекаешь, что Катарина собирается податься в монахини?

— Я ничего не знаю наверняка, но возможно и такое. Подумай, отец Дамиан проповедовал прокаженным, сам страдая лепрой. Я бы сказала, что лучший священник, который может проповедовать вампирам, — это вампир. Но Катарине пока нет необходимости принимать решение прямо сейчас. Она может провести на службе еще год-другой и посмотреть, действительно ли религия призвала ее.

Я пораженно смотрел на нее.

— Бим, что происходит с Катариной?

— Что ты имеешь в виду, Кен?

— Я и сам не знаю, что имею в виду, но мне очень хочется узнать, какие у нас с ней отношения. Мне начинает казаться, будто у нее больше нет на меня времени. Я знаю, что она работает по ночам, и от этого никуда не денешься, но, похоже, она просто не интересуется мной. Я знаю, что ты — единственная, с кем она разговаривает. И что?

Пайпер едва заметно покраснела.

— Ну, не знаю, как много я могу сказать…

Я остановился и прислонился спиной к какой-то подходящей выемке в стене.

— Послушай, Бим. Кроме тебя, никто не может дать мне прямой ответ на этот вопрос.

Она остановилась рядом со мной, все еще медля.

— Скажу, что могу. Карьера Катарины во флоте закончилась. Ей надо уходить. Она просто не может ни с кем сейчас разговаривать.

— Да, это я понимаю, но в течение некоторого времени я считал, что не был для нее «никем». А сейчас между нами появилась ощутимая трещина. Парсека в два, так что даже я не мог не заметить.

Пайпер колебалась.

— И это тоже часть проблемы. Будь реалистом — попробуй взглянуть на это с ее точки зрения. Есть ли будущее у ваших отношений? Я хочу сказать — она строевой офицер, а ты — нет. У тебя будет корабль, а ее спишут, и она станет сухопутной крысой…

— Она вампир, а я — нет, — прибавил я.

— И это тоже, — признала она. — Послушай, Кен, пусть сейчас все идет, как идет. Пусть Катарина разберется в своих мыслях.

— Не похоже, чтобы у меня был большой выбор, а? Ты думаешь, вампирство одолевает ее все больше и больше? Я заглядывал к ней шкаф — вся одежда у нее черная.

— Нет, — покачала головой Пайпер. — Она всегда так одевалась.

Когда мы добрались до квартиры Клайда, я поблагодарил Пайпер и пошел домой. Клайд уже дожидался меня.

— Привет, Клайд. Как дела?

— Я опять говорил с Ваймой Джин. — И он опустил голову, что не обещало ничего хорошего.

— Что она сказала? У тебя не очень-то счастливый вид.

— Она сказала, что простила меня и что она поняла, почему мне приходилось делать то, что я делал. Это хорошо. Наверное, лейтенант Линдквист поговорила с ней. Но еще она сказала, что нам лучше быть просто друзьями.

— Просто друзьями? Она так сказала? — Я внимательно посмотрел на него. — Это же просто поцелуй смерти!

— Вот и я так подумал, — протянул он уныло.

ОСТОРОЖНЫЙ ОТВЕТ

В воскресенье утром мне по делу позвонила Пайпер. Флот прислал с Быстрым Эдди список необходимых ему товаров, чтобы мы могли посмотреть, что можно найти на Мире Шайлера на тот случай, если война с Макдональдсами и в самом деле разразится. Мы с Пайпер угробили на это четыре дня. Выяснилось, что с точки зрения космофлота, учитывая расстояние и стоимость оборудования, Мир Шайлера ни на что не годен. Обычно такие вещи осознаешь инстинктивно, но всегда хорошо иметь и объективные данные.

Остаток недели прошел довольно спокойно. Я даже выбрался поглядеть на туристические достопримечательности Шенектади, включая удивительный мир карликовых лошадей, и перестал заглядывать под свой спальный мешок.

Быстрый Эдди вскоре должен был вернуться с Мира Деннисона, и я надеялся, что он прибудет вместе с Чивсом, а тот привезет контракт на поставку решеток, которым предстояло участвовать в решении моих насущных проблем. Я ожидал его не раньше пятницы и поэтому немного удивился, когда Баки позвонил мне посреди ночи в четверг.

— Алло, друг Кен?

— А-а, привет, Баки, — слегка невнятно проговорил я спросонья. Потом взглянул на часы. — Погодите минутку. Сейчас я что-нибудь на себя накину и включу видеосвязь. — Натянув штаны и футболку, я щелкнул клавишей и увидел рядом с!пликсси*анином Катарину. — В чем дело? Еще даже не рассвело.

— Друг Кен, Быстрый Эдди прибыл раньше, чем ожидалось, и у меня для вас есть и хорошие новости, и плохие. Хорошие — это то, что в моем мире нашлись лишние решетки, которые можно отправить сюда.

— Здорово. Передайте Чивсу большое спасибо. Кстати, а где сам Чивс?

Ушки Бобра дернулись. Он слегка кашлянул, сложил руки на маленьком круглом животике и повернулся к Катарине.

— В этом-то и заключаются плохие новости, — сообщила она.

— Они что, требуют заплатить наличными, да? Ах, черт? Этого я и боялся.

— Не совсем, Кен, — вздохнула Катарина, скосив глаза на Бобра.

— Ну, в общем, — начал Бобр, нервно потирая руки, — как говорит Баки: «Когда наступают тяжелые времена, всем нужно сплотиться вместе — и поднажать».

— Баки, в чем… э-э… дело? — прямо спросил я.

— В общем, похоже на то, что мои полубратья очень красочно живописали отцу, как вы погубили наш корабль, и, будучи лишен возможности прислушаться к моему благоразумному совету, он отреагировал крайне вызывающе, — поделился вестью Бобр.

— Этот старый маразматик — отец Баки — хочет подвесить тебя вместе со всем экипажем «Шпигата» вниз головой и посылает для этого сюда штурмовую эскадру — чтобы она разделалась с вами, а заодно и со всей планетой, — пояснила Катарина.

— И я, как полномочный посол, должен заявить, что при данных обстоятельствах по крайней мере одна из этих двух целей недостижима, — добавил Бобр.

— Где Чивс? — глупо повторил я.

— Я очень сожалею, но мой отец запретил Чивсу возвращаться и приказал ему дать необходимые консультации моему полубрату Генхису, который и возглавит карательную экспедицию. Чивс выражает свои искренние сожаления, — закончил Баки. Достав платок, он смахнул с глаз крошечную слезинку.

— В штурмовую эскадру входят два вооруженных торговых судна, легкий крейсер и несколько военных транспортных кораблей, — доложила Катарина.

— Мой полубрат Генхис был очень привязан к моему покойному полубрату Адольфу, — заметил Бобр. — Он публично поклялся разделаться с вами самым беспощадным образом.